Повелитель Теней. Том 3 (СИ)

То есть все нашли, а Практики обосрались?
Охрененное оружие против Создателя.
— Ко мне приходила Геката, — сказала Эллибероут. — Тогда она еще была Практиком…
— Да ну? — заинтересовался я. — А вот с этого момента поподробнее.
— Она возглавляла поисковый отряд Практиков, — пояснила драконесса. — И пришла ко мне уже после того, как все случилось. Расспрашивала о том, что он мне сказал. Его слабые места. Его привычки…
Наставница готовилась к охоте.
Допустим.
— Мне ты об этом тоже расскажешь? — уточнил я.
— Расскажу, — рассеянно кивнула Эллибероут. — У него нет слабостей. Нет привычек, от которых он не откажется, ради достижения своей цели. Я не знаю никого, кто смог бы с ним справиться.
Ага, мотивирует.
— И какая у него цель? Спасение человечества путем его уничтожения? Превращения в огромного мясистого ебота? Слияние всех разумов? — начал заводиться я.
— Я не знаю, — выдавила из себя драконесса. — Я не могу его найти. Я не могу с ним связаться. Но я точно знаю, что он жив — драконы чувствуют тех, с кем связали свою жизнь. Если бы он был мертв, я бы это поняла.
— Его можно отследить по этой связи?
— Геката пыталась. Не смогла.
А вот в это я, простите, не очень верю.
Наставница не из тех, кто отступает.
— Охота за Аггелом была до или после того, как Геката прикончила Эльфийский Пантеон? — уточнил я.
— Я себя чувствую маленькой такой мо-о-ошкой, — тоненьким голоском произнесла Лаурель, смотря прямо перед собой. — Ма-а-а-аленькой такой…
— Кажется, ушастенькая шокирована, — с нервным смешком произнесла Ликардия, утаскивая лучницу под тент. — Голову, похоже, напекло.
Я посмотрел на затянутое облаками небо, которое явно намеревалось вылить на нас немало влаги.
— До, — сказала Эллибероут, прекратив морщить нос. — Я почувствовала их смерти после того, как она вернулась и сказала мне, что не смогла отомстить за моих детей. Но Практик, который придет ко мне после нее — сможет восстановить справедливость.
Та-а-а-к…
Это что такое?
Обман с ее стороны, чтобы обнадежить драконицу или какое-то размытое предсказание?
У драконессы нет ответа на этот вопрос.
А меня все терзают смутные сомнения.
Мне эта ситуация перестает нравиться с каждой новой порцией информации, которую я получаю.
И зуб даю — это лишь часть истории.
Создается впечатление, что я тут совсем не случайно оказался.
Далеко не случайно.
— А выпустить тебя они не пробовали, чтобы ты сама его поискала? — поинтересовался я.
— Я просила, — вздохнула Эллибероут. — Требовала. Они меня игнорировали и просто ссыпали мне в пещеру золото. В отместку я стала мешать им его извлекать и уничтожила всех, кто попытался забрать золото и ценности из пещеры. Они просто перестали кого-нибудь туда присылать.
— Форпост был разрушен, — напомнил я.
— Да, его осаждали, — рассеянно кивнула Элли. — Мертвецы всех перебили. А потом я почувствовала, что кроме армии мертвецов, которые не выпускали меня наружу, появилось еще что-то… Могучее. 
Вероятно она про сам тентаклевидный лес.
Потому как Вестница Смерти, которую я выжег и из ее плоти воскресил Ликардию, явно для дракона уровня Эллибероут не соперник.
— Невесело получается, — подытожил я.
Драконесса хочет, чтобы я прикончил очень-очень-очень сильного соперника, с которым не справились остальные.
И выбор…
Да в задницу выбор.
Похоже, что меня без моего ведома хочет поиметь чуть ли не каждый куст в этом мире.
Не говоря уже о том, что немалое количество разумных просто хотят моей смерти по причине метки демонов на моей душе.
Блеск!
Буря!
Феерия идиотизма.
Или кое-чей долгоиграющий план.
А я уже решил, что всем, кто желает меня использовать или прикончить, придется пойти нахрен строем фронта шеренгами по двадцать, с равнением на середину и гордо поднятыми лицами, да при боевых знаменах.
— Хрен с тобой, золотая рыбка, — произнес я, понимая, что ровным счетом, куда не кинь, всюду клин.
— Я — черный дракон, — вяло напомнила о своей подвидовой принадлежности драконесса.
 
— А я парень, который просто хотел отомстить, — развожу руками и пытаюсь улыбнуться.
Получилось как у того дедули Гарольда, который терпит боль…
— Глеб, — озадаченно посмотрела на меня драконесса. — С тобой все в порядке?
Я не смог удержаться от пародии.
Но чувствовал себя именно так.
Оставляя вымученную улыбку, показал ей «большой палец», а второй рукой указательным пальцем ткнул себе в живот.
— Что-то случилось?
— Тут должна быть мое изображение и надпись «суперстар», — выдавливаю из себя. — Какой же я, сука, популярный в ваших краях… Что б горели он синим пламенем.
Вот эту фотку косплеил Глеб.
* * *
Ближе к вечеру мы остановились на ночевку.
Бережок озера, лесок позади, удобная травянистая полянка.
Тихо, мирно…
Ярый контраст с тем, что происходит у меня в душе.
Стандартные дела по обустройству лагеря на себя взяли Слуга и Олегус, готовкой занялись Ликардия и Лаурель, в то время как Фратер обходил окрестности на предмет возможной слежки.
У второго фургона к нам появились вопросы на предмет присоединиться, на что они были с чистой совестью посланы нахрен.
— Дамочки, — продолжая косплеить дедушку Гарольда, что терпит боль, посмотрел я на пятерку полторашек, посматривающих в сторону булькающего в нашем котелке варева. — Давайте кое-что проясним…
— Ясность, это всегда хорошо, — затараторила Корделия. — Меня как-то спросила: «Придешь ко мне в опочивальню ночью. Ясно, солнышко?». А мне что, не ясно? Ясно, не дура же. Я пришла. И сожгла к демонам ту опочивальню вместе с автором предложения.
А… Она точно не дура?
— Рыжая, — прервал я ее, наблюдая за тем, как за их спинами вампирша, которая так и не удостоила нас своим присутствием, разбивает лагерь. — Рот на замок, ферштейн?
— Фу, какие пошлые слова, — наморщила носик рыжуля, покривившись, а затем тут же просияв. — А можно еще парочку? Я даже запишу.
Словно из воздуха у нее в руках появилось перо, чернильница и лист бумаги.
Какого?!
Бросил взгляд на Эллибероут.
Та, пожала плечами и продолжила полировать свой двуручник.
Ладно, это мой бой.
Пора бы прояснить с этими дамочками что к чему.
— Запиши-запиши, — посоветовал я, заметив, что на меня волком смотрят две из четырех гарпий. — Так вот. Высекаю в граните прописные истины…
— А-а-а-а! — рыжая схватилась за волосы и посмотрев на меня молящим взглядом, полным слез размером с виноградину. — Да где ж я вам тут гранит, зубило и молоток найду? Пожалейте, господин! Дайте пять минут, я мигом все отыщу, чтобы занести мудрость Последнего Практика на нерушимую основу!
И…
С легким «пу-у-у-х», Корделия растворилась в воздухе.
Оставив передо мной четверку гарпий.
— Она с придурью, — донесся голос вампирши, которая уже устанавливала металлическую треногу поверх разожженного ей же костра, повесив на вбитый в борт повозки свой рогателький шлем. — Самая бесполезная из всех, кто работает на Посредника.
— А ты — самая полезная, что ли? — спросил я.
Вампирша бросила на меня испытующий взгляд, продемонстрировав клыки и то, что ее глазки могут светиться в темноте.
— Все мы для него — расходный материал, — мы мерились взглядами несколько секунд, после чего высший вампир решила продолжить заниматься полезным делом. — Даже эти малявки, — она махнула рукой в сторону четверки гарпий.
Дамочки в костюмах невидимости стояли короткой шеренгой передо мной: во главе Милена, в хвосте — Марина.
Марика и Милана — вторым и третьим номером с головы.