Девять месяцев до убийства

— Конечно. Мне кажется, я говорил вам об этом, инспектор.
— Нет. Этого вы не сказали! — сердито воскликнул Старик. — А после этого вы убежали и оставили дверь открытой?
— Да, — заикаясь, пролепетал Сюиза, — я просто затылком чувствовал страх… Но о чем вы хотели спросить, мистер Квин?
— Вы уже ответили на все мои вопросы, — сказал Эллери.
Полчаса спустя Эллери уже сидел дома в уютном кресле перед камином, а инспектор разгуливал по комнате и рассуждал вслух.
Зазвонил звонок. Слуга подбежал к двери и впустил прокурора Сампсона и его помощника Пеппера.
— Поздравляю! — сказал Сампсон. — Что за сумасшедшая мысль посетила вас тут?
Старик кивнул на Эллери.
— Спроси его. Она пришла в голову ему первому.
— Рассказывай, Эллери.
Все взоры обратились на него.
— Господа, я рассчитываю на то, что в будущем вы с большим уважением станете относиться к потаенным интуитивным процессам, происходящим у меня в подсознании. Чтобы проиллюстрировать их немаловажность, скажу следующее: пуля, которая вошла в голову Слоуна и вышла из нее с другой стороны, пролетела через дверной проем его кабинета. Мы нашли пулю в ковре, висящем на стене выставочного зала, прямо напротив двери. Значит, в момент выстрела дверь должна была оставаться открытой. Когда мы пришли в галерею, дверь кабинета и в самом деле была открытой, и это согласовывается с тем, что пуля застряла в ковре. Но вот теперь Начио Сюиза заявляет нам, что мы были не первыми, кто вошел в галерею после того, как Слоун умер. Он, Сюиза, побывал там до нас. Но Сюиза видел, что дверь была закрыта! В момент выстрела дверь непременно должна была оставаться открытой, в противном случае пуля застряла бы в ней. Значит, нам не остается никакого другого вывода, кроме как предположить, что был кто-то, кто закрыл дверь после убийства Слоуна, до появления Сюизы.
— Но, мистер Квин, — заметил Пеппер, — почему бы не предположить, что Сюиза не был единственным, кто заходил в кабинет Слоуна в ту ночь?
— Великолепно, Пеппер. Это как раз то, что я и хочу сказать. Кто-то зашел в кабинет Слоуна раньше Сюизы — тот и есть убийца!
Сампсон озадаченно потер щеку.
— Все же остается возможность, что этот человек, побывавший здесь до Сюизы, тут так же не при чём, как и сам Сюиза, а Слоун все же покончил жизнь самоубийством.
Эллери нетерпеливо махнул рукой.
— Наверное, теоретически вероятность этого существует, но она мизерна. Нет, Сампсон, вам уже пора отказаться от версии самоубийства и начать дело об убийстве.
— Это верно, — с отчаянной решимостью сказал инспектор. — Это совершенно верно. Он всем нам натянул нос. Тут, как ни вертись, ясно одно: Слоун был убит.
Прокурор и его помощник нерадостно кивнули.
Эллери продолжил свою речь:
— Если Слоун был убит, значит, не он разделался с Гримшо. Я считаю бесспорным, что убийца Гримшо убил и Слоуна, и попытался представить это убийство самоубийством, чтобы укрепить подозрения, падавшие на Слоуна.
Из наших предшествующих размышлений мы сделали вывод, что убийца Гримшо, мог фабриковать массу ложных улик против Халькиса только в том случае, если знал, что Халькис тайно продал картину Ноксу. Несколько раньше я доказал, что убийца подстроил все так, чтобы подозрения пали на Халькиса, будучи абсолютно убежденным в том, что Нокс станет молчать. Единственный человек, который знал о сделке — это сообщник Гримшо. Значит, сообщник Гримшо и есть убийца. Так как сам Слоун убит, он не мог быть сообщником Гримшо. Значит, убийца еще жив. Пойдем дальше.
Если Слоун неповинен в убийстве, у нас нет никаких оснований сомневаться в его показаниях, касающихся событий в отеле «Бенедикт». Его уверения в том, что тогда он был вторым посетителем, в высшей степени правдоподобны. Если так, то незнакомец, который на его глазах вошел в лифт вместе с Гримшо, и был сообщником Гримшо.
Вспомните: Слоун говорил, что он — единственный человек в мире, знавший о том факте, что Гильберт Слоун — брат Гримшо. Но кто же тогда мог написать то письмо? Гримшо, который так и не узнал новой фамилии своего брата, никому не мог ее сообщить. У Слоуна было достаточно причин молчать об этом родстве. Выходит, только один человек мог открыть тайну, — тот, кто присутствовал при их встрече, тот, кто из подслушанного разговора между ними понял, что они — братья, и кто при этом знал, что брата Гримшо зовут Гильберт Слоун.
 
И вот тут-то и начинается самое удивительное! Слоун сказал нам, что та встреча в отеле «Бенедикт» была первой встречей братьев после многолетнего перерыва, за время которого он сменил фамилию. Из всего сказанного следует лишь один вывод: тот незнакомец, который сделал открытие, что Гильберт Слоун — брат Альберта Гримшо, должен был в ту ночь находиться в номере Гримшо. Сам ли он спрятался, или ему велел Гримшо — мы не знаем. Во всяком случае, эта версия согласуется с тем, что Слоун не видел никого выходящим из 314-го номера, когда стоял в коридоре, и что Гримшо заставил Слоуна некоторое время подождать, а не сразу же открыл дверь на его стук.
— Это и в самом деле сдвигает дело с мертвой точки, — нехотя признал Сампсон. — Это все, что вы можете объяснить нам сейчас, Эллери? Или можете еще что.-tg^ добавить?
— Только партнер Гримшо, который прятался в его номере, мог оповестить полицию о родственной связи между Слоуном и Гримшо. Анонимное письмо было написано с той же целью, с какой ключ от подвала был подброшен в табакерку Слоуна, а часы Гримшо — в его сейф. Чтобы бросить на Слоуна подозрение в убийстве. Ту же функцию должен был выполнить и клочок бумаги, который остался от завещания Халькиса.
Теперь перехожу к показаниям миссис Вриленд. Что заставило Слоуна в ту ночь тайком пойти через двор на кладбище? Здесь у меня есть одна версия, которая просто нс выходит из головы. Может быть, Слоун в ту ночь заметил что-то подозрительное, незаметно проследил за убийцей, уносившим труп, наблюдал за тайным погребением и видел, что убийца взял с собой стальную коробку с завещанием. Если мы сделаем столь фантастическое допущение, можно будет, исходя из него, реконструировать дальнейшее поведение Слоуна. Он знал убийцу и видел, как тот тайно похоронил Гримшо. Почему он сразу же не сообщил в полицию? Достаточно вероятна такая причина: в руках убийцы находилось завещание, по которому Слоун был лишен наследства. Мне кажется вполне возможным, что Слоун позднее обратился к убийце с предложением — он будет молчать, если убийца отдаст ему или уничтожит завещание. Это, видимо, дало новый толчок активности убийцы, побудило его сфабриковать множество улик против Слоуна и инсценировать его «самоубийство».
— Тем не менее мне кажется, — вставил Сампсон, — что у Слоуна была хорошая возможность заставить убийцу отдать ему завещание. Однако это приходит в противоречие с тем фактом, что мы нашли остатки завещания в печи на вилле Нокса.
Эллери вздохнул.
— Сампсон, когда вы, наконец, научитесь пользоваться большими полушариями своего мозга? Вы что же, считаете, что убийца — глупец? Да он полностью держал Слоуна в руках. Ему достаточно было сказать: «Если вы сообщите в полицию, что я убил Гримшо, то я сделаю ответный подарочек — верну завещание. Нет, мистер Слоун, завещание я вам не отдам. Я буду хранить его у себя, чтобы обеспечить ваше молчание».
И Слоуну ничего не оставалось, кроме как согласиться на это предложение. В тот самый миг, когда он решил связаться с убийцей, он предопределил свою судьбу. Бедный Слоун! Ему, видать, было не слишком-то уютно в собственной шкуре.
  
26
 
Во вторник, двадцать шестого октября, ровно через неделю после того, как миссис Слоун привела всю машину снова в движение, Эллери Квин телефонным звонком был вырван из нежнейших утренних объятий Морфея. Звонил инспектор, чтобы сообщить, что обмен телеграммами между Нью-Йорком и Лондоном принял весьма напряженный характер. Музей Виктории стал проявлять возрастающее нетерпение. В одиннадцать часов в кабинете Сампсона созывается совещание по этому поводу.