Сводные. Любовь вопреки (СИ)
— Ну, не расстраивайся! Мне в конце сентября обещали заплатить за ту съемку в рекламе крема. Как только деньги придут, сходим с тобой в магазин и выберем, что захочешь. Договорились?
— Договорились, — вздохнула я.
Помнила я тот договор и ту сумму, которая должна была упасть маме на счет. Учитывая, что цены на технику сейчас прилично выросли, нам не хватит этих денег на новую камеру того же уровня, что у меня была. Так что либо брать бэушную, либо хуже качеством.
Ни тот, ни другой вариант мне не нравился. Но что поделаешь?
— Вот и хорошо, — повеселела мама. Ей явно стало легче от того, что мы пришли к какому-то соглашению. — Тогда отдыхай!
Она поцеловала меня и ушла, а я выключила свет, устроилась под одеялом, но только стала засыпать, как вдруг кое-что вспомнила и резко села на кровати.
Блин, с этими разговорами о дурацкой учебе я совсем забыла про месть Нику!
Наверное, потому, что он больше не мозолил мне глаза: как ушел с ужина, так больше и не появился. И ведь явно уехал куда-то, потому что под окнами взревела машина, а Вячеслав Сергеевич сказал, что ждать Ника нет смысла и что можно приступать к десерту.
И вот уже почти полночь, а его машины все еще нет на парковке. Наверняка шляется где-то. Надо что-то сочинить поскорее, пока он не вернулся. Что же такое придумать?
Я полчаса крутилась с боку на бок, листала интернет, но в голову ничего не шло.
Ладно, решила я, спущусь на кухню, выпью чаю и, может, там что-то придумается.
Я сунула ноги в тапочки и прямо в пижаме вышла в коридор. Проходя мимо комнаты Ника, я нажала на дверную ручку. Не знаю, зачем. Просто так.
Но дверь неожиданно поддалась и открылась. Внутри было тихо и темно.
Да ладно?! Он не закрыл дверь на ключ, прежде чем уйти?
Кажется, я сорвала джек-пот!
В голове промелькнул миллион безумных идей от того, чтобы украсть и спрятать всю его одежду, до того, чтобы подмешать ему в шампунь розовую краску для волос. Но это было, пожалуй, чересчур.
А вот просто напугать его до икоты — это хороший вариант. Я до сих пор помнила, как чуть не умерла от ужаса, когда моя подружка в летнем лагере забралась под кровать и схватила меня за ногу.
Я ухмыльнулась. Будет очень приятно посмотреть на то, как самоуверенный лощеный Ник верещит от страха!
Я шагнула в комнату, закрыла за собой дверь и быстро, чтобы не передумать, нырнула под кровать, стоявшую у стены. Там было пусто и даже не пыльно, а покрывало отлично прятало меня от любопытных глаз.
Оставалось надеяться на то, что этот придурок не будет слишком долго шляться по бабам и барам (или куда он там поехал) и мне не придется сидеть под его кроватью до утра.
***
Я так долго лежала в своем укрытии, что просто потеряла счет времени. И когда уже дважды заснула, дважды проснулась и трижды долбанулась головой об дно кровати, мое терпение кончилось. Нафиг такие розыгрыши! Пойду спать.
Но только я собралась выползать на волю, как в коридоре раздались уверенные шаги. Наконец-то!
Я легла поудобнее и затаилась, готовая в любую секунду совершить свою леденящую душу месть.
Скрипнула, открываясь, дверь, резко вспыхнул свет, звякнули ключи, зашуршала одежда… Я напряглась, готовая к решающему броску, но тут шаги направились совсем не ко мне, а в другую сторону. Хлопнула еще одна дверь, и через какое-то время я услышала шум воды.
Ага, в душ пошел. Ну ладно, еще несколько минут я могу потерпеть.
Я подползла еще ближе к краю покрывала и замерла, чувствуя, как сильно у меня колотится сердце. Одновременно от ужаса и от восторга.
Выключилась вода, хлопнула дверь, мокрые ноги зашлепали по паркету, приблизились ко мне…
И тут я вытянула руку, схватила Ника за голую щиколотку и сказала страшным голосом «Бу!». Почему-то ничего лучше мне в голову не пришло.
Его босые ноги резво отпрыгнули в сторону, но никакого крика вслед за этим не последовало, поэтому я моментом выскочила из-под кровати (а вдруг парень уже сердечный приступ заработал?) и от неожиданности завизжала сама.
Потому что Ник был голый. Совсем. Полностью. И стоял от меня на расстоянии вытянутой руки.
— Да тихо ты, дура, — прорычал Ник и, схватив меня, зажал мне ладонью рот. Внезапно стало тихо, и только в этот момент я поняла, что все это время я орала.
— Ты больная? — зло спросил он. — Какого хрена ты тут делаешь?
Ему как будто было плевать на то, что он стоит передо мной в чем мать родила. И ведь не просто стоит, а крепко держит меня. Его запах — мыла и влажной чистой кожи — щекочет мне ноздри, сильная рука обвилась вокруг талии, а узкие крепкие бедра почти прижаты к моим.
Я воровато бросила вниз короткий взгляд и залилась краской: ничего себе, его член даже в спокойном состоянии выглядит очень внушительно!
О господи, я что, серьезно сейчас рассматриваю причиндалы Ника? Позор какой…
— Оденься! — в панике выпалила я, как только он убрал руку с моего рта. — Почему, блин, ты тут голый стоишь?
— Потому что я только что из душа, — рявкнул он. — И потому что это моя комната. А вот что ты тут делаешь?!
— Оденься! — я зажмурилась, но от этого ощущение его обнаженного тела рядом стало еще острее. — Пока не оденешься, я и слова тебе не скажу!
— Что, первый раз видишь мужика без одежды и готова хлопнуться в обморок? — насмешливо спросил Ник.
Я тут же открыла глаза и возмущенно ткнула пальцем прямо в его твердую широкую грудь.
— Чего?! Да я столько голых мужиков видела, сколько ты и представить себе не можешь!
Самое смешное, что это не было враньем. Я с детства тусила с мамой на всех ее съемках и показах, а у моделей очень рабочее отношение к своему телу и я не раз видела переодевающихся мужчин. Но одно дело задница какого-то левого мужика в углу гримерки, а совсем другое — обнаженный Ник. Вот так… совсем близко…
— Что же ты тогда трясешься, как заяц, если такая опытная? — нехорошо ухмыльнулся он и, оскалившись, вдруг прижал меня к себе еще ближе. Буквально втиснул в свое тело — такое другое, такое непохожее на мое, — и ухмыльнулся, когда я дернулась.
Я судорожно сглотнула.
Внезапно все это перестало быть веселым, потому что до меня наконец дошло, как это выглядит: я, в одной пижаме, стою в обнимку с голым парнем, который мне без пяти минут сводный брат. И от него исходит такая тяжелая волна мужской силы, что мне страшно. Наверное. Такое странное щекочущее чувство внутри, которое разливается по телу, это же страх?
Внезапно по коридору загрохотали шаги.
— Ник! Алиса! — услышала я встревоженный голос Вячеслава Сергеевича. — Вы не спите? Что тут за крики?
О черт… Мне конец. И Нику конец.
— Сиди тихо и даже не вздумай рот раскрыть, поняла? — зло выдохнул он, толкнул меня на кровать и запихнул под покрывало. А потом пошел к двери.
— Пап, ты чего шумишь? — его голос звучал так недовольно и так естественно, что на месте Ника я бы серьезно подумала про актерскую карьеру. Играл он очень убедительно.
— Ты не спишь?
— Нет, приехал недавно.
— А Алиса спит?
— Откуда я знаю? Наверное, спит. Чем ей еще ночью заниматься. А что?
— Я слышал женский крик откуда-то с вашего этажа.
— А, черт, — Ник очень натурально хохотнул. — Это у меня. Сорян. Я тут просто не один.
Повисла пауза.
— Ты опять? — раздраженно спросил Вячеслав Сергеевич. — Я сколько раз тебе говорил, чтобы ты не таскал домой своих девок. Мало в городе гостиниц? Или это… что-то серьезное?
Последние слова он проговорил с какой-то надеждой.
— Да не, обычная шлюшка, — небрежно проговорил Ник. Я прямо почувствовала его презрительный взгляд в мою сторону. И едва не выскочила из-под покрывала с криками «Сам ты шлюшка!»
— Чтобы к утру ее тут не было, — жестко сказал Вячеслав Сергеевич. — Когда мы были только вдвоем в доме, я еще мог на такое закрывать глаза, но сейчас, когда здесь моя будущая жена и ее дочка, которая почти ребенок… Это недопустимо. Мы поняли друг друга, Ник?