Будешь моим героем? (СИ)
Яна промолчала и крепче сцепила пальцы на жестких ручках кожаной сумочки, чтобы Мила не увидела, как те дрожат. Ее вообще трясло мелкой противной дрожью — все-таки встретиться с бывшим таким образом было очень… неприятно.
— Ну ты хоть мяукни что-то, — уже спокойнее произнесла Мила и положила ладонь ей на плечо. — Чего молчишь-то? Ян?
— Он не всегда таким был, — неожиданно даже для себя сказала она и, повинуясь вопросительному взгляду Милы, начала неохотно рассказывать: — В школе он был другим, гораздо лучше… Мы учились в одном классе, он мило носил за мной учебники и сумку, и никогда-никогда не обращал внимания на подколки. И с его мамой я хорошо общалась.
Яна вздохнула, про себя подумав, что меняться он начал, когда устроился на подработку.
В отличие от многих из ее круга общения, семья у Виталика была довольно обычной, без частных предприятий, высоких должностей или шикарных связей. Вообще без каких-то связей.
В выпускном классе Виталик устроился на работу официантом и быстро стал меняться. Работал на банкетах по выходным. Все ребята с его новой работы были старше, получали, на самом деле, приличные деньги, которые тратили даже быстрее, чем зарабатывали. И всегда звали с собой Виталика. Яну тоже звали. Она сходила как-то раз и в тот же день поняла, что ей с этими весельчаками не по пути. Из-за новых друзей она стала часто ссориться с Виталиком, они стали редко видеться… В целом, и до выпускного у них все было неладно, тот случай просто расставил все по местам.
— Ну раз даже с мамой знакома… — издевательски протянула Мила и фыркнула: — Мама — это аргумент.
Она замолчала, круто сворачивая на перекрестке, а после раздраженно добавила:
— Конечно, не такой был, ага. Все они такие! Казлы, — припечатала Мила, и Яна шутливо возмутилась, наконец беря себя в руки:
— Эй! Мой брат не такой, он лапочка!
— Ну да, — с готовностью подтвердила Мила, ни капли не смущенная возникшим противоречием. — Януш — исключение из правил.
— Значит, все-такие есть исключения? — лукаво спросила Яна и захихикала над нарочито зверской рожицей, которую скорчила Мила.
— У-у, предательница, — протянула Мила, и Яна уже откровенно рассмеялась, и смеялась до тех пор, пока Мила не спросила: — Ну ладно, хватит веселиться. Лучше скажи мне, чего ждать в выходные.
Яна мигом переключилась, рассказывая о тех, кто приглашен к бабуле на день бухгалтера, и радуясь, что у нее такая боевая подруга.
Глава 16. Миражи прошлого
Яна осторожно приоткрыла дверь подъезда и выглянула наружу — Виталика не было. Нет, она понимала, что его как бы и не должно быть, но… Бывший очень не любил оказываться в глупых ситуациях, а Мила именно такую ему и устроила вчера, так что он вряд ли снова рискнет сюда приходить. Однако все равно было страшно.
Озираясь по сторонам, будто вор с украденным добром, Яна спустилась по ступенькам и поспешила к машине. Вздрогнула, голос раздался почти у самого плеча:
— КГБ не дремлет? Думаешь, в кустах притаились?
— Степан!
У подъезда Яны рос шикарный куст сирени, за которым и притаился Булгаков.
— А что Степан? — тот улыбнулся и притянул ее ближе, ласково поцеловал в щеку, а потом и в губы. Яна смутилась и потупилась, пряча улыбку. — Так что? Почему ты ведешь себя, будто в шпионском боевике?
Улыбка тут же пропала. Она сглотнула и отступила на шаг, разглядывая Степана в тусклом свете фонаря. Разглядела мало: почему-то получалось, что она стоит в кругу света, а Степан — за ним, и разобрать, что выражает его лицо, было сложно.
Определенно, Степану вряд ли понравится, если она расскажет про Виталика, но и промолчать… Не хотелось лгать или умалчивать.
— Вчера столкнулась с бывшим, — резко выдохнув, начала Яна, — Виталик меня у подъезда караулил… Он меня напугал.
Степан внезапно шагнул вперед, вплотную к ней, и заглянул в глаза.
— Ты в порядке? — с тревогой спросил он.
— Да, все уже хорошо, — тихо сказала Яна и попыталась улыбнуться. Судя по виду Степы, получилось плохо.
— Не заметно, — поджал тот губы и крепче сжал ее пальцы, словно поддерживая.
Помолчали. Яна не знала, что говорить, а Степан, кажется, о чем-то размышлял.
— К счастью, мадемуазель Манцевич, я знаю, как поднять вам настроение, — он широко и как-то слишком ослепительно улыбнулся и что-то вложил ей в руку.
Яна раскрыла ладонь и увидела ключи от машины.
— И правда. Ты знаешь, что нужно девушкам.
— Одной конкретной девушке, прошу заметить, — чопорно поправил Степан и потянул в сторону машины.
Яна засмеялась и бодро последовала за ним. Ей и впрямь полегчало — тревога почти отступила.
Степан дождался, пока она откроет машину, и галантно распахнул дверь.
— Прошу, мадемуазель.
Яна снова почувствовала, что краснеет, но такое поведение грело ее самолюбие. Еще никто никогда так не делал.
Она поудобнее устроилась на сиденье и стала настраивать все под себя.
— Так что там с бывшим? — спросил Степа, пристегивая ремень безопасности.
Яна, уже успевшая расслабиться в присутствии Степана, растерялась: рассказывать унизительную историю отношений, точнее, то, чем те закончились, не хотелось.
— Ну… Мы встречались в школе, а после выпускного расстались… Не очень хорошо, — уточнила она, кинув короткий взгляд в зеркало заднего вида.
Показалось, что там кто-то стоит, но стоило моргнуть, как силуэт исчез. Она встряхнула головой и мысленно обозвала себя параноиком. Дожили. Так перепугалась, что мерещится всякое.
— И давно расстались?
— Да, — с запозданием ответила Яна. — Больше трех лет назад.
Степан чуть нахмурился и уточнил:
— Как ты говорила его зовут?
— Виталий Плетнев, — неохотно выдавила она и тут же спросила: — А что?
Степан презрительно хмыкнул, покачал головой и спросил:
— Такой рыжий, длинновязый, да? Еще администратором в банкетном зале на набережной работает?
— То, что рыжий и высокий — да, а насчет администратора не знаю. Наверное, — она дернула плечом, перестроилась в другой ряд и свернула к выезду из города. — Раньше официантом работал в “Альмире”, теперь, возможно, уже администратор.
— Как тесен мир, — покачал головой Степан и охотно объяснил: — Я в этом ресторане чаще всего свадьбы веду. Там залы большие, удобно все. И недавно как раз при нем мои друзья все о тебе спрашивали, — надо, кстати, как-нибудь тебя с ними познакомить — и он так на нас пялился, что я даже удивился. А теперь все понятно стало.
Яна кивнула: ей тоже стало понятно, почему Виталик объявился. Как там бабушка говорила? Хочешь найти мужчину своей мечты? Заведи хотя бы плохонького парня — и остальные тут же налетят доказывать, что они его лучше.
Яна следила за дорогой, но все же постоянно чувствовала на себе взгляд Степана. Видимо, чтобы не сидеть в тишине, он начал рассказывать, что мама третий месяц уговаривает отца на ремонт. Рассказчиком Степан был исключительным — Яна заслушалась, ведя машину практически интуитивно. Было хорошо и спокойно, тонкие остроумные замечания ее смешили, а редкие прикосновения к запястью и частые комплименты заставляли краснеть.
— Ну что, накаталась? — весело спросил Степа спустя примерно минут сорок мотания по полупустым городским дорогам. — Проголодалась?
— Очень, — призналась Яна, чувствуя, как в груди теплеет от этой заботы.
— Ну тогда вези к ресторану Трапезникова, там мы с тобой еще не были. Знаешь же где?
Яна кивнула: еще бы не знать — он прямо напротив ЦУМа стоит. Она там даже бывала много раз: обычно бабушка после шоппинга тащит Яну именно туда. Там интернациональная кухня, поэтому в одном меню есть и пицца, и удон, и утка в сливочном соусе.
— Кстати, хотел спросить: вы всегда так отмечаете день бухгалтера? — нарушил недолгую тишину Степан.
— Ну… да, — засмеялась Яна. — Это второй семейный праздник после Нового Года. Ты хоть знаешь, сколько в нашей семье дипломированных — или почти дипломированных — бухгалтеров?