К чему приводят девицу… Объятия дракона
Я удивленно посмотрела на своего собеседника, но мир Шеррервиль разговаривать со мной не торопился, его явно занимали другие думы.
– Проводите меня в оранжерею, – попросила я.
Ремиз нахмурился, но мою просьбу выполнил. Правда, все помещение сначала проверил и только потом оставил меня одну.
Прогулялась между пестрых клумб, послушала журчание воды в фонтане, порадовалась газонам с изумрудной травой, а потом спряталась за пышным кустарником и присела на мураву.
Связалась с кузинами, рассказала им о разговоре с Кенарионом. Они дружно фыркнули и поведали мне все, что слышали о нашем дядюшке. По всему выходило, что он имел характер непредсказуемый, вспыльчивый и весьма склочный, а кроме того, полудемон не ладил со своим старшим братом, угрожая отобрать у него власть. Разумеется, Ксимер над братцем в открытую насмехался, доводил до бешенства и унижал, а Сульфириус не вмешивался во взаимоотношения своих сыновей, считая, что парни должны сами разобраться между собой.
Потом связалась с матушкой. Родительница в очередной раз прочла мне лекцию о том, как важно беречь девичью честь. Я скривилась – очень вовремя! Маменька, словно угадав мои мысли, напомнила, чем все это может закончиться лично для меня, и всплакнула, сказав, что не хочет меня потерять.
Я задумалась о предстоящей ночи. После разговора с матушкой в голове сразу возникли сомнения в правильности моего решения. Жених сразу почувствовал мой страх, и от него пришла волна нежности, ласки и любви. Мое сердце учащенно забилось, а тело охватил жар страсти. Я отринула прочь все сомнения и передала любимому свое желание поскорее увидеться. Его страстный ответ заставил меня позабыть сразу обо всем. Раскинулась на мягкой траве и счастливо улыбнулась.
Но мое блаженное состояние не длилось вечно, с тропинки за кустом, за которым я пряталась, послышались голоса Шекреллы и ее подруги. Как назло, драконицы присели на скамью, находящуюся с другой стороны моего куста, и я услышала то, что охладило весь мой пыл.
– Шекрелла, милая, ты просто вся светишься от счастья! Что случилось?
– Ой, Рамилла, я безумно счастлива, потому что он признался мне в любви!
Я насторожилась, а сердце замерло в моей груди.
– Он – это кто? Шайн? – осторожно спросила подруга ненавистной мне драконицы.
– Да, он самый. Мой сапфировый шерр очень близок к своей цели!
– О! Ты хочешь сказать, что он уговорил эту человечку провести с ним ночь?
– Ты же знаешь, что ему это ничего не стоило. Она такая же, как и все человеческие девки – млеет и тает от одного взгляда дракона, – с презрением ответила Шекрелла.
– И в итоге все получится так, как вы и хотели?
– Да, – пропела блондинка. – Мой Шайн исполнит приказ Фреста, осчастливит, – тут они обе захихикали, – эту человечку, а когда она родит ему сына, он выгонит эту глупую девку и женится на мне!
– А как же его узоры?
– Он же исполнит приказ Фреста, поэтому бог огня и расторгнет эти хмарные обручения.
– Ты не ревнуешь? – озадачилась Рамилла.
– Ревную, но что я могу поделать? С богами спорить нельзя. Но я знаю, что мой сапфировый шерр любит только меня. И меня радует, что ему так легко удалось обмануть эту человеческую глупышку!
– То есть ты порадуешься, когда он выбросит ее, будто ненужную сломанную куклу?
– Да! Мы порадуемся вместе с ним!
– Пойдем и отметим это, несомненно, радостное событие, – предложила Шекрелле ее подруга, и они, смеясь, покинули оранжерею.
Я осталась лежать на траве, словно оглушенная. Так плохо мне еще никогда не было! В голове звучали слова ненавистных дракониц. Злые, горькие слезы жгли мои глаза, сердце обливалось кровью, а разум хладнокровно говорил: «Так вот для чего была нужна вся эта нежность, забота и ласка! С богами он, видите ли, спорить боится! И вот, значит, что придумал этот хмарный дракон для того, чтобы добиться своей цели. А я, глупая девчонка, попалась на его крючок. Как я могла ему верить? А ведь когда-то сам Шайн говорил мне, что это Фрест заставлял его найти меня. И на самом деле князь Ранделшайна равнодушен ко мне, этому дракону все равно, что я не смогу родить ему наследника! Он просто взял и заставил глупую девчонку полюбить себя, а я попросту позабыла о том, что Шайнер лучший маг-менталист. И очень хорошо, что между нами не произошло этого самого воссоединения! Сердце матушки чувствовало подвох, она не зря переживала за меня. А я глупая, наивная девчонка!» Всхлипнула, сразу же ощутив исходящее от жениха беспокойство, разозлилась и решила: «Нет, господин мир Эсморранд, я вам не глупая человечка и тем более не игрушка!» Поднялась на ноги, стиснула зубы – я Нилия мир Лоо’Эльтариус! Никто из женщин нашего рода так просто не сдается! Я справлюсь со всем на свете! Даже с тобой, хмарный дракон! Я направилась в спальню. По коридорам замка шла с таким видом, что встречные драконы шарахались от меня в разные стороны. От Арриена я спешно закрылась, чтобы не лез в душу со своей лживой заботой.
В комнате первым делом огляделась и решила, что мне нужно срочно бежать. Достала свою котомку и стала перебирать все амулеты, хранящиеся в ней. Руки тряслись, из глаз катились злые слезы. Глубоко вдохнула – время для рыданий еще не пришло. Прикусила губу, оглядела себя. Со злостью сорвала с шеи колье, подаренное драконом, следом на пол полетели серьги и два кольца. Мне от него ничего не нужно! Сердце бешено стучало, горькие, неудержимые слезы катились по щекам. «Главное – успеть убежать!» – сказала я сама себе, а плакать буду потом. Выдернула заколки с самоцветами из прически, их мне тоже подарил жених. Разревелась. И тут мой взгляд упал на запястье. Да! Браслет тети Ираны! Я спасена! Села на сундук, быстро огляделась, и в мою голову пришла грустная мысль: «А ведь в этой комнате я была по-настоящему счастлива… Хотя к хмару лысому такое счастье!» Сняла браслет с руки, попыталась успокоиться, – негоже являться в таком виде перед родителями. Дверь в комнату с грохотом распахнулась, и на пороге возник Арриен.
– Ма-шерра, любимая, что случилось? Кто тебя обидел?
А сколько лживого беспокойства, любви и заботы в его синих глазах! Мое сердце замерло, но разум напомнил горькую правду.
– Нилия, девочка моя, что случилось? – Шайн бросился ко мне.
Торопливо бросила браслет на пол. Последовала яркая вспышка, и картинка сменилась. Я оказалась посередине трапезной в родном тереме. Родители, сестры и тетушки с домовыми – все воззрились на меня в немом изумлении. Увидев родные лица, я разревелась.
– Мам, пап, он меня обманывал…
Родители переглянулись между собой, и батюшка осторожно спросил:
– В чем он тебя обманывал?
– Во всем, – всхлипнула я.
Матушка подбежала ко мне и обняла, а я спохватилась:
– Мам, он может и сюда заявиться!
– Беги в свою комнату!
– Нет! Он может появляться в любом месте, – вспомнила я.
– Не в любом, – ответил Василь, – а только там, где уже побывал.
Маменька бросила беглый взгляд на папеньку и торопливо произнесла:
– Тогда спрячься у Тинары, а мы позаботимся об остальном.
Я бросилась наверх. Села на кровать в комнате сестры, а чуть позднее появилась Леля и принесла мне успокаивающий взвар.
– Ой! – вдруг вскинулась домовая. – Он пришел!
Я задрожала так, что зубы застучали об край кружки. Леля пропала, а я почувствовала, как дрогнул терем. В панике схватилась за кулон-полумесяц. Лисса отозвалась сразу же:
«Нилия, что случилось?»
«Рыжая, он меня обманул, а я сбежала, но он меня и в Крыле нашел! Что мне делать?»
«Рыжулька, давай все по порядку», – ответила явно ошеломленная Лиссандра.
Я как могла все ей рассказала, даже про то, что чуть было не отдалась Шайну по доброй воле. Лисса хмыкнула:
«Знаешь, что при мне говорят эти хмарные демоницы? Что они чуть ли не всей толпой ночуют у моего Ксимера. Ты всему-то не верь, сестрица».
«Те драконицы не ведали, что я рядом!» – запальчиво опровергла я.