Повелитель Теней. Том 3 (СИ)

— В Мунназе ты не останешься, — заявил маг. — Пташки, — он махнул рукой и Милена вышла у него из-за спины, построившись в шеренгу вместе со своими вышедшими из скрыта сестрами у камина, — сопроводят тебя до одного отдаленного замка, который находится на севере наших территорий, у Непроходимых Предгорий. Думаю, тебе он будет интересен тем, что построен Практиками в ходе Последней Войны. Пересидишь там. А, в качестве своих извинений за доставленные неудобства, я отправлю с тобой нескольких своих слуг. Они, как и эти милашки, — он кивнул головой в сторону гарпий, отчего у меня сразу приуныло буквально все, едва я вспомнил как эти «милашки» выглядят в своей естественной среде обитания и не пытаются маскироваться под людей, — будут в твоем полном распоряжении, Практик.
— Так уж в полном, — прищурился я, понимая, что ко мне предоставляют не только соглядатаев, но и в принципе силу, которая может меня там удержать. — Или что, я могу отдать им любой приказ?
— Как только выберетесь из Мунназа — да, — все с той же притворной отеческой заботой, от которой несло фальшью, произнес Кривой. — Ну, и конечно, если ты не надумаешь обратить их против меня. Тогда они от тебя и мокрого места не оставят. Проявишь же благоразумие — они тебе не только помогут разобраться в магии и местных реалиях, но, и быть может, если ты хорошо поработаешь и очистишь окрестности Беркреда, то отправятся с тобой на Север.
— Заманчиво-то как, — оскалился я, сдерживая ярость. 
Кривой, пусть и не сказал этого прямо, но дал понять, что отныне я буду «птичкой в золотой клетке», которой суждено разгребать для него эхо Последней Войны.
Никакого путешествия на Север не будет.
Гаденышу плевать на меня и мой мир — он творит здесь собственные делишки, которые ему важнее.
Сложно его упрекать за это — мне ведь тоже плевать на его дела, своя задача повесомее будет.
Так и хотелось отдать приказ и перебить их всех. 
Уверен, у нас бы даже получилось.
Но сомневаюсь, что после убийства Магуса у нас осталось бы меньше врагов, учитывая его положение.
Нет, скорее всего он для местного правителя кто-то очень и очень важный, поэтому мой необдуманный поступок и игра «силушкой богатырской» приведет лишь к тому, что за мной будет охотиться уже целая армия.
Дракон в друзьях и Вестница Смерти, оборотень, Паладин, эльфийка и раб это, конечно команда мечты, но что-то мне подсказывает, что этот ушлый интриган явно готов к тому, чтобы нас тут всех прикончить.
И, если за Эллибероут я не особо волновался — пусть и с поврежденной душой, но она все же дракон, значит справится с армией…
«Если их будет хотя бы пять-шесть сотен с подходящим оружием — нет», — пришла мне в голову чужая отрезвляющая мысль. — «За мою травму можешь благодарить себя. И да, оружие против драконов у него есть — я ощущаю сильные артефакты в центре этого города. Боевые артефакты».
Дерьмо…
— Кажется, ты начинаешь обдумывать мое предложение? — уточнил Магус. — Не стоит. Просто соглашайся. Четыре красавицы гарпии, опытная магесса и воительница, слуги… Будешь жить как господин, Глеб. Поможешь мне избавиться от всех проблем — и ступай себе с миром на Север. А может быть одумаешься и решишь остаться здесь, станешь моей правой рукой и вместе… — его слова звучали с жаром, словно он выплевывал их с нетерпением, выдавая самое сокровенное.
Магус оборвал себя на полуслове.
— … Вместе мы добьемся всего, — спокойно произнес он. — Тебе решать. Никто во всем Аурхейме не даст тебе большего. Или сделает предложение лучше. А так… У тебя будет все. Хочешь — даже захватим для тебя Север и станем добрыми соседями?
Нормальный такой торг…
— Магесса? — переспросил я. — Воительница? Ты мне что, бабскую роту решил всучить?
— Каждый мужчина должен иметь возможность отдыхать так, чтобы ему не надоело, — хмыкнул Кривой. — Разнообразие каждый день для такого великого воина, Практика — это обычное дело. Я лишь помогаю тебе.
И даешь понять, что никакой сделки с маскировкой моей магии не будет.
Да и сделаешь ты все, чтобы оставить меня подле себя.
 
Что ж, если переть буром, то все закончится бесславной гибелью.
А меня ждут в родном мире.
Н-да… 
Хотел сделать это быстро, но раз уже это привело к одним лишь проблемам и гигантских размеров заднице, в которую я залез, то будем действовать иначе.
— А ты знаешь, — откинулся я на спинку кресла, — соглашусь. Как насчет того, чтобы сделать меня местным аристократом, отдать тот замок мне, а в подарок для будущего сотрудничества обеспечить меня деньгами на пару лет вперед и гвардией из отборных красавиц? Да еще рабынь штук триста?
— Или ты просто можешь согласиться на предложенный мной план и не испытывать мое терпение, — так же «ласково» произнес Магус.
— Соглашусь. Но мне потребуются деньги. И немало. Нашу добычу ты, как видишь, — я указал на мешки с драгоценностями, — решил забрать себе.
— Зато у вас остались родовые доспехи, — безразлично произнес Магус. — И так получилось, что принадлежат они тем родам, которые обитают по соседству с твоим будущим домом. Уверяю тебя — за возвращение семейных реликвий ты получишь немалое вознаграждение.
Сука.
Просто сука.
Ох, не завидую я тебе, Магус…
Зла-то я не помню.
Но записываю.
Лучше б ты меня не трогал, сука, лучше бы не трогал…
— Когда выезжаем? — самой лучезарной улыбкой, на какую был способен, поинтересовался я.
  
Глава 6
 
А времени на подготовку у нас оказалось не так уж и много.
Намного меньше, чем мы рассчитывали.
Уже на следующее утро, едва проорали петухи (я уже ничему не удивляюсь в этом мире), почувствовал, что кто-то щекочет мои ноздри.
Я уже не спал, но позволил себе поваляться какое-то время в постельке, однако подобное было выше моих сил.
Дернувшись вперед, схватил за руку плутовку и со всей доступной мне нежностью отвесил воспитательного шлепка другой.
И еще.
И еще раз.
А крупное перо медленно и печально планировало на пол нашей с Лавриком спальни.
Да, пришлось потесниться, но никто не жалуется.
Особенно Лаврушка.
Ну, почти не жалуется.
Зря она вечером решила послужить моим «громоотводом» для накопившихся страстей.
А ведь предлагала же Ликардия себя, но представительница гордого лесного народа решила иначе.
Ну, что поделать.
Сама согласилась подчиняться.
— Да больно же! — взмолилась Милена, прикрываясь второй рукой от «отеческих» подсрачников.
— Глеб, если что, есть ремень из кожи носорога. Нужен? — пробормотала Лаурель, переворачиваясь на другой бок и демонстрируя лежащий рядом с ней «Пожиратель Душ», с помощью которого я и разглядел свою обидчицу не открывая глаз.
— Тебя не спросила, ушастая! — окрысилась Милена, пытаясь вывернуться из моей хватки и уберегая корму от продолжения воспитательных процедур. — Сама ночью говорила: «Ой, больно-больно-больно!», а потом всю спину ему чуть не изорвала.
— Так ты еще и следила за нами? — не то, чтобы я был удивлен, но сам факт того, что это уже не в первый раз, начинал подбешивать.
— Мне разрешили погулять, и я не удержалась, — гарпия продолжала юлить словами и телом, стараясь не дать себя снова наказать.
Вот только это была ошибка.
О чем я ей и сказал.
— Да что вы злые такие?! — девушка посмотрела на меня своими большими печальными глазами. — Ну, интересно же…
— Интересно тебе, сучка крылатая, — процедила сквозь зубы Лаурель, возникая у нее за спиной.
Милена, увидев в руках обнаженной лучницы тот самый ремень, неожиданно перестала сопротивляться, отчего я, не ожидав подставы, не успел среагировать.
Гарпия, совершив прыжок с кувырком вокруг моей руки, вывернула запястье, отчего я разжал его, чтобы не заорать от боли.
Девушка в доспехах невидимости рыбкой нырнула с балкончика, растворяясь во дворе.