Три дня любви (СИ)
За Кириллом отправился и Игорь, Артём крепко взял меня за руку и потащил за ними. Нет, я не упиралась, я вообще не понимала, что происходит. Точнее, понимала, но наотрез отказывалась в это верить. Поэтому просто безвольно перебирала ногами, со страхом осматриваясь. И только тогда, когда мы остановились у знакомых мне ворот, до меня окончательно дошло.
— Нет…
— Заткнись! — прошипел Кирилл, копошась в замке калитки.
Артём развернул меня к себе.
— Каролина, всё получится, не бойся! Тебе ничего не нужно делать, только не мешай, пожалуйста! У нас будет куча денег, мы сможем уехать.
— Всё, сигнала нет! — объявил Игорь, пялясь в маленький планшет.
— Пошли! — Кирилл, закончив с замком, вошёл во двор.
Артём затащил и меня, и теперь я уже упиралась.
— Нет, одумайтесь! Пожалуйста!
Господи, я приехала грабить дачу Романа Андреевича Алиева! Как я докатилась до этого?! Как Артём довёл нас до этого?!
— Да закрой ей рот! — зашипел на Артёма друг.
— Вы в курсе, чья это дача?! — взвыла я.
— Так, всё! — Кирилл двинулся на меня, но Артём встал на его пути.
— Угомонись! Разбирайся с замком, тебе ясно?
— Она спалит нас!
Артём развернулся ко мне.
— Успокойся, Каролина. Ты только мешаешь!
— Это вот — ничего плохого?! — прошипела я в ответ, понимая, что деваться мне уже некуда.
Если нас заметят — мне никогда уже не жить даже той жизнью, которая есть у меня сейчас. А когда об этом всём узнает Али — моя жизнь вообще закончится.
Но всё снова было против меня. Когда мы оказались внутри дома, во дворе вдруг послышался шорох, а потом к нам ворвались люди в масках. Вот теперь точно: финита ля комедия, Каролина.
ГЛАВА 33
ГЛАВА 33
Каким было самое необычное или странное место, где вы когда-либо оказывались? Наверное, любой среднестатистический человек, прокрутив в голове воспоминания о своей жизни, с лёгкостью ответит на этот вопрос. У каждого найдётся такое место. И у меня тоже нашлось. Но думала ли я когда-нибудь, что окажусь именно здесь, в полиции? И не в качестве свидетеля, а в качестве обвиняемой. Нет, никогда. Но… да, так вышло, что Каролина Вишневская, дочь начальника полиции на пенсии, сейчас находилась именно в такой роли.
Как же я докатилась до такого?! И ведь некого винить, кроме себя. Виноват даже не Артём, притащивший меня на ограбление. Виновата я сама. У меня был шанс отказаться, когда он предложил, я же всегда подозревала, что в его "работе" что-то не так. Но я закрывала на это глаза, мне было так удобно. Удобно было верить, что он ничего плохого не делает. И вот, к чему привело меня это удобство и мой самообман. А ведь даже Кристина когда-то предупреждала меня, что ничем хорошим это не кончится, но и её не послушать мне тоже было удобно.
С момента нашего задержания прошло двое суток. Это было так себе времяпрепровождение, но больше на меня давило психологически осознание произошедшего. Давило, что меня угораздило понаблюдать за "работой" парня, которому я доверяла, именно в этот раз. Плюс, я переживала за то, что Али, узнав об этом всём, совсем разозлится и всё-таки выполнит своё обещание, а я даже не могла связаться со своей семьёй. Телефон свой я видела в последний раз, когда Артём бросил его в машину, а номеров семьи наизусть я не знала. И я была раздавлена.
Но больше всего даже не всем вышеперечисленным, а тем, как поступила с Ромой. Пусть, я и не знала ничего, но он ведь вряд ли в курсе об этом. И с его стороны это выглядит просто ужасно.
Все эти два дня я находилась одна, за исключением моментов, когда меня допрашивали. Но мне было абсолютно нечего рассказать следователю, кроме того, что я оказалась на той даче случайно. В этот раз. И мне даже поверили! Оказалось, что за моим парнем и двумя его дружками полицейские наблюдали уже давно, просто хотели поймать их с поличным, и вот выпал такой шанс. И в тот момент на даче находилась и я, поэтому, как бы мне не верили, факт остаётся фактом. Что ж, кто бы мог подумать, что срок грозит и мне? Да никто не мог, а моего бедного отца теперь точно удар хватит. Хорошая доченька ему досталась, ничего не сказать.
К сожалению, с момента работы в полиции моего отца здесь ещё остались люди, знавшие его лично, поэтому узнали и меня. Удивились, а мне было жутко стыдно. Но спасибо этим людям за то, что относились ко мне здесь не плохо, как я этого заслуживала, из уважения к моему папе.
Если я не была на допросе, то занималась самобичеванием и ревела, и в таком состоянии меня всегда заставал полицейский, который водил меня на "свидание со следователем". И этот раз не был исключением, а дядька, привыкший к моим слезам, уже просто покачал головой, и снова повёл меня по коридору полиции. Но в этот раз мы шли другой дорогой, которая привела нас к выходу из полицейского участка.
— Свободна, — сообщил он, отвечая на мой немой вопрос.
— Простите? — не поняла я, не веря в происходящее.
— Да иди уже, — мужчина указал рукой на выход. — И в следующий раз тщательнее выбирай компанию, мой тебе совет.
— Вы, наверное, что-то путаете, — растерянно пробормотала я, не двигаясь с места.
Может, это у него шутка такая?
А мужчина закатил глаза:
— Вишневская, тебя разве спутаешь? Или это не ты? — усмехнулся он.
— Я, — кивнула я.
— Ну, вот и вали отсюда, — пожал плечами он, разворачиваясь, чтобы уйти.
— Но…
— Ой, иди уже, — махнул рукой полицейский, удаляясь.
Я осмотрелась: внимания на меня не обращал больше никто. Но этого же не может быть! Меня не могли просто отпустить! После пяти минут моего топтания на месте, ничего не изменилось, я всё ещё была здесь никому не интересна. Решив рискнуть, я осторожно вышла на улицу, где на меня снова никто и не глянул. И тут вдруг, пока я осматривалась, думая, что делать дальше, за моей спиной кто-то появился, а потом меня резко развернули и сильно прижали к себе.
— Дочка! — услышала я голос отца.
Меня тут же накрыло новой волной слёз, и я ответила на крепкие объятия.
— Ты здесь, — разрыдалась я.
Да, это была долгожданная встреча, но я совсем не представляла её именно такой. Именно в таком месте и при таких обстоятельствах.
— Всё хорошо, всё хорошо, — шептал мне на ухо папа, одной рукой прижимая к себе, а другой гладя по голове, успокаивая. — Я здесь, моя девочка, ничего не бойся. Я здесь.
— Прости меня, папа, я…
— Успокойся, я всё знаю! Всё хорошо, не плачь.
Чтобы остановить слёзы, у меня ушло несколько минут. А потом я разглядывала отца, не веря своим глазам. Он здесь! Он всё тот же, мой папа! Да, стал старше, солиднее, но всё тот же, из моего детства! И он тоже меня разглядывал, грустно улыбаясь и всё время держа меня за руку, словно боялся, что я исчезну.
— Как ты здесь оказался? — успокоившись, спросила я.
— Друг позвонил, — печально улыбнулся он. — И я прилетел на первом же рейсе.
— Это из-за тебя меня выпустили? — поняла я, теперь радуясь, что меня в полиции узнали. Да, как только жизнь не поворачивается! Мой отец, кричавший когда-то, что я не его дочь, что я опозорила его, сейчас здесь. Бросил всё и прилетел из другой страны, чтобы в этот раз вытащить меня из беды. — Ты знаешь, почему я здесь была? — стыдливо опуская глаза, спросила я.
— Конечно, знаю, — вздохнул он. — Поговорим об этом чуть позже. А вытащил тебя не только я, — папа снова вздохнул, ещё тяжелее. — Я не знаю, что у вас за отношения с Романом Алиевым, но…
— Нет никаких отношений! — перебила я со страхом.
— Но когда я приехал, он уже был здесь, — продолжил папа, не обращая внимания на мой панический возглас. — И не потому, что его дачу ограбить пытались, а чтобы тебя выпустили.
— Чего?! — изумилась я.
Я ослышалась?! Потому что вот этого точно не может быть. Хотя, в который раз в своей глупой жизни я так думаю?
— Да. Так что я не имею права хвалиться, что освободил тебя только я, — он снова погладил меня по голове. — Моя милая, как же так вышло, а? Ты ужасно выглядишь. С тобой плохо обращались?