Повелитель Теней. Том 3 (СИ)

И чувствуется это не простая угроза.
Обещание.
Учитывая ее волю, которая помогает держаться и не сорваться, уверен, что она не отступит.
Чем-то ей эта безумная магичка важна.
Но на прямой вопрос вампирша ясный ответ не дала.
— Она помогла мне в прошлом. Я ей благодарна.
И все.
Никаких дальнейших пояснений.
Ладно, допустим.
— Какие у нас есть еще варианты? — спросила Лаурель. — Я… Все мы немного отличаемся друг от друга, но… Вы же помните, как она притащила из каменоломни ту каменюку и бросила ее на фургон? Что если она следующую кинет нам на головы или вызовет огненный ураган, или на что она там еще способна?
— Ха, — выдала Ликардия. — Признайся, что ты просто боишься, что рыжулька как-нибудь заползет в палатку…
Вестница заткнулась, напоровшись на мой тяжелый взгляд.
— Раз гарпии защищены, то почему бы не поставить на нее рабское заклинание, а для меня придумать какую-нибудь защиту? — спросил я. — В конце концов уже надоедает, что у меня голова как Дом Советов и там шарятся различные стремные сущности против моей воли.
— А когда у меня были ручки и ножки, Глеб так не злился, — наигранно всхлипнула Ликардия.
— Поправьте меня, — попросил Фратер. — Но ведь Вестницы тоже созданы с помощью эльфийской магии?
— Да, — сказал Олегус. — Смесь эльфийской и человеческой.
— Так может поэтому и Ликардия, и Корделия такие…? — Паладин замялся, поймав на себе заинтересованный взгляд Вестницы. — Такие особенные?
В его словах есть смысл.
Обе ведут себя мягко говоря странно.
Все у них через одно место проходит.
Да и если вспомнить первые дни знакомства с Лавриком, то там тоже проскакивали различные ситуации постельной трактовки ей моих слов.
— Складывается впечатление, будто я прав и эльфийская богиня слегка безумна, и эта ненормальность бьет по мозгам ее последователей или тех, с кем она так или иначе связана, — высказывание заработало одобрительный кивок молчащей Эллибероут.
«Я ведь не просто так назвала ее фригидной», — сказала мне мысленно драконесса.
Замечательно, просто замечательно…
Раз у этой Аминасифаль какой-то там недоебит, то я страдать должен?
А вместе со мной — и мои спутники?
С этим миром явно большие проблемы.
— Рабская печать… — медленно произнесла Эллибероут. — Да, вариант довольно простой и самый, что ни на есть очевидный. Но лишь с тем условием, что Корделия, кому бы она не поклонялась, став твоей рабыней, будет завязана на твой Источник, Глеб.
— Как и Ликардия.
— Понимаешь к чему я клоню?
— К тому, что самое простое решение обернется большими проблемами в бою, — кивнул я.
Маг просто не сможет работать с Магией Теней, потому что с ней буду работать я.
А если нет, то можно смело говорить о том, что смерть моя будет быстрой, но противной.
— Можно избавить ее от влияния эльфийской богини? — спросила Люция, посмотрев на драконессу.
— Рабское заклинание помогло бы, — сказала Лаурель. — По себе знаю. Стоило Глебу сделать меня рабыней и… привычное мировоззрение стало отступать. Мысли, которые раньше были очевидными, вроде «люди — это чернь», «Практиков следует истреблять», «Смерть союзникам демонов»…
— Милая, — елейным голоском обратилась к ней Ликардия. — Давай ты не будешь сватать сладенькому еще одну сосущую его магию сучку, хорошо? Ему хватает и меня. И проблем, которые он на себя навесил с рабским заклинанием. По хорошему его бы развеять…
— И выпустить тебя из-под контроля? — уточнил я. — Нет, спасибо, дорогуша. Ни тогда, ни сейчас у меня нет веры в то, что ты на самом деле за нас.
Вестница Смерти надула губки.
— Мужлан, — обиженно сказала она, после чего криво улыбнулась. — Матереешь, Глебушка…
— Кому-то хлебушка? — появилась рядом с нами Корделия, протягивая краюху хлеба. — Что вы так на меня смотрите?
Шутка уже вообще не смешная.
Ни разу.
— Почему у меня такое ощущение, что, стоит рыжей открыть рот, как у всех вокруг начинают просаживаться пункты айкью?
Вопрос риторический, но все же.
Спровадив магичку и дальше ломать голову нашему пленному (в живых его оставлять все равно у меня планов нет после услышанного), я встретился взглядом с Эллибероут, которая пристально смотрела то на меня, то на Вестницу Смерти, то снова на меня…
 
— Какие-то проблемы? — уточнил я.
— И большие, — согласилась она. — Рабское заклинание, которое ты использовал на Ликардии. Оно…
— Сейчас будет самое интересное, — пихнула Вестница сидящую рядом эльфийскую лучницу. — Следи за его выражением лица.
— Удиви меня.
— Ликардия — это не только магическое, но и энергетическое существо, — произнесла Эллибероут.
— Существо… — протянула Ликардия, зажмурив глаза. — М-м-м… Да, крылатая, унижай меня полностью. Издевайся над бедняжкой, которая…м-м-м-м. М-м-м?! М-м-м-м-м!
— Спасибо, — поблагодарил я Лаурель, которая закрыла нашему обрубку смертоносного оружия рот.
— Не знаю, кто плел заклинание, которое сделало ее такой, но он явно мастер, — пояснила драконесса. — Словно ее душу распустили по лоскутам и направили на усиление тела и его способностей. А затем, при воскрешении на это добавились отпечатки Магии Теней… И твое рабское заклинание… Плетения внутри нее настолько переплелись, что выдавить оттуда рабское…
— Можно ведь просто уничтожить нужное плетение и все, — блеснула эрудицией вампирша.
При том, что она не маг — ее реплика довольно… Интересна.
— Можно, — согласилась Эллибероут. — Однако его суть такова, что разрушив элемент ничего не добьемся. Выжигать заклятье нужно целиком. А оно слишком переплелось с остальной ее магической структурой. Ударить по нему можно в любой момент. Но тогда мы либо уничтожим ее саму, либо повредим настолько, что она останется пускающей слюни идиоткой в форме слизня.
— Я — за, — высказался Олегус.
Вампирша молча его поддержала.
Ликардия прожгла их обоих убийственным взглядом.
— Мы лишимся ценного бойца, — заметил Фратер.
Благодарственные моргания от Вестницы Смерти.
— Я не ревнива, конечно, — протянула Лаурель, — но к слизню или слюнявой дуре буду более спокойно относиться.
Вампирша неожиданно рассмеялась в кулак.
На лицах всех, кроме меня и драконессы (Вестницу в расчет вообще никто не брал), появились улыбки.
— Это еще не все, — продолжила драконесса. — Мало того, что это навредит ей самой, так еще и ее энергетическая связь с клинком… Я не уверена, что наши действия не отразятся на нем.
А вот это уже опасно.
Потому как «Пожиратель Душ» — это единственный пока что гарантированный путь домой.
Причем подтверждение о его возможности открыть портал идет не только от Ликардии, но и от Эллибероут.
— Как-то плавно мы переместились с темы Корделии на Ликардию, — напомнила Люция. — Держите ее просто в латной перчатке покрепче, да и не доставит она вам проблем. В рубке ей потенциально равных нет, так что на ровном месте терять хорошего бойца — не стоит. У нас и так нелегкие деньки.
— Соглашусь, — тут же вставил репризу Фратер, бросив быстрый взгляд в сторону высшей вампирши.
Забавно.
Паладин что, решил оглядываться на чье-то мнение?
Или запал на Люцию?
Ладно, дела любовные меня интересуют меньше всего.
— Клинок важен, — отрезал я. — Ликардия…
Посмотрев на Вестницу, увидел в ее глазах мольбу.
Никаких заигрываний, провокаций.
Она в самом деле боится последствий.
— Оставляем все как есть, — вероятно я об этом решении пожалею, однако, я давал ей слово, что она получит тело. Хватает уже того, что формально она моя рабыня. — Однако, мне не нравится то, что рабское заклинание какое-то…
— Недоработанное, — закончила за меня Эллибероут. — Да, такое оно и есть. Значительная свобода воли присутствует. Но тут уж прости — что наложил, то наложил, надо было учиться лучше.
Угу.
Учиться.
Это заклинание было «вбито» в Перстень Гекаты, который мной утрачен в сражении с Вестницей Смерти в Прокаженном Лесу.