Сводные. Любовь вопреки (СИ)
— А что-то слышал про него? Мне он мутным типом кажется, но я не могу вспомнить почему.
— А это не у него на вписке в прошлом году первокурсницу наркотой накачали и трахнули всей толпой? — задумчиво спросил Влад. — Ходили такие слухи. Но девчонка вроде как побоялась признаваться родителям, и все это дело замяли.
У меня резко пересохло в горле, а внутри словно маленький ядерный взрыв случился.
— Ага, спасибо за инфу, — непослушными губами проговорил я.
— Но это не точно, — предупредил Влад. — Народ просто пиздел про это.
— Без причины обычно не пиздят.
— Согласен.
— Ладно, давай, до вечера.
— До вечера!
Я надавил на газ и быстрее погнал в сторону дома. Алиса еще не в курсе, но на эту тусовку она не пойдет. Надо будет — снова запру ее в комнате. В конце концов, способ рабочий. И пофиг, что обидится. Цель оправдывает средства.
Глава 8. Никаких больше вечеринок
Алиса
Я почему-то ждала, что по адресу, который дал мне Ян, будет какой-то элитный дом или коттедж, как у Яворских. Логично ведь предположить, что богатые ребята устраивают свои вечеринки в крутых местах, правда?
Но таксист привез меня куда-то на окраину, в темный двор с панельными пятиэтажками и ржавой детской горкой посредине.
— Это точно здесь? — озадаченно спросила я.
— Машиностроительная восемь, дом шесть, — пробубнил он. — Вам сюда?
— Вроде да.
— Тогда выходите. Это вон тот дом напротив, но к нему, кажется, не подъедешь. Дойдете сами?
— Дойду, конечно.
Я вылезла из машины, и таксист сразу же дал по газам и уехал. Подозреваю, он просто уже взял следующий заказ и поэтому так торопился.
Черт, здесь фонари совсем что ли не работают? Темно как в склепе. Да и вообще место не сильно уютное, надо сказать.
Если бы я просто так оказалась здесь, то наверняка бы испугалась или как минимум напряглась. Но внутри меня бурлил такой коктейль из приятного предвкушения праздника и адреналина от моего побега, что я наоборот чувствовала себя радостно взбудораженной. Сбежать из закрытой комнаты на запретную вечеринку, утерев нос злому старшему брату? О да! Звучит прекрасно! Как история из книжки или как сценарий остросюжетного фильма! И вся эта мрачно-таинственная обстановка только придавала остроты моему приключению.
С довольной улыбкой на лице я обошла детскую площадку, протопала, шурша листьями, по дорожке между кряжистыми тополями, обогнула мусорные баки и…
— Твою мать! — вырвалось у меня.
Около подъезда стоял Ник. При виде меня он оскалился, щелчком отбросил недокуренную сигарету — она мелькнула в темноте оранжевым огоньком — и шагнул ко мне.
— Добегалась? — холодно спросил он, но по глазам было видно, что он в ярости.
— Что ты тут делаешь? — пролепетала я.
— Тебя жду. Поехали домой.
— Я никуда с тобой не поеду! — взвизгнула я. — Я взрослая, я совершеннолетняя, я сама решаю, куда мне идти! И вообще меня мама отпустила, понял?! А ты во…
Договорить я не успела, потому что Ник резко перехватил мои руки, ладонью зажал мне рот и ловко потащил меня к припаркованной в паре метров от нас машине такси.
Для того чтобы открыть дверь, Нику нужна была как минимум одна свободная рука, так что пришлось ее убрать с моего лица.
— Помогите! — заорала я изо всех сил. — Спаси…
Дверца машины открылась, и жесткая ладонь снова крепко запечатала мой рот, а саму меня довольно грубо запихнули на заднее сиденье. Я отчаянно сопротивлялась и пыталась освободиться, но Ник держал меня так, что ничего из этого не выходило. А когда я извернулась и злобно пнула его, то он просто подтянул меня еще ближе и усадил между своих раздвинутых коленей. Теперь его ноги надежно фиксировали мои, а его рука стальным обручем обхватывала мою талию и прижимала локти, не давая никакой свободы движений.
Я еще немного потрепыхалась, но безуспешно — отпускать меня явно не собирались.
— Можем ехать на следующий адрес, — бросил Ник сидевшему впереди водителю. Его голос звучал так спокойно и безмятежно, как будто никакой борьбы с похищением сейчас не происходило. — Оплачу по двойному тарифу, как и обещал.
Я яростно замычала.
— И не обращайте внимания на эту сумасшедшую, — доверительно сказал он таксисту. — Это моя сестра. Понимаете, забыла сегодня свои таблетки принять, а без них она опасная и на людей бросается. Вот приходится ее домой везти. Жаль, смирительную рубашку с собой не захватил.
Вот скотина!
— Да мне то что, — пробубнил таксист. — Главное, чтобы сиденье не испортила.
— Испортит — оплачу, — пообещал Ник.
Увлекшись разговором, он чуть расслабил руку, который закрывал мне рот, и я тут же этим воспользовалась. Впилась зубами в ребро его ладони и сжала челюсти с такой силой, что, кажется, прокусила ему кожу.
— Ауч! Больно! — взвыл Ник и отдернул руку.
— Так тебе и надо, — проговорила я и мстительно добавила: — Никитка!
— Ни одно доброе дело не остается безнаказанным, — мрачно проговорил он, глядя на прокушенную ладонь. — Так, мелкая, выбирай: или я тебе сейчас организую кляп из подручных материалов, или будешь молчать, пока домой не приедем.
Идея с кляпом мне очень не понравилась. К тому же, судя по виду Ника, он вполне мог воплотить эту угрозу в жизнь.
— Молчу, — буркнула я.
И на самом деле не проронила ни слова, пока мы ехали.
Обратный путь, как подсказывала мне логика, должен был длиться плюс-минус столько же, сколько я добиралась сюда. То есть примерно полчаса. Но по ощущениям мы ехали вечность.
Я будто провалилась в кроличью нору, в которой было темно, тихо и странно. Странно потому, что рядом был Ник. Как только утихла моя злость, и я осознала, что тесно прижата к горячему сильному телу своего сводного брата, со мной начало твориться что-то непонятное. Мне стало жарко, но не снаружи, а как-то внутри, вся кровь словно стекла вниз — к животу, а между ног стало горячо, тяжело и даже как будто влажно.
Ник пах сигаретами, холодным осенним воздухом и собой, и этот запах тоже делал со мной что-то непонятное. Отключал мозг до такой степени, что мне уже не хотелось вырваться из рук Ника. Хотелось наоборот еще сильнее вжаться в него, хотелось… хотелось, чтобы он меня потрогал. Не спрашивая разрешения, просто взял бы и положил руку не на талию, а выше — там, где грудь. Или прижался бы губами к шее…
Я вспыхнула. От таких мыслей было жарко и стыдно, щеки горели, между ног все налилось тяжестью. Я непроизвольно поерзала, пытаясь избавиться от непонятных ощущений, и, кажется, прижалась к Нику еще теснее, потому что вдруг почувствовала…
— Что ты крутишься, блин? — рявкнул он, резко спихивая меня с колен.
— У меня ноги затекли! А почему ты меня отпустил? Не боишься, что я сбегу?
— Не боюсь, — буркнул он. — Потому что мы уже приехали.
Я глянула в окно. И правда: машина как раз свернула с трассы на асфальтированную, хорошо освещенную дорогу, которая вела прямо к дому Яворских.
— Здесь нас высадите, у ворот, — сказал Ник водителю. Сунул ему деньги и бросил: — Без сдачи. Спасибо.
А потом схватил меня за руку и вытащил из машины.
— Ты же не дурочка, чтобы сбегать от меня прямо сейчас, правда? — ласково прошептал он мне на ухо, вот только с этим нежным тоном совершенно не вязались его пальцы, грубо стиснувшие мое запястье до синяков.
— Да не сбегу я, не сбегу, — огрызнулась я, чувствуя себя пойманным воришкой. — Доволен? Отпусти уже. Больно!
— Потерпишь, — отрезал он и потащил меня за собой. — Дома отпущу.
Когда мы проходили мимо кивнувшего нам охранника, Ник задержался около него и небрежно проговорил:
— Олег, эту девушку за ворота не выпускать. До завтрашнего утра.
— Утро со скольки считаем, Никита Вячеславович? — услужливо отозвался охранник, ничуть не удивившись этой просьбе. Или, во всяком случае, не подавая виду, что удивился.