Прах любви (СИ)

Никогда не задумывалась о том, любили ли мои родители друг друга, и что стояло за этим браком, кроме усиления позиций каждого из родов. А вдруг и в браке бывает любовь? Невольно перевела взгляд на Матса, сосредоточенно слушающего моего отца. Красив, силён, может и стоит попробовать?
— Я не смог её отослать, ни через день, ни через месяц, — тем временем продолжал отец.
Мне никогда не было жалко его, он всегда был этакой глыбой, без чувств и желаний, и как я оказалась не права, слепа в своей злобе на него. Не так много и требовалась, капля сочувствия, женская ласка, моя признательность. А я только усугубляла ситуацию, и побегом, и связью Артуром.
А потом пропала и Ирэн, пока отец искал её, Лион крайне настойчиво заинтересовался моей персоной, и случилась та злополучная сделка, в результате которой я воскресла для мира, а отец отрёкся от сына.
Тиски вокруг сжимались, отец рыл землю и везде упирался в давившую на него клятву, которая мешала не только действовать самому, но и поручить расследование другим. Ниточек становилось всё больше, заговор обретал новые краски, указывая на связь Лиона с князьями, и на действия ещё одной группы лиц, грозящих благополучию всего мира. Ну а потом появился Крей, я возжелала выйти замуж, и тут к отцу пришёл Артур.
Дружбы между ними никогда не было, хотя знакомы были достаточно давно, и последние годы на почве заботы обо мне, даже смогли найти соприкосновения. Так, у меня появились близняшки, которые с детства были подопечными Артура и считались одними из наиболее перспективных телохранителей для леди, и также Артур вляпался в интриги по самые уши и оказался в своей темнице. Ну не нравится, оказывается, сильным мира сего, когда не менее сильные противники стараются сунуть свой нос в их дела. А друг сунул, глубоко сунул, рискуя разоблачить заговор раньше времени.
Артура вела жажда мести, плевать ему было и на мир, и на магию, которой он практически и не обладал. Отца вела тоже месть, и за жену, и за меня с Борном, про которого он уже успел узнать к тому моменту и даже внедрил в его окружение своих людей. Два самоуверенных идиота, вот кем они по итогу оказались.
Обоих банально предали, Артура его правая рука, некто Фис, который никогда мне не нравился своей изворотливостью, а отца поймали на желании встретиться с сыном. Вот так просто, один уснул в своей кровати и проснулся в темнице. А второй, уже практически вышедший из подчинения клятвы, пришёл тайком в сад и в момент, когда все его внимание было поглощено ребёнком, которого вели по тропинке к нему навстречу, включился подавляющий артефакт, а в себя отец пришёл уже в блокираторах.
Сперва одна темница, потом другая, лица сменяли друг друга, и так отец узнал, что и Лион всего лишь пешка, да и грызня князей, тоже спланированная акция собственных советников. А вот зачем им это, долго оставалось загадкой, пока однажды в его темнице не появился советник Восточного Предела, молодой амбициозный маг жизни по имени Трой Вельд.
И этому Трою очень хотелось поделиться с отцом, в подробностях рассказать о своём гениальном плане. Что двигало советником, отец точно не понял, возможно, Трою не хватало одобрения, ведь он, как и Артур, лишился семьи из-за Лиона, вот только в отличие от моего друга, жаждал Трой отыграться не только на короле, но и на всех магах, на каждом маге, что управляли неодарёнными, и походя отдавали приказы об уничтожении целых деревень.
Вельд был сыном деревенского старосты и очень сильным одарённым, кто уж из мимо проезжавших магов согрешил с его матерью, осталось неизвестным, но староста был мужиком умным и выяснять это не стал, удачно пристроив приёмного сынишку в начальную школу для одарённых. Трой учился, старался, а к пятнадцати его завербовали. Ополчение, сопротивление, их можно называть как угодно, но целью этой группировки было свержение власти магов, желательно с их полным истреблением.
Одно нападение, другое, и в шестнадцать Трой впервые попал в поле зрение секретной службы, руководителем которой являлся мой отец. А с третьим совершенным нападением, всю родную деревню Вельда вырезали. В наказание ли, или просто хотели продемонстрировать строптивому юнцу его место в жизни, но Трой точно знал, чьих рук это дело.
 
— Самое обидное, что я даже не знал, — сокрушённо покачал головой отец. — Это обычная практика, когда сильные, но наивные маги из простых семей, встают на кривую дорожку. Показать их слабости, надавить на больное.
— А может эта группировка в чём-то и права, — задумчиво протянул Матс, на что отец сперва вскинулся, а потом неожиданно обмяк в кресле.
— Может, и правы.
В общем, Трой решил мстить и мстить по-крупному. Он учился, не высовывался, и вскоре ему простили прегрешения, списав на горячность и неопытность. Вот только Трой всё помнил, и задолго до того, как смог пробиться в советники уже заправлял сопротивлением неодарённых. А это миллионы простых граждан и сотни магов, примкнувшие к недовольным существующим порядком, по разным причинам.
Так нашёлся ритуал, даровавший миру магию, и так же появились теории о том, как запечатать этот источник обратно. И также в руках Вельда оказались все звенья между князьями, Лионом и тёмными магами. И Трой виртуозно разыграл все имеющие у него козыри: стравил князей между собой, втёрся в доверие к кардиналам и внедрил идею, втянуть в противостояние князей ещё и Лиона. Так появилась Ирэн, так появились дополнения к отцовской клятве, так Маришка оказалась в потенциальных невестах Восточного князя. Много чего Трой внедрил, тонко управляя множеством нитей и марионеток на них. А целью всего это было одно — печать на источнике и полное истребление магов.
И всё бы у Троя получилось, если бы одна парочка не забыла увеличивать дозу забвения. Ирония, да? Десятки лет планирования, расчёта и ювелирной игры и всего лишь ошибка, спутавшая планы.
— Поэтому он не появился вместе со своим князем? — дослушав рассказ, уточнила я.
— Да, ты начала играть против него, хоть и не понимала этого. Ему плевать было, пока ты вывозила тысячи людей с территории королевства или готовила к осаде Предел, но вот армия нежити, вставшая у стены, сломала его планы. Устраивать геноцид среди мирного населения он не собирался, но и войско, перешедшее на твою сторону, не сулило ему надежду на поддержку, он, как никто, знал, что ты способна переместить всю эту армию в любой из Пределов.
В момент, когда Крей прыгал со стены, Трой укладывал отца на алтарь, начиная ритуал.
— И где он сейчас? — не выдержав, спросил Матс.
— А вот этого я не знаю, вместе с последним символом, который замкнул круг, я погрузился в небытие, а пришёл в себя у тебя на руках.
А вот это нехорошо. Да, сегодня мы сорвали ритуал, но кто ему помешает попробовать начать новый, выставить стражу около храма?
— Лекси! — от дверей раздался радостный детский крик и в комнату ворвался ураган, за которым еле поспевал его гувернёр.
— Моё почтение, Орт Руст, рад, что вы выжили, — низко склонился в поклоне учитель брата, а его подопечный залетел мне на колени.
— Руст?! — застыл ребёнок, не решаясь повернуться.
— Да, Борн, это наш отец, — повернувшись корпусом, чтобы открыть ему обзор на отца, мягко сказала я.
Нетрудно догадаться, что оба были обескуражены встречей. И если, брат был просто ребёнком, как бы он ни старался демонстрировать идеальное знание этикета, нет-нет, но из-под маски вежливости выглядывал озорной сорванец, то отец искренне удивил. Ни разу не видела слёз в его глазах.
Ещё не один час мы просидели в гостиной, делясь смешными и глупыми историями, знакомясь друг с другом. Четверо разных и практически незнакомых друг с другом людей, связанных отныне навсегда.
Ни Лион, сидящий в своей комнате взаперти, ни князья, ни сбежавший Трой, никто не отвлекал нас. А когда Борн уснул, положив голову на колени отца, мы с Матсом тихо вышли, провожаемые понимающим хмыканьем.
— Тебе решать, княжна, — усмехнулся Элден, старательно пряча волнение, когда мы подошли к моему крылу.