Фрилансер. Битва за будущее (СИ)

— При закрытом неработающем реакторе… — потянул сеньор Серхио, забарабанив пальцами по столу.
— Так-так так!.. — А это подобрался уже я. Фрейя, что-то во мне почувствовав, пристально сощурилась, гадая, что за мысли меня посетили. Атомщик снова попытался что-то возразить, но Фрейя подняла руку, останавливая его. А с королевами, как известно, не спорят. Будущий друг, посмотрев отчего-то на мою персону, продолжил:
— Сеньор инспектор вас… Дезориентировал. Не скажу, что соврал, но довёл до сведения не всю информацию. Знаете, какая реальная чистота образцов по литию? Во всяком случае в тех трёх пробирках, что переданы нам? Разница в пятом знаке после запятой! В пятом! — подчеркнул он, сверкнув глазами. — Хотя для бомбы достаточно третьего.
— Это девяносто девять целых, девятьсот девяносто сколько-то тысячных? — уточнила высочество. — А у нас — стотысячных?
— Да. — Адриано кивнул. — Ртутный процесс применяется для обогащения, как самый дешёвый. Тут сеньор прав. Вот только ни один ртутный завод не станет делать пятый знак, когда можно довести до третьего. Есть и другие методы, но они скорее лабораторные, а у нас всё же хоть и мелкое, но промышленное производство, так что остаётся только лазер. Да, дорого. Капец как дорого! И энергозатратно. Но только если у тебя нет под боком термояда, к которому можешь подключиться бесплатно, без фиксации потери мощности в экономических отчётах. А значит реактор должен быть государственный. Чтобы потерю скрыть — этот реактор должен быть профицитным. Изначально у нас было два варианта, собственно в Первом национальном атомном центре в Ухане, и в Урумчи. Но Ухань отпадает, там реактор стоит в базе, держит нагрузку, любое колебание его мощности легко обнаружить. А вот Урумчи находится на границе, обслуживает лазерные зенитные комплексы военных на границе с Евразийским Блоком — там самого чёрта можно скрыть. И да, именно потому он и профицитный — резерв на случай резкого начала войны.
— Зашибись! — А это, разумеется, я. — Разведка с нами есть? Представители Первого управления? Есть у кого спросить? — Картинно заозирался. Но нет, чудес не бывает — тут промах, от Agencia Intelligencia сегодня на заседании никого. — Но, полагаю, Атомнадзор хоть какую-то информацию имеет, чтобы это подтвердить или опровергнуть?
— Этот реактор в Урумчи существовал, — кивнул старикан атомщик. — Но уже тринадцать лет как остановлен и законсервирован, сеньор Манзони полностью прав. Но проверки показали, что там ничего нет — там была наша комиссия. Мы пускаем инспекцию международного состава на свои объекты, Россия, Империя и Союз нас, тоже в международном составе — на свои, — пояснил он для всех, кто не в курсе. Фрейя в курсе — скупо задумчиво кивнула. — Это точные данные, реактор закрыт.
Адриано фыркнул.
— Разумеется, закрыт. Точнее законсервирован. Но говорю же, блок подготовки может преспокойно работать и при закрытом реакторе. Что, возможно, и делает. — Повернул голову ко мне. — Хуан, у нас нет таких возможностей к глубокой проверке, как у государства, мы всё же больше по шпионажу отраслевому, промышленному. Проверять завод придётся вам. Но то, что такая установка существует, и для каких целей была создана, знают все — это общедоступная информация. Да, это Поднебесная. И Урумчи. Без вариантов. Потому, что вторая такая установка находится в Дубне, третья в Димитровграде, четвёртая под Сан-Паулу, пятая в Ухане, которую мы отбросили как маловероятную, и, наконец, шестая — в Санта-Катарине, у нас, на Венере. И я сомневаюсь, что шкодили русские или имперцы. А наши вообще в пролёте — нет смысла тащить литий на Землю, чтобы там банды смогли вернуть его обратно на Венеру. И повторюсь, эту информацию, Хуан, с вашими ресурсами элементарно проверить.
— Тревожная кнопка! — выкинул руку вперёд я. Фрейя уже подзабыла такую команду, ибо Борхеса мы арестовывали давно, в прошлой (как теперь кажется) жизни. Но спустя секунду поняла, и кнопку нажала.
Ангелы ввалились ещё через пару секунд. Растерянные, злые, винтовки наизготовку. У всех присутствующих хватило ума сидеть без движения, включая меня. Врывающиеся в кабинет по тревоге представители корпуса даже со мной шутить не будут. И только когда охрана, наставив на всех оружие, замерла, оценив обстановку — что высочеству ничего не угрожает, я вежливо попросил:
  
— Девочки, этого человека в казематы дворца. Для вдумчивой беседы, но без лишней жестокости. Он может быть не виноват в злонамерении, просто позволил себе расслабиться и подойти к поручению главы государства спустя рукава.
Двойка старых дев обошла стол и быстро скрутила указанного мною инспектора.
— Что вы… Что вы себе позволяете? Как такое возможно? Я же…- Растерянность, ошарашенное выражение лица.
— Сеньор! — Я не повышал голоса, но все сидящие, кроме дона Козлова, повтягивали головы в плечи. — Сеньор, вы — Атомнадзор Венеры. Именно ВЫ должны давать её высочеству и её величеству самую полную оперативную информацию по любой проблеме в своей области. И вам ясно сказали, под подписку, раскрыв карты: кто-то хочет сделать на планете бомбу. Серьёзную бомбу. В итоге вы рассказываете сказки белого бычка, кто это мог быть на основании логики. Что мы и сами прекрасно понимаем — с логикой пока дружим. Нам нужны факты и экспертная оценка. ЭКСПЕРТНАЯ, сеньор, а не аналитика от службы безопасности. И нам её предоставляет ЧАСТНАЯ компания, радеющая прежде всего о собственных интересах и не имеющая отношения к государству. Вы не находите это достаточным основанием для своего задержания?
Все за столом смотрели в столешницу, кроме Нимфы и сеньора Серхио. Нимфа просто смотрела, оценивала меня, а сеньор прикидывал что-то в уме, какую-то политическую комбинацию, наверное. Я второй раз за месяц арестовываю в королевском кабинете высокопоставленного чиновника (и третий, если считать секретаря королевы Марко Переса, который сейчас под домашним, но арестом — приказ Фрейи). Это что-то да значит, а за пределами данного кабинета кипит и бьёт ключом жизнь. А значит, её надо как-то жить, с кем-то договариваться, кому-то что-то объясняя. Но порицания в его глазах не увидел, а это хорошо.
— Я не хочу слышать ваши оправдания, — остановил я сеньора инспектора, когда он раскрыл рот и залепетал что-то. — Спрашивать вас будут компетентные лица, и вы им всё-всё и расскажите. Рекомендую подготовиться к опросу и заранее вспомнить, что сеньорам может пригодиться или понравиться. Увести.
Кивок Фрейи, давшей на это безобразие добро — ибо я для ангелов всё ещё никто, и это правильно. И сеньора потащили, держа на весу, не давая коснуться ногами пола.
— Жесть! — воскликнул Эдуардо, когда за последней из ангелов закрылась дверь. Нимфа походя отдала в двух словах какое-то распоряжение, видно, куда вести, но сама осталась с нами — досмотреть шоу.
— Я вообще-то не планировал… Так круто, — покачал головой Адриано. — Атомнадзор нам не враг, хотя у нашей компании частенько с ним и бывают тёрки. Но не с такими же последствиями!
Фигасе! Он что, на свой счёт принял? Дескать, подставил ограничивающую их структуру, пользуясь моментом? Типа, «как мы теперь в глазах Атомнадзора будем выглядеть?»
— Адриано, не бери в голову, ты не при чём, — успокоила его Фрейя и улыбнулась. — Это решение Хуана, и раз он это сделал — что-то в сеньоре почувствовал. У него феноменальная интуиция, я ему доверяю. — Оглядела всех присутствующих, среди которых оставалось ещё два представителя Атомнадзора, очень-очень сильно побелевших, трое оперативников во главе с Алексом, и несколько военных, прилетевших с Эдуардо. Все сидели и рассматривали в столешницу, понимая, что случившееся коснётся косвенно и их. И Фрейя решила подтвердить им, что они правильно думают.
— Сеньоры, я недовольна. Если я прошу разобраться в проблеме — надо разбираться. А то получается, что перед вашим взором нарисовался забор — и вы описали всё до этого забора, не потрудившись заглянуть за него. Вам же не сказали за него смотреть! У нас не «Тайны волшебного леса», мы не в игры играем. Тут национальная безопасность, вопрос выбора стратегии государства на ближайшие десять-пятнадцать лет. Может мы завтра войну начнём из-за данного… Данной операции врага! Чтобы избежать ошибки, нужна самая полная информация, факты. А вы мне «может этот завод, а может тот, логика же». Потому рекомендую сейчас тем, кто пока не делал доклад, тщательнее его продумать, и если в каком-то месте ваш взгляд упёрся в свой забор, за который вы не посмотрели… Скажите в докладе об этом честно, и я не буду кусаться. Дам шанс исправить. И боже упаси вас втирать мне очки! Надеюсь, всё понятно? Адриано, продолжай, что там по этому долбанному литию?