Тайные желания короля

У Анны уже вертелся на языке следующий вопрос, но она заставила себя сдержаться. У нее не было никакого желания включаться в политические дискуссии. К тому же она не хотела примыкать к любой из враждующих придворных группировок. Когда она вернется ко двору, она сделает это лишь для того, чтобы наслаждаться развлечениями и увеселениями вместе со своим мужем, не вмешиваясь в интриги.
Что касается кардинала Уолси, Анна с дрожью вспомнила, что когда-то открыла ему душу. В письме, отправленном из Эшби-де-ла-Зуш в состоянии безысходности, она в подробностях изложила несправедливое к себе отношение, которое ей пришлось претерпеть в обители Литтлмор. Также Анна сообщила о двуличности настоятельницы. Ответом на ее излияния был краткий ответ, продиктованный секретарю: Уолси принял это дело к рассмотрению. Насколько было известно Анне, для расследования ситуации в обители так ничего и не было предпринято, и ее обращение никак не отразилось на могущественном герцоге Букингеме.
По прошествии времени жажда мести у Анны поутихла, но ее не могло не возмущать столь небрежное отношение Томаса Уолси к ее жалобе. Больше она не желала иметь со священником, ставшим ныне кардиналом, никаких общих дел.
 
42
 
Дом Комптона, Тоттенхэм, 3 мая 1516 года
Когда для приема королевы Маргариты все было готово, леди Анна получила вознаграждение. Теперь она должна была примкнуть к свите короля для встречи его сестры сразу же за пределами Лондона. Потом она въедет с ними в город и будет сопровождать ее величество по пути в замок Бэйнард. Когда это задание будет выполнено, Анна будет восстановлена в должности придворной фрейлины королевы Екатерины. Им с Джорджем уже выделили покои в Гринвиче.
Анна скучала по мужу, особенно во время долгих одиноких ночей в доме Гастингсов. Днем ее отвлекал Уилл Комптон. Пару раз, к своему огорчению, Анна поймала себя на мыслях о том, каков он в постели. Она решительно удерживала себя от искушения выяснить это на деле, но когда вошла в огромный холл его дома в Тоттенхэме, его взгляд, устремленный на нее, вызвал в ее душе трепет.
– Сэр Уильям! – воскликнула Анна, глядя в тот угол, где он стоял, сокрытый тенью. – Я и представить себе не могла великолепие этого дома!
Обнесенный рвом особняк, расположенный в двенадцати часах пути от Лондона, по всей видимости, был недавно перестроен.
Уилл пошел гостям навстречу с выражением равного почитания к обеим благородным дамам, приветствуя их мужей с одинаковой учтивостью. Однако вскоре он попытался увлечь Анну в сторону от остальных, чтобы побеседовать с ней наедине, но это ему не удалось. Джордж пошел вместе с ними, с собственническим видом держа Анну за локоть.
– Я получил это здание два года назад, – сказал Уилл, – в награду за службу королю Генриху, вместе с еще двумя особняками в Тоттенхэме. Самые новые его части я перестроил из кирпича, тот же материал я использую и в Комптон Уиниэйтсе. Как вы считаете, эти апартаменты достойны того, чтобы поместить в них королеву?
– Несомненно, они достойны особы королевской крови, – уверила его Анна.
– Поскольку королева Маргарита не будет здесь ночевать, – сказал Джордж Гастингс, – состояние дома не имеет большого значения.
– Джордж, – с упреком обратилась к нему Анна, – как ты можешь так говорить? Ее величество путешествует со своей шестимесячной дочерью. Условия проживания в любом месте, где она останавливается для отдыха, на час или на месяц, имеют огромное значение. – Она негромко, чуть нервно рассмеялась. – Иначе зачем я потратила столько времени, приводя в порядок замок Бэйнард?
– Действительно, зачем? – спросил Джордж, мрачно взглянув на Уилла.
– Не давайте воли своим эмоциям, Гастингс, – сказал Уилл негромко. – Король не желает, чтобы между нами возникла вражда.
– Тогда его величеству не следует пытаться разлучить меня с моей женой.
– Прекратите, вы, оба! – Рассердившись, Анна встала между ними. – Не важно, к чему стремится король. Последние недели я занималась исключительно обустройством покоев для его сестры, и ничем другим.
 
Уилл вздохнул.
– Ваша супруга говорит правду, Гастингс. К моему сожалению, не скрою. Ваша жена – воплощенное целомудрие. Жаль, что вы этого не цените.
– Как вы смеете!
– Джордж! – Теперь Анна крепко схватила его за руку и потащила к оконному проему. – Ты говорил, что доверяешь мне, – напомнила она свистящим шепотом.
– Доверяю. А вот Комптону нет, особенно учитывая то, что он не кто иной, как королевский сводник.
– В присутствии всех этих людей, полагаю, мне ничего не грозит.
Джордж со слегка смущенным видом признал ее правоту.
– Тогда дай мне минуту поговорить с ним с глазу на глаз. Можешь следить за нами с другого конца зала, если тебе угодно, но оставайся на расстоянии. Сейчас не время и не место для скандала.
– Джордж Гастингс не заслуживает того, чтобы обладать вами, – сказал Уилл, когда Анна вернулась к нему. – Я бы отдал все, что имею, за такую жену.
– Прекратите говорить ерунду! – бросила ему Анна. – У нас нет времени на подобные разговоры. Королева Маргарита может появиться с минуты на минуту.
Последние несколько дней ее величество пребывала в Энфилде, в доме сэра Томаса Ловелла, а это было совсем недалеко от Тоттенхэма.
Уилл не прикоснулся к Анне, даже не подошел к ней слишком близко – чересчур много людей смотрело на них, – но его голос обрел ту густоту, которая всегда подчиняла себе ее внимание.
– Если я не скажу этого сейчас, потом, возможно, у меня уже никогда не будет такой возможности. А я хочу, чтобы вы знали, какие чувства я испытываю по отношению к вам, Анна. Даже когда вы носили под сердцем ребенка другого мужчины, я не мог заставить себя не думать о вас, не желать вас. Ни одна другая женщина никогда не значила для меня столько, сколько значите вы.
Анна зажмурила глаза, качая головой из стороны в сторону. Но это, казалось, только еще больше воодушевило его.
– Вы не ударили меня, не закричали или, хуже того, не подняли на смех. Я знаю, это потому, что вы чувствуете то же, что и я. Возможно, вы уже любите меня, хотя, безусловно, не так сильно, как я вас.
Анна вдруг широко открыла глаза.
– Прекратите, я вас умоляю! Я люблю Джорджа.
– Наверное, это так, но и ко мне вы всегда были неравнодушны.
Судорожно сглотнув, она сцепила руки перед собой, пытаясь побороть дрожь.
– Ради всего святого, Уилл, перестаньте об этом говорить! Вы что же, хотите, чтобы меня снова сослали в обитель Литтлмор?
Встревоженный мыслью о том, что ее опять могут лишить свободы, Комптон сделал шаг назад. Анна глубоко вздохнула, стремясь обуздать свои чувства.
Она еще не вполне совладала с собой, когда фанфары огласили прибытие королевы Шотландии. Время для разговора с Уиллом наедине было исчерпано. Джордж снова появился рядом с Анной, и они вышли из зала.
На королеве Маргарите была прекрасная одежда, которой снабдил ее брат. Ее сопровождала свита, состоящая из благородных леди. За ними следовала приставленная к младенцу прислуга. Анна слышала плач несчастного ребенка, доносящийся из богато украшенного паланкина.
– Я счастлив снова видеть вас, ваше величество, – поприветствовал Уилл женщину, спешившуюся у него во дворе.
На его лице застыла улыбка, и Анна с удовлетворением подумала о том, что долгие годы, проведенные при дворе, их обоих научили владеть собой.
За те годы, что Маргарита Тюдор провела в Шотландии, она постарела и растолстела. От прежней красоты не осталось и следа, равно как и от легкомыслия, свойственного девушке, которую Уилл когда-то знавал. «Маргарита испугана, – заметила Анна, – но старается этого не показывать». Она не представляла, на какой прием венценосного брата может рассчитывать.
– Мастер Комптон, это вы? – спросила Маргарита.
Голос у нее был нежный и низкий, очень похожий на голос ее младшей сестры, Марии.