Прах любви (СИ)

— Доброе утро, — хрустя остатками дверей, прошла внутрь столовой. — Кажется, моё приглашение затерялось.
И опять всё повторилось, тишина, удивление на лицах. Десятки людей сидели за роскошными столами и, не отрываясь, следили за моим вхождением в богато украшенный зал.
А в центре всего этого роскошества восседал Крей и сжимал вилку, с такой силой, что она грозилась треснуть в любой момент.
— Ну, здравствуйте, князь, — подойдя к его столу вплотную и оперившись на столешницу, злобно оскалилась я. — Или лучше муж?
— Здравствуй, Алекс, — рефлекторно ответил он и переломил с хрустом вилку.
— Мы разве знакомы, чтобы использовать такие милые прозвища?
  
Глава 18
 
Уголок глаза мужчины дёрнулся, но князь смог сохранить почти равнодушное выражение на лице. И пока мы играли в гляделки, я наконец-то смогла открыто рассмотреть своего супруга. Выводы оставались всё те же: красив, статен и холоден, как льдина, а ещё где-то на краю сознания мелькала мысль, что он отлично целуется. Память решила проснуться?
— Я твой муж, Алекс, конечно, я могу называть тебя, как мне нравится, — выдавил он из себя улыбку, украдкой кидая взгляды на своих гостей.
— Разве? — громко воскликнула я, а я князь от досады клацнул челюстью: — Возникла проблема, князь, я очнулась в тюрьме, когда ваша любовница опаивала меня зельем, стирающим не только память, но и личность. Лично я с вами не знакома.
И так хорошо на душе стало, мелочный поступок немного, но так хорошо. Крей попытался накинуть на нас полог тишины, но у него предсказуемо это не получалось, ещё и руки подводили в самый неподходящий момент, не зря же я пробиралась под его защиту.
— Что, князь, не получается? — ухмыляясь, разрушила очередное плетение.
— Сядь немедленно рядом и молчи, — сквозь зубы прошипел он. Вот вроде и шёпотом сказал, но звук разлетелся по всей столовой.
— Простите, князь, но разве место подле вас не занято? Насколько могу судить, недостатка в женской компании у вас нет.
Князь вскочил, опрокинув искусно сервированное убранство стола и осыпав Эсмину разнообразной снедью, гости загомонили, и только отдельный стол, занимаемый огромными хмурыми мужчинами, сохранял молчание.
Вот к этому столу я и направилась, более не оборачиваясь на разгневанного супруга. Даже гадать не надо, чтобы понять, что это и есть генерал Элден с сотниками.
— Вы не будете против моей компании? — обаятельно улыбаясь, спросила у мужчины, расположившегося в самом центре.
Ответа я, правда и не ждала, по-хозяйски отодвинув себе стул. Вот только опуститься мне на него не дали. В мгновение ока рядом возник один из спутников генерала и галантно придвинул его ближе, помогая присесть с соблюдением всех заморочек этикета. Ну, мило, войска на фоне всех остальных обитателей резиденции единственные кто не выражает открытой неприязни.
— Княжна, — кивнул генерал, не переставая меня разглядывать.
Передо мной возникли приборы и тарелка, наполненная кашей. Пусть она и была изрядно сдобрена фруктами и ягодами, но употреблять кашу ни в каком виде не хотелось. Мне, как леди, полагалось завтракать именно злаками, но мучить свой организм, ради протокола, который я итак уже нарушила, было бессмысленно. Призвав опешившего от моего возмутительного поведения слугу, заказала себе такой же набор, что был накрыт перед мужчинами. Блинчики с начинками, пироги, творог с добавками куда вкуснее, чем постная каша, для вида замаскированная толстым слоем фруктов.
— Простите, если мы уже были знакомы, но я утратила память за последние месяцы, — с намёком в ожидании, обратилась я к генералу.
Мужчина не подвёл и, приподнявшись, представился:
— Арн Элден, генерал Северного Войска, — и, обведя рукой своих спутников, добавил: — Это сотники Северного Войска, моя опора и поддержка.
Следуя взглядом за рукой, я осмотрела каждого из присутствующих мужчин и была приятна поражена. Очень сильные маги, при этом все маги жизни, что было если и не такой редкостью, как тёмные маги, то в любом случае довольно нечастым явлением. Ну и сами мужчины были хороши: молоды, полны энергии и спокойной уверенности в собственной силе и власти.
 
Сам же генерал уже перешёл черту, после которой начинается постепенное старение. Каким сильным магом ты ни будь, но вечная молодость неподвластна никому. Ещё не старик, далеко не старик, но уже и не мо́лодец как его спутники. Высокий, мощный, в расстёгнутой на несколько пуговиц простой рубашке, попирающей все нормы этикета. И очень серьёзный, так что морщинка не просто залегла на лбу, а грозилась рассечь кожу надвое.
— Алексия Руст, говорят Орхус, но никаких подтверждений этим заверениям у меня нет, — почти не чавкая, представилась я.
Девушек пришлось отослать за дальний стол, за которым собрались самые мелкие чины и звания, но и голодными я их оставить не могла. Им ведь даже отравленных пирожков не досталось. Слуги хотели было подать им кашу, но под насмешливым взглядом Ри, быстро исправились, и я с удовольствием отметила, как мои телохранительницы накинулись на гору выпечки.
— Я правильно понимаю, что никого ребёнка нет? — почесав подбородок и окинув взглядом Крея, всё ещё возмущающегося перед Эсминой за своим столом, задумчиво протянул генерал.
— И никогда не было, — весело подтвердила я.
— Занимательно, — опять протянул Арн и погрузился в собственные мысли.
Я же, утолив первый голод начала активно, осматриваться. Конечно, я старалась сделать это изящно и незаметно, вот только находилась в центре внимания, и каждое моё движение сопровождалось тихим перешёптыванием и переглядыванием.
— Я Алексия Руст, меня опаивали, держали в камере и насиловали, — резко встав, громко произнесла я, надоели мне эти смотрины. — Этот мужчина, — указала я на резко побледневшего князя, — утверждает, что я его жена. Мне об этом ничего не известно. Если у вас возникли вопросы, обращайтесь к князю, он, несомненно, сможет прояснить необходимость своих забав и их правомерность. Если вы не против, то я продолжу свою трапезу, ничего, кроме каши для нежити и яда, за последние месяцы я не пробовала. Приятного аппетита.
В воздухе повисла не просто тишина, это было звенящее ничто. Единственный звук, прерывающий эту гнетущую паузу, был свист воздуха толчками выдавливаемый из лёгких Крея. Не понравились ему мои откровения. А ведь я даже не соврала, ну почти, но в основном-то сказала чистую правду.
Вернувшись к своим ещё не опустошённым тарелкам, я кожей чувствовала нарастающее напряжение. За всё приходится платить. Смысла увиливать и подбирать слова я не видела. Никаких резонов выгораживать муженька у меня попросту нет.
Я почти отрешилась от этого навязчивого внимания, когда вокруг стола развернулся полог тишины. Неожиданно. А самое главное, Арн прямо показал своё пренебрежение княжеской задницей.
— Это правда? — напряжённо спросил меня генерал.
— До последнего слова, — размеренно ответила я и отложила приборы в сторону, явно же намечается что-то интересное.
Крей, в очередной раз, уронив со стола посуду, побежал в нашу сторону, вот только это не входило ни в мои планы, ни в планы генерала. Наперерез князю выступили двое сотников, а я послала слабый импульс, частично парализуя правую ногу супруга.
Муж не успел совладать с резко подвёдшим его телом и красиво распластался на полированном полу, затормозив аккурат перед ногами мужчин, опешивших от такой картины.
Красиво лежит, и мат такой отборный вырывается из княжеского рта, что сомнений в его боевой подготовке даже не возникает.
Глупо улыбаясь, повернулась к генералу и встретилась с ещё более серьёзным взглядом, чем прежде.
— Вы тёмная? — то ли спросил, то ли утвердил он, а я только пожала плечами. Смысл скрывать очевидное, если всё самое страшное со мной уже случилось?
  
Глава 19
 
— Да, — глядя прямо в глаза генералу, ответила я. — Я тёмный целитель, если вам интересно.