Эргоном: Час ассасина (СИ)
Телохранитель нырнул в палату.
Ладно, может, оно и к лучшему. Зато он перестал стрелять по мне. А то мог и попасть ведь. Из-за камер видеонаблюдения я не мог пользоваться Даром берсерка и выставить магическую защиту: это выдало бы меня с головой. Даром крови тоже пользоваться не хотелось, чтобы не вызывать вопросов у тех, кто станет расследовать дело. А разбирательство обязательно будет. Если только не избавиться от записей, конечно. Хм… Надо об этом подумать.
Можно было выйти из тени и вломиться в палату, но мне не хотелось попадать на запись. Маскировка — это, конечно, хорошо, но лучше не рисковать. Это только на крайний случай. Из палаты сейчас никто не выйдет. Телохранители будут вызывать подкрепление, если ещё этого не сделали. Так что следовало торопиться.
Поднявшись с пола, я, используя ускорение симбионта, что было духу помчался обратно наверх — туда, где осталась Есения.
Девушка встретила меня в палате. Стояла у стены, как и было велено. Всё-таки, дисциплина — вещь хорошая. Всегда можно положиться на такого человека. Он тебе не преподнесёт неприятный сюрприз.
— Открывай люк! — кивнул я, указав на пол. — Такой, чтобы я мог пролезть.
Падшая тут же опустилась на колени и приложила ладони к линолеуму. Показался призрачный дымок, и между койками образовался люк метр на метр. Распахнув его, я бросил в палату Молчанова секундный взгляд, чтобы оценить расположение противников, и сиганул вниз.
Глава 14
Моё появление не осталось незамеченным. Первый из двух телохранителей, оставшихся с Молчановым, быстро развернулся, услышав звук приземления, однако замер, не видя цели. В палате было темно, а я находился в Тени. Промедление стоило ему жизни: я выстрелил охраннику в незащищённое лицо. Дёрнувшись назад, он рухнул на пол возле койки, где корчился князь. Доза яда была достаточной, чтобы прикончить его в течение получаса. Я рассчитывал сымитировать острый приступ болезни, так что не стал делать отраву сильнее. Теперь это стало проблемой. Однако прежде чем заняться Молчановым, следовало разделаться с секьюрити. Второй телохранитель не стал долго думать и открыл огонь. Он поливал палату свинцом наугад, пока я благополучно пережидал на полу, под прикрытием кровати. Как только раздались щелчки пустого автомата, приподнялся и выстрелил. Второй мертвец присоединился к первому. Последний телохранитель, спрятавшийся от меня в палате, забился в угол и водил стволом из стороны в сторону, не зная, что делать. На его лице читался панический ужас. Я застрелил его одной пулей и уставился на князя. Тот хрипел, взбивая простыни и одеяло. Яд причинял ему мученья. Я поморщился, так как всегда считал страдания жертвы лишним фактором и старался по возможности их избегать. Даже, когда убивал тех, кто их заслуживал, а таких в моей практике встречалось немало. Нужно было добить Молчанова, ибо выдать его смерть за результат заражения всё равно уже не удастся, но что делать с телом?
Мои размышления прервал донёсшийся сверху голос Есении:
— В чем проблема?
Умничка понимала, что обращаться ко мне по титулу не стоит: мало ли, какие устройства находятся в палате. Вдруг они пишут и звук тоже?
— Не знаю, куда девать трупы, — отозвался я, задрав голову. — Нужно от них как-то избавиться.
Последовала пауза, а затем Падшая заявила:
— Есть идея.
Этого я не ожидал.
— Выкладывай!
Девушка ловко спрыгнула в палату. Сложив пальцы в сложный знак, она зашевелила губами, и в воздухе возникли дымящиеся очертания двери! Пара секунд — и она обрела плотность. Такого фокуса я ещё в исполнении Есении не видел. Девушка взялась за ручку и распахнула дверь. В прямоугольном проёме клубилось густое синее сияние, в котором мерцали крошечные огоньки, похожие на звезды. Мои чуткие ноздри уловили едва различимый запах пряного фруктового гниения — словно отворилась дверь в сад, где персики и сливы падают с деревьев и остаются лежать на земле, никому не нужные.
— Что это? — спросил я.
— Защитная техника. Поглощает любую угрозу. Можно сбросить тела туда.
— И что с ними станет?
— Понятия не имею.
— Как так? — я в недоумении уставился на Падшую. — Это же твоя магия!
Девушка равнодушно пожала плечами.
— Насколько мне известно, были попытки выяснить, что за подобными дверями, но они либо закончились плохо, либо ничем.
— То есть, всё, что туда попадает, попросту исчезает?
— Именно так. Может, куда-то и девается, но куда, никто не знает. В общем, предлагаю, отправить туда тела.
— Идея отличная. Это решило бы проблему, да. Дверь мобильна, или нам придётся таскать мертвецов к ней?
— Конечно, её можно перемещать. Давайте начнём с этих, — Есения указала на убитых охранников.
— Нет, прежде всего — князь.
— Но он ещё жив.
— Это поправимо.
Хватило одной пули, чтобы прекратить мучения Молчанова.
— Хорошо, начнём с него, — послу паузы проговорила Падшая. — Позвольте вам помочь. Я крепче, чем кажусь.
Мне лично она слабой не казалась, хотя уступала по комплекции и Марте, и генералу Андроновой.
Вдвоём мы закинули в дверь Молчанова, а затем трёх его телохранителей. Справились минут за пять. Тела исчезали, едва преодолев порог. Техника меня крайне заинтересовала. Наверняка она основывалась на подобии телепортации. Вот только куда перемещались объекты? И можно ли было научиться выбирать конечный пункт. Есения, похоже, об этом не задумывалась, пользуясь техникой просто для защиты от летящих пуль, ракет и атакующие магии. Мне же эти мысли крепко в голову засели. Ведь контроль над телепортацией открывал потрясающие возможности! Но об этом ещё будет время поразмыслить. Сейчас же нужно было избавиться от тел и записей с камер до прибытия подкрепления, которое наверняка вызвали телохранители. Так что я периодически поглядывал на часы и прислушивался, не донесутся ли звуки приближающихся торопливых шагов.
Чтобы закинуть всех убитых в дверь, понадобилось минут пятнадцать. Мы едва уложились до приезда отряда бойцов. Когда они пробегали мимо нас, мы стояли у стены, скрытые Тенью. Пропустив их, поспешили к лестнице. Там я сверился с планом здания, и мы отправились в комнату охраны больницы, где располагались мониторы и системы видеонаблюдения. Я не сомневался, что секьюрити дрыхнет вместо того, чтобы пялиться в экраны. На дворе ночь, он знает, что в палате князя телохранители, так зачем ему бдеть? Логичней вздремнуть. Что может случиться? А если даже и случится, разве он в силах повлиять на это?
Мои расчёты оказались верными: когда мы тихонько вошли в комнату с мониторами, секьюрити мирно дрых в кресле, похрапывая и издавая тоненький присвист. Я приложил палец к губам, показывая Есении, чтобы не будила. Она кивнула, но на всякий случай встала позади охранника.
Я окинул взглядом систему записи с камер. По сути — мощные видеомагнитофоны с автоматически сменяющимися лентами. Я ещё застал эпоху видаков, так что примерно представлял, что тут к чему. Хорошо, что в этом мире нет компов. С серверами вышло бы куда труднее. Здесь же требовалось просто удалить записи. Даже пароли вводить не пришлось, потому что некуда. Я провозился с системой минут десять. Убедившись, что все свидетельства бойни исчезли, кивнул Есении.
Мы покинули комнату и отправились на первый этаж — туда, откуда явились. Охраннику больницы повезло: остался жив. Я не сомневался, что, проснись он, пока я орудовал с магнитофонами, и Падшая свернула бы ему шею.
На этаже, где располагалась палата Молчанова, царила суета. Ещё бы: подкрепление не нашло ни князя, ни его охрану. Было, из-за чего паниковать.
Спустившись в подвал, мы прошли к стене, через которую попали в здание. Есения создала дверь, и через миг мы оказались на улице, в слепой зоне. Только тогда я выдохнул. Всё кончилось благополучно. Однако недовольство никуда не делось: план полетел в тартарары. Если б не техника Падшей, не представляю, что бы я делал. Эта операция стала бы позорным провалом. Думаю, понадобится не один день, чтобы я успокоился и смирился.