Алый осколок (СИ)

Клэйв чуть покачал головой, обдумывая услышанное.
— Можно подумать, ты не сделала бы того же самого, Джейл, предоставься тебе такая возможность, — осторожно заметил он. — Ты ведь такая же эгоистка, как и любой из нас троих. Не отрицай этого.
Джейл не ответила — как Клэйв и ожидал. Довольный собой, он снова потянулся правой рукой к чаше, чтобы на этот раз уже покончить со всем и…
— Нет, — раздался позади него резкий, как заточенное стекло, голос Джейл.
Этот голос прозвучал словно фальшивая нота в мелодии его настроя. Нота, которой здесь попросту не должно было быть. И от которой он обязан избавиться.
Как можно скорее.
— Что, прости? — Клэйв натянул на лицо улыбку и повернулся к Джейл.
Сидя рядом с телом Теолрина, та смотрела на Клэйва волком. Одиноким. Решительным. Волком, с которым ему совсем не хотелось связываться.
— Я сказала нет, — отчеканила Джейл, неспешно поднимаясь на ноги. Клэйву совсем не понравился ее жесткий, холодный взгляд. — Кто ты такой, чтобы присвоить себе эту силу?
— А кто такая ты, чтобы мне указывать? — Он по-прежнему держал на лице улыбку. — Не испытывай мое терпение, подруга. — Клэйв пошевелил правой рукой, и меч, на котором все еще оставались следы крови, блеснул в голубом свете настенных ламп. — К тому же, какое тебе дело до этой чаши? Если б не я, ее сейчас выпил Копье, и уже мы оба остались бы за бортом корабля… Ну, разве что в нем внезапно не проснулась бы совесть и он не решил вознаградить нас с тобой за то, что приперлись сюда, рискуя нашими жизнями.
— Ты — лжец, Клэйв, — проскрежетала Джейл, сделав шаг вперед. — Вся твоя жизнь — это сплошная паутина лжи. Лжи, в которой, в конечном итоге, ты запутался сам.
— Не приближайся. — Он согнул руку в локте и отвел обагренный меч в сторону. — Или, клянусь Богами, я и тебя отправлю на тот свет.
Клэйв действительно не хотел причинять Джейл вред — пусть она и выбрала не его, а этого глупого, сварливого дурачка, получившего в конце концов по заслугам… Однако если она не оставит ему выбора — что ж, он за себя не ручается.
— Да? — Левая бровь Джейл вздернулась. Следом за ней подернулись лапки вытатуированного на ее щеке паука. — А разве клятвы таких, как ты, чего-нибудь стоят?
— А ты попробуй проверь, сучка, — с раздражением выплюнул он и приподнял меч еще выше.
Джейл рассмеялась.
А затем попробовала.
  
Глава 45
 
Ему казалось, что он падал.
Падал, все быстрее и быстрее, в какую беспросветно-темную пропасть.
В бездну, зияющую непроглядной чернотой.
В пугающую пустоту.
  
Глава 46
 
Она знала, что он нанесет удар, что его рука не дрогнет… Знала, но до последнего надеялась, что ошибается. Что он не посмеет.
Что в Клэйве еще осталось что-то человеческое.
Она бросилась вперед, одновременно пригнувшись, чтобы схватить щит Стеклянного Рыцаря — точнее то, что от него осталось. Ей было некогда просовывать руку вовнутрь и закреплять ее ремешками, поэтому она просто схватила обломанный многоугольник за острую, местами обрубленную кромку обеими ладонями и, когда меч в руке Клэйва начал движение в ее сторону, выставила его перед собой, чуть зажмурившись в ожидании удара.
Удар последовал. Лязг скрежетнул по ее ушам мерзкой мелодией, а отдача от удара меча по щиту пронзила ее руки и едва не повалила на землю. И все же Джейл выстояла. Выстояла, чтобы тут же, пока ублюдок не пришел в себя, развернуться корпусом по часовой стрелке и двинуть ему с левой ноги в пах.
Она немного промахнулась, и ее сапог ушел чуть вбок — и все же этого оказалось достаточно, чтобы Клэйв пошатнулся и, махнув мечом по воздуху, повалился на ковер. Джейл набросилась на него сверху. Все ее чувства — от обиды до гнева — слились в единый бурлящий котел. Котел, который ей жутко хотелось как можно быстрее выплеснуть наружу.
— Ах ты драная сука…
Сплюнув кровью, Клэйв схватился за рукоять меча. Джейл тут же ухватила его чуть выше запястья и надавила. Клэйв зарычал, дергаясь и пытаясь достать ее локтем другой руки, но Джейл лишь надавила сильнее. Парой секунд спустя Клэйв разжал пальцы, и Джейл тут же отпихнула меч как можно дальше.
 
Они вцепились друг в друга — он, лежа на спине, и она, сидя на его ногах — и принялись, порывисто дыша, выискивать друг у друга слабые места. Джейл не удержалась и айкнула, когда Клэйв ухватил ее за груди и болезненно сжал их. В ответ она двинула ему в челюсть, а затем с гортанным рычанием вцепилась пальцами в лицо, чувствуя, как давно не стриженные ногти впиваются подонку под кожу.
Клэйв взвизгнул, как девчонка. Тут же разжал свои руки и, ухватившись ими за предплечья Джейл, мощным рывком сбросил ее в себя и уже сам начал наваливаться всем телом. В какой-то момент они оба вцепились друг другу в плечи и, чередуясь, принялись бороться за право оказаться сверху.
Они перекатывались и перекатывались по ковру, пока Джейл не ощутила, как ее спина врезалась во что-то массивное и твердое. Похоже, это был один из шкафов и стеллажей, что окружала алтарь по внутреннему периметру — жреческая утварь, не выдержав удара, полетела вниз с полок. Какие-то книги, блюдца, кубки — все это со звоном падало на нее и Клэйва.
Ориентируясь в пространстве с огромнейшим трудом, Джейл отползла в сторону, путаясь в некстати лезущих под руки юбках платья, и схватила первый металлический предмет, что попался ей на глаза. Им оказалась серебряная кадильница, представляющая собой объемную чашу, привязанную восемью цепочками к длинной ручке из синего стекла. Джейл ухватилась за ручку крепкой хваткой и, несмотря на то, что мир пошатывался примерно как шкаф, в который она врезалась, принялась подниматься на ноги. Клэйв занимался примерно тем же — только, при этом, еще отбрасывал от себя какие-то трухлявые фолианты.
— Почему, Джейл? — крикнул он, поднимаясь. — Почему он, а не я?
Джейл замерла, чуть сдвинув брови. Так вот оно что… Ну конечно, теперь все окончательно становилось на свои места. Вдобавок ко всему, Клэйв, оказывается, ревновал ее к Тео… Как глупо. В чем была проблема с его стороны выразить ей свои чувства прямым текстом? В самом деле, ну почему мужчины поголовно такие идиоты? Небось, не намекни она Теолрину почти прямым текстом, тот бы тоже так и не решился сделать первый шаг…
Впрочем, что уж теперь…
Клэйв оперся правой рукой о все еще покачивающуюся стойку и шагнул вперед. Джейл приметила в его левой руке что-то блестящее… Кажется, ритуальный нож — или что-то вроде того. Она выжидала, пытаясь успокоить сердцебиение и выровнять дыхание. Выжидала, с грустью глядя на то, как человек, с которым они пережили столько невзгод, шел, чтобы убить ее.
Перешагнув через раскрывшуюся книгу с какими-то священными текстами, Клэйв припал на правое колено и с каким-то непередаваемым отчаянием выбросил нож вперед.
Джейл шагнула в сторону, оставляя ножу лишь свою тень. А затем резко дернула рукой, сначала вверх, а затем обратно влево…
Цепочки коротко прозвенели. Тяжелая чаша кадильницы огрела Клэйва по затылку.
Тот выронил нож. Повернул голову, посмотрев на Джейл не то со злостью, не то с презрением, не то с мольбой — она так и не поняла, что именно означал этот прощальный взгляд, после которого Клэйв медленно осел на землю и упал навзничь рядом с книгами и кубками.
— Мне жаль, что так вышло, — сказала Джейл, опустившись рядом с ним на колени и проверяя, не стал ли удар смертельным. — Правда, жаль…
Клэйв дышал — она почувствовала это почти сразу, так что успокоилась и, вздохнув, снова поднялась, чтобы вернуться обратно к центру алтаря. К трупам Копья и Рыцаря, к умирающему Теолрину и… чаше, которая представляла собой одно из самых дорогих сокровищ этого мира. Сокровищ, ради которого, как она выяснила на своей шкуре, люди с легкостью готовы предавать и убивать.
Встав перед чашей, что по-прежнему покоилась между тусклых колец, Джейл почувствовала, как от нее исходит жар. Расплавленное стекло… Неужели этот «напиток» и впрямь может не убить, но изменить само человеческое естество? Даже не просто изменить, а улучшить его. Почему-то, глядя на эту чашу, Джейл была уверена, что так оно и есть.