Призраки стекла (ЛП)

Но, несмотря на то, что мы проводили время в постели, между нами все еще оставались тайны. Например, то, что они с Фрэнсисом обсуждали в день нашего возвращения с Офелии. Я не раз спрашивала его об этом, но он отказывался рассказывать. Сказал только, что не хочет волновать меня понапрасну. Такой ответ меня ужасно раздражал и только усиливал мое любопытство.
Поэтому я занялась своими делами, посвятив большую часть времени знакомству со стекольной мастерской, изучению поступающих заказов и ознакомлению с календарем предстоящих событий. Не говоря уже о моих обязанностях, связанных с компанией Darling & Potter, в которых Эфраим оказывал мне большую помощь.
Я еще не выдувала стекло, несмотря на назойливые просьбы самого стекла.
В один день оно желало быть пресс-папье, в другой — вазой, затем колокольчиками, голубыми бутылками, набором чаш — список того, чем оно хотело быть, рос. И, как обычно, его желания полностью совпадали с поступающими заказами.
Я по-прежнему доверяла Монике управление фабрикой по производству солнцезащитных очков Darling & Potter в городе, а все основные заказы она выполняла в мастерской на острове. Она была более чем компетентна. Никто, кроме Сета и меня, не провел столько времени, обучаясь вместе с дедушкой на протяжении многих лет. И я знала, что она заботится о бизнесе так же сильно, как и любой из нас. Ведь ее семья была с Darling Glass почти с самого начала.
Но скоро наступит день, когда мы получим запрос на изготовление чего-нибудь в исполнении Дарлинга. Люстра, для создания которой потребуются мои уникальные таланты.
Но сегодня этот день не наступил.
Сегодня у нас с Эфраимом была назначена встреча в Историческом обществе в центре города, и мы не собирались уходить, пока не найдем ответы на вопросы о мистере Горации Леру.
Спустившись по ступенькам в холл, я вынула наушники и притормозила, услышав женскую болтовню, доносившуюся из кухни. Тетя Роза, Исла и Моника сидели за столом для завтрака, разложив между собой блокноты и красочные каталоги. При моем появлении они дружно подняли глаза.
— Ну, здравствуй, солнышко. Очень мило с твоей стороны присоединиться к нам. — Роза криво усмехнулась.
— О, не стоит ее обижать, — сказала Исла. — Она недавно вышла замуж. Представьте себе, сколько всего отвлекает ее внимание.
Моника выглядела раздраженной.
— Ты ведь не забыла о нашей встрече? Не успеем мы оглянуться, как наступит гала-вечер, а нам нужно так многое сделать.
На меня снизошло озарение. Я совершенно забыла о встрече по поводу гала-вечера сегодня утром. Я потянулась за огромной кружкой кофе.
— Я вспомнила, — соврала я. — Мне нужно было несколько лишних минут, чтобы подготовиться. У меня назначена встреча в Историческом обществе, как только мы здесь закончим.
Моника бросила на меня косой взгляд, выглядя неубежденной, но не стала настаивать на своем.
— Ну что ж, присоединяйся к нам, — сказала Роза. — Здесь есть свежий сырный даниш и несколько булочек с корицей, которые прислала мама Моники.
Я опустилась на стул, избегая осуждающего взгляда Моники.
— Что мы сегодня обсуждаем? Схему рассадки? Декор?
— Цветочные композиции, — сказала Моника. — Я думаю о вазах и вазонах с белыми лилиями.
Естественно. Я сморщила нос.
— Белые розы — хороший компромисс, — подхватила Исла. — Или белые гвоздики. Люди считают их дешевкой, но из них получаются самые великолепные букеты.
— Мне нравится идея с розами, — сказала Роуз с милой ухмылкой. — Классика и изысканность, как у нашего Алистера.
Я кивнула, и Моника сделала пометку в своем блокноте.
— Розы, отлично. — Она достала из своего портфеля свежую пачку бумаг. — Теперь, я думаю, было бы замечательно, если бы мы смогли привлечь местных спонсоров, которые помогли бы организовать это мероприятие. Я не думаю, что будет трудно найти нескольких. Я думаю о ювелирной компании Levy Jewelers, компании Genteel & Bard’s, занимающейся историческими экскурсиями, или одном из обществ культурного наследия. Уитни, как ты думаешь, сможешь лично обратиться к нашим кандидатам в спонсоры? Конечно, теперь, когда ты не только Дарлинг, но и Каллаган-Дарлинг, вся Саванна будет у твоих ног.
 
Я откусила кусочек сырного даниша, наслаждаясь сливочным вкусом и пытаясь найти ответ, кроме простого отказа. Я не была сильна в этом. Если не считать спокойных мероприятий на набережной, которые мы посещали, когда я была маленькой, то светская жизнь в Саванне была не в моем вкусе. Не то чтобы я не хотела этого, но я была слишком застенчива и замкнута, что обычно выглядело неловко.
— Я не лучший человек для этой работы. Но с удовольствием помогу организовать все закулисные детали.
Моника выглядела раздосадованной.
— Я полагаю, что Исла может взять на себя привлечение спонсоров. — Она повернулась к Исле. — Как ты думаешь, твой брат хотел бы стать спонсором?
Исла пожала своими худенькими плечами, мило улыбнувшись.
— Я уверена, что Ашер будет рад.
— Мне нужна еще одна чашка кофе, — сказала Моника, встав со своего места и подойдя к стойке.
— Что это за встреча у тебя с Историческим обществом? — спросила Исла. — Расскажешь?
— Небольшое исследование истории Дарлинг-Хауса. Мое собственное любопытство.
Роза постучала пальцем по столу перед собой.
— Имей в виду, если ты ищешь ответы, то иногда их находишь.
Я кивнула, соскребая последний кусочек сливочного сыра со своей тарелки.
— В данном случае, я надеюсь на это.
Моника села, держа в руках дымящуюся кружку с кофе.
— Я думаю, что это замечательно, что ты уделяешь большое внимание истории своей семьи. Наше наследие — это самое ценное, что есть в этом мире. Потеряй свое наследие и потеряешь свое самое большое богатство.
— Хорошо сказано, дорогая. — Тетя Роза подняла свою кружку с кофе в знак одобрения.
— Хорошо, — сказал я, — давайте приступим к делу.
Торжественное собрание закончилось, и я успела быстро съесть бутерброд, прежде чем присоединиться к Эфраиму перед домом, где он напомнил мне, что в профессиональной среде пятнадцатиминутное опоздание не считается пунктуальностью. А я напомнила ему, что он напыщенный осел.
Что, конечно же, закончилось тем, что мы, спотыкаясь, направились в спальню, гарантируя себе грандиозное опоздание.
Теперь Эфраим ориентировался в пробках центра Саванны, а я перебирала на его телефоне старые треки. Величественный город-хозяин раскинулся вокруг нас во всем своем величественном историческом великолепии.
Дождь лил непрерывными потоками, оставляя глубокие лужи на старых кирпичных и каменных тротуарах. Мокрый мох свисал с огромных вечнозеленых дубов, которые, словно мудрые и молчаливые стражи, выстроились вдоль улиц. Если не считать проклятий, то расти в Саванне, среди необычной архитектуры и ухоженной природы, увитой ползучим плющом и скрытыми интригами, было счастьем.
Эфраим остановился на пешеходном переходе, пропустив группу женщин, переходивших улицу перед нами. Все они были одеты в одинаковые футболки, а у женщины в центре через плечо был перекинут поясок с надписью Bride, выполненной блестящими буквами. Они явно выпили и, проходя мимо, откровенно разглядывали Эфраима через лобовое стекло, хихикая и обращаясь к нему с такими словами, что я покраснела.
Эфраим ухмыльнулся.
— Что бы представляла собой Саванна без наших девичников?
— Была бы более пристойной, — сказала я.
Он усмехнулся. Я подняла бровь. Поскольку видела статью о нем в журнале South Magazine. Самый привлекательный плейбой Саванны, вот это да.
— Полагаю, полуодетые женщины, нетвердо стоящие на ногах еще до полудня, это не то, что беспокоит такого мужчину, как ты.
— Больше, чем ты думаешь. Но не так сильно, как тебе хотелось бы.
— И почему меня должно это волновать?