Призраки стекла (ЛП)

— О, да. Если бы я только мог запечатать этот момент в бутылку.
— Сарказм ниже твоего достоинства.
— Напротив.
Я вздохнула и провела кончиком пальца по тонкому контуру имени Пенелопы.
Странно, что ее похоронили здесь, на краю участка, так далеко от родителей. Да и вообще далеко от всех. Я посмотрела налево. Ее братья, Баннер и Джеймс, были похоронены на противоположном конце участка вместе со своими семьями. Рядом с ней не было никого, кто был бы близок ей при жизни.
— Бедная девочка, — прошептала я.
— Грустно, когда видишь детей, не так ли? — глубокий, незнакомый голос раздался с главной кладбищенской дорожки за нашими спинами.
От неожиданности я ужасно испугалась, наполовину вскочив, наполовину упав назад, на крепкие ноги Эфраима.
Эфраим резко повернулся к гостю, его рука метнулась к задней части джинсов.
Он взял пистолет.
И посмотрел на меня, явно предупреждая, чтобы я молчала и следовала его примеру.
— Как дела, друг? — голос Эфраима был опасно ровным.
Мужчина указал пальцем на маленькое надгробие рядом со мной.
— Надгробия. Детские надгробия. — Его темные глаза сверкали на фоне полуночной кожи. Он небрежно улыбнулся с края маленькой грунтовой дорожки и засунул солнцезащитные очки в передний карман рубашки.
Я выпрямилась, узнав его.
— Соломон?
Глаза мужчины расширились, но он ничего не ответил. Я запоздало поняла, что, хотя они могли бы быть братьями, этот человек не был моим давним другом.
— Детские надгробия — самые печальные, — повторил он.
— Да. — Я встала, постаравшись, чтобы ноги перестали дрожать. — Я согласна.
Эфраим бросил на меня предостерегающий взгляд.
Мужчина переступил с ноги на ногу и указал в сторону ангела Дарлинга.
— Я был на похоронах, знаете? Раздавал розы.
— Уже поздно для прогулки, — оборвал Эфраим, не обратив внимания на слова мужчины.
— То же самое я могу сказать и о вас, — поднял он кустистую белую бровь.
— Вы были с ним друзьями? — спросила я, полагая, что он имеет в виду похороны дедушки, хотя не помню, чтобы я его там видела.
Мужчина кивнул.
— Больше чем друзьями. Названными братьями. Давно, очень давно.
— Значит, вы здесь в гостях?
Улыбка сморщила его темное лицо.
— Можно и так сказать. — Он показал через плечо. — Моя семья отдыхает на другой стороне. Мы — Поттеры. Ваши вечные соседи. — Он ухмыльнулся. — Мистер Дарлинг обычно смеялся над этим.
Поттер. Это была фамилия моего Соломона. И участок для захоронения его семьи действительно находился через дорогу. У меня поползли мурашки по коже. Это была какая-то шутка? Я прищурила глаза в попытке лучше рассмотреть лицо мужчины в темноте. Но лунный свет отбрасывал странные тени на каждого из нас. Даже Эфраим выглядел как карикатура на самого себя.
Мистер Поттер указал на камень у моих ног.
— Вам интересно, кто это там под камнем?
Я покачала головой.
— Это Пенелопа.
Он выглядел удивленным.
— Знаешь, Уитни, говорят, что в твоем Дарлинг-Хаусе водятся привидения.
Эфраим взял меня за руку и потянул обратно в ту сторону, откуда мы пришли.
— Ладно. Мы закончили. И оставим вас одного, мистер Поттер.
— На мраморе, у подножия лестницы в зимнем саду, есть пятно крови. Вот почему там всегда держат ковер. Пятно не отмывается, — улыбка мужчины расширилась, став дикой и слишком широкой для его лица. — Не потому, что не пытались.
Эфраим толкал меня в сторону от участка, прочно встав между мной и мистером Поттером.
— История о призраках Саванны, сэр.
— Вы когда-нибудь заглядывали туда? Под ковер? — крикнул он нам вслед.
Я начала было отвечать, что, конечно, видела пол под ковром, но остановилась с приоткрытым ртом, потому что теперь, когда подумала об этом, я поняла, что никогда не видела.
— Спросите меня, как туда попало пятно крови? — кричал нам вслед старик, сделав неуверенные шаги в нашем направлении. Он указал тонким узловатым пальцем на небо. — Спроси люстру Уильяма. Стекло помнит.
Эфраим больно вцепился в мою руку, пока мы бежали через лес к машине.
 
Я оглянулась через плечо, ожидая увидеть слишком широкую ухмылку незнакомца, преследовавшего нас.
Но ничего не было.
Насколько я могла видеть, мистер Поттер просто исчез.
Солнечный свет калейдоскопом радуг переливался на полу в гостиной для завтраков, крошечными спиральными всплесками цвета выделяясь на белом мраморе. Я сидела, скрестив ноги, в мягком кресле с тростниковой спинкой, обхватив руками кружку с кофе и вдохнув его тёплый, успокаивающий аромат.
На полу зимнего сада действительно было пятно крови. Большое, выцветшее и темное, скрытое под толстым ковром. Я почти не удивилась. К сожалению, меня уже мало что удивляло. Но глаза Эфраима были широкими, как блюдца, когда я потащила его вниз после восхода солнца, чтобы убедиться в правдивости утверждений мистера Поттера.
Грустно, когда видишь детские надгробия.
Я в тысячный раз обдумывала слова старика.
Спроси у люстры Уильяма. Стекло помнит.
Они были так похожи на те, что писал мне Алистер в своих письмах. Но как это было возможно? Конечно, если мои подозрения были верны, то ничто из вчерашней встречи с мистером Поттером не поддавалось объяснению.
Я сделала еще один глоток кофе, рассеянно встала и подошла к тому месту, где Эфраим оставил пакет с пончиками с сахарной пудрой. Мой рот наполнился слюной, когда я открыла пакет и глубоко вдохнула. Я поднесла маленькое пирожное к губам и обернулась на звук приближающихся шагов.
В комнату вошел Эфраим, одетый в черный рыбацкий свитер и выцветшие джинсы, обтягивающие во всех нужных местах.
— Я вижу, ты нашла подсказку.
Я чопорно улыбнулась и откусила еще один аппетитный кусочек.
— Где ты их взял? Я думала, что мы все съели вчера вечером.
— Утром привезли доставку. — Он скрестил руки и прислонился к дверному косяку, выглядя довольным собой. — У кого есть время на такие вещи, как поход по магазинам, когда есть призраки, с которыми нужно бороться?
— Ты имеешь в виду мистера Поттера.
Он кивнул.
— Не считая других наших жутких друзей. — Эфраим подошел ближе, на его губах играла лукавая улыбка. — Я думаю, что в обозримом будущем нам с тобой следует избегать всех кладбищ, могил и других мест, связанных с захоронениями.
— А как насчет того, чтобы вернуться при свете дня?
Он глубоко вздохнул, изучив мое лицо, как будто думал о чем-то совсем противоположном бриллианту.
— Я помню, что обещал. Хотя, после вчерашнего вечера, возможно, меня придется уговаривать. — Он провел большим пальцем по моему подбородку. — У тебя тут немного сахара.
Я облизала нижнюю губу.
— Давай я помогу тебе с этим. — Он приподнял мой подбородок и прижался губами к моим губам, затем застонал и притянул меня ближе. Я расслабилась. От него пахло сандаловым деревом и океаном — пьянящий коктейль из мужской привлекательности и дорогого средства для душа. Я растворилась в поцелуе, насладившись тем, как учащалось его сердцебиение под кончиками моих пальцев.
— Ты на вкус как завтрак, — прошептал он мне в щеку, отстранившись и оставив поцелуи от моего уха вдоль по изгибу шеи.
Женский смех из гостиной заставил меня замереть на месте.
— Ты это слышал?
Он усмехнулся.
— Продукты — не единственное, что мне доставили из города.
— Что? — не успела я задать вопрос, как раздался голос Ислы. — Что она здесь делает? Я думала, здесь слишком опасно.
Эфраим усмехнулся и провел пальцем по моей челюсти.
— Сейчас 7:30 утра. Прибыла новая охрана. Я не уверен, что торжество вообще стоит сейчас организовывать в Дарлинг-Хаусе, но думаю, что тебе и дамам не повредит поработать здесь над деталями. — Он скрестил руки. — Я отвезу тебя на кладбище позже, когда пройдет достаточно времени, чтобы мы оба пришли в себя после вчерашнего приключения.