Жаркая осень в Мадриде (СИ)

  
15
 
Как только они вошли в квартиру, Рафаэль сорвал с неё одежду, и без каких-либо прелюдий, ласк или поцелуев, овладел ею. Она совершенно не ожидала такой реакции, просто не была готова к такому натиску, и попыталась освободиться из его объятий. Но он держал её так сильно, как зверь держит свою добычу, не давая ни малейшей возможности для спасения. Не понимая, что с ней происходит, она перестала сопротивляться и поддалась страсти этого красивого и сильного мужчины.
Это продолжалось довольно долго, Рафаэль был неистовым в своей страсти, чувствовалось, что у них давно не было секса, и оба получали удовольствие, периодически издавая крики и стоны. Когда это всё закончилось, Эсперанса тихонько спросила:
— Ты что, всегда практикуешь такой жесткий секс? Я думала, что ты меня задушишь! Откуда только силища берётся?
— Ну, тебе же понравилось! Я это видел и чувствовал! А сейчас тебе пора домой, — нагло ответил Рафаэль, и протянул ей одежду.
— Ты не хочешь, чтобы я у тебя осталась? — робко поинтересовалась Эсперанса.
— Нет, не хочу. А сейчас я вызову тебе такси, одевайся.
— Ну, ты и козёл! Много таких видела, но ты особенный. Черт с тобой! Мне от тебя ничего не нужно. Доберусь домой сама.
— Хорошо, моя козочка! Но единственное, что тебе скажу, что мне было хорошо с тобой.
— Отвали, придурок! Не смей меня искать, и забудь мой телефон. Знать тебя не хочу, это было большой ошибкой с моей стороны.
— Согласен! Можешь называть меня, как хочешь, но все-таки позволь мне вызвать тебе такси, ведь ночь на дворе, и я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — сказал Рафаэль, преграждая ей дорогу.
— Заткнись! Благодетель нашёлся! Уйди с дороги! — закричала Эсперанса, отталкивая его, и закрывая за собой дверь, а он был не в силах её остановить.
  
16
 
Она вылетела из квартиры, её трясло от злости, но прежде, чем позвонить в службу такси, взяла себя в руки, успокоилась и набрала номер телефона. Такси приехало через пять минут, она села в машину и через десять минут была уже дома.
Быстро раздевшись, Эсперанса пошла в душ, чтобы смыть весь негатив, который переполнял её душу. «Надо же так вляпаться, видно, что жизнь меня ничему не учит!» — думала она о том, что с ней случилось. Нужно быстрее забыть всё это, и продолжать жить, а завтра ведь нужно выходить на работу. Она вышла из душа, посмотрела на часы, и поняла, что оставалось всего три часа для сна, а за это время следовало восстановиться, и ни о чем не думать.
Когда прозвонил будильник, Эсперанса еле встала, так как совсем не выспалась. Она не хотела вспоминать вчерашнюю ночь, старалась забыть всё, как кошмарный сон, и вычеркнуть этот день из своей жизни. Хорошо, что есть работа, которая поможет ей не зацикливаться на этом неприятном инциденте, а сможет вернуть её к прежнему состоянию. Она снова поняла, что нужно быть осторожной в выборе связей.
«Ну, почему мне так не везёт? Сколько можно наступать на одни и те же грабли? Пора бы призадуматься, почему это со мной происходит?» — размышляла Эсперанса в то время, как готовила себе завтрак. Аппетита у неё совсем не было, но она заставила себя съесть йогурт и пару тостов с джемом, а также выпила крепкий кофе.
По дорогу в университет она продолжала анализировать случившееся, пыталась переключиться на другую тему, но мысленно снова возвращалась к Рафаэлю, и пыталась понять, почему он так с ней поступил. С виду вроде бы нормальный парень, а что ему стукнуло в голову, она никак не могла себе даже представить. Черт возьми, но им действительно было хорошо вдвоём, а эта резкая перемена должна была иметь под собой какое-то основание.
Она стала винить себя за то, что согласилась поехать к нему, этого не стоило делать, но, как говорят, после драки кулаками не машут. Эсперансе показалось, что её голова слишком занята недостойным предметом внимания, поэтому, в очередной раз она переключилась на работу, так как уже подъезжала к университету.
 
Когда она входила в аудиторию к студентам, сразу всё становилось на свои места. Эту работу она очень любила, особенно, если студенты проявляли интерес к испанской литературе, которую она обожала, и пыталась донести эту любовь до своих подопечных.
Студенты первого потока проявляли немалый интерес к предмету, который преподавала Эсперанса, и каждый раз, когда она читала им лекции по литературе, у неё поднималось настроение, и ей хотелось дать им как можно больше информации. В данный момент это было её спасением, и она была благодарна своей работе, которая отвлекала от грустных мыслей, и давала ей новые силы.
После первых двух лекций был небольшой перерыв, во время которого она пообедала в студенческой столовой, ещё оставалось полчаса до очередной лекции, как вдруг зазвонил мобильный телефон. Она увидела номер Рафаэля, и сбросила вызов. Он стал звонить снова, и каждый раз она сбрасывала его звонки, а потом и вовсе отключила телефон.
«Какой нахал! Он ещё смеет звонить мне! Это же надо, после всего, что было, ему хватает наглости звонить мне!» — подумала Эсперанса, и направилась на лекцию.
Время пролетело быстро. Когда она подходила к машине, почувствовала ужасную усталость, так как почти не спала ночью, и первое желание, которое у неё появилось, — это быстрей доехать домой, и лечь спать, поскольку она еле стояла на ногах, а глаза сами непроизвольно закрывались. К счастью, не было большого дорожного трафика, и она за полчаса доехала до своего дома.
Эсперанса припарковала во дворе машину, достала портфель, и направилась к подъезду. В этот миг её кто-то схватил за руку. Это был Рафаэль.
— Какого черта! Ты что здесь забыл? Кажется, я тебе всё сказала, видеть тебя не хочу! — закричала Эсперанса, убирая его руку.
— Я приехал извиниться. Ты же не берешь трубку, Вот я решил приехать, и принести тебе свои извинения. Мне самому было не по себе. Выгнать ночью девушку не в моих правилах. Не знаю, что на меня нашло, — стал оправдываться Рафаэль.
— Мне не нужны твои извинения! Я тебе ничего не должна! Пошёл вон! — продолжала Эсперанса, открывая дверь подъезда.
— Ты прекрасна, когда сердишься! Какой огонь в твоих глазах! Подожди, скажи мне только, что ты меня простила, и я тотчас уйду, и больше ты меня не увидишь! — настаивал Рафаэль.
— Хорошо, только у меня есть одно условие: чтобы я тебе никогда не видела и не слышала! Будем считать инцидент исчерпанным, — ответила Эсперанса, и закрыла дверь у него перед носом.
  
17
 
В ту ночь, когда Эсперанса ушла, хлопнув за собой дверью, Рафаэль понял, что сорвался, и допустил ошибку. Ему нужно было просто сказать, что он не готов к серьёзным отношениям, а после такого продолжительного секса, он унизил её, практически выгнав ночью на улицу.
Он не хотел привязываться к Эсперансе, но надо было оставить возможность хотя бы для того, чтобы иногда с ней встречаться, а после близости он понял, что они хорошо подходят друг другу. Не так просто найти сексуального партнера, к которому влечёт, и который доставляет тебе удовольствие.
Он плохо спал эту ночь, а перед глазами стояла картинка, когда они занимались сексом, и ему было мучительно больно, что он сам всё испортил.
«Надо будет извиниться, ведь я же не такой бесчувственный чурбан, а простит она меня или нет, это уже неважно», — с такими мыслями он заснул на рассвете.
Первую половину следующего дня он провёл в банке, где должен был установить программное обеспечение, над которым закончил работать накануне. За три рабочих дня он собирался завершить этот проект в надежде на хорошую компенсацию своего труда, а в конце недели надеялся вернуться в Сан-Себастьян. Ему прилично надоела жара в Мадриде, и он никак не мог дождаться, когда приедет в свой родной город, в котором совершенно другой климат, где всегда с моря веет легкий бриз, и чувствуется прохлада.