К чему приводят девицу… Объятия дракона
Как только Ксимер занял место у алтаря, настала наша очередь. Послышалось тиканье магического указателя времени, сначала тихое, а потом все громче и громче. Этель сжала в ладони блестящую бусину. С последним звуком перемещающихся стрелок перед гостями из дымки портала возникла Этель в небесно-голубом платье. Загадочным тоном она начала:
Настало время, и пришла красавица Зима,Кругом волшебные снега рассыпала она,А в небесах кружится хоровод снежинок белоснежных,Вы посмотрите, как они танцуют очень нежно…Кузина взмахнула топазовой палочкой, и из нее вырвался целый вихрь снежинок и устремился к нам. Этель присела рядом с тетушками, а я глубоко вдохнула, понимая, что настал и наш черед.
Сжала бусину… и вдруг ощутила, что стала стремительно уменьшаться, слетела вниз и почувствовала себя настоящей снежинкой. Моя мечта сбылась. Спасибо, Шалуна! Иллюзорные подружки закружили меня в белоснежном вихре и потянули в зал. Я махнула рукой сестрам и счастливо рассмеялась, пролетая над ошарашенными гостями. Мы неслись по храму, словно гонимые ветром снежные хлопья. Все было так нереально, так волшебно, что я не удержалась и стала танцевать. Иллюзорные снежинки кружились вокруг меня, подхватывая ритм моего танца, дурманя голову и заставляя чувственно изгибаться под легкую игривую мелодию. Сестры не отставали, повторяя все мои движения и придумывая свои. Наш звонкий смех, будто звук падающих льдинок, разносился по залу.
Порывистый ветер принес меня к Арриену, я улыбнулась жениху, а он протянул вперед раскрытые ладони. Опустилась на них, присела в реверансе, ощущая, как дрожат руки Шайна. Вид у моего дракона был слегка ошалелый. Я послала ему воздушный поцелуй, подпрыгнула, а подол моего платья взвихрился, открыв ножки до колен. Рассмеялась и воспарила к потолку, иллюзорные снежинки снова подхватили меня и закружили по залу. Сверху я разглядела обескураженные лица демонов, а у Тарниона даже отвисла челюсть, не ожидал, видимо, бирюзовоглазый ничего подобного. Йена кружилась над Эльлиниром, а Тинара и Латта прыгали между изумленными гостями.
Пришла пора заканчивать. Последний раз пронеслась по залу в вихре иллюзорных снежинок, опустилась перед алтарем, вновь обретая свой обычный размер. Присела в реверансе перед Ксимером и чуть улыбнулась ему: мол, все будет хорошо! Демон слегка расслабился, а я повернулась и поприветствовала гостей. Бусина в моей руке растаяла, но я не жалела, потому что свою миссию она уже выполнила. Я прошла к родителям, а к алтарю в сверкающем вихре опустилась Йена. Она повторила все мои действия, а после нее это сделала и Тинара. Последней была Латта, которая взмахом руки отправила иллюзорные снежинки к дверям храма. Они устремились по проходу, заклубились у дальней стены, и вот из сверкающей дымки портала появилась Лиссандра в своем чудесном наряде.
Ксимер замер, сглотнул и округлил глаза. Зрелище будущей невесты явно впечатлило дуайгара. Его волнение выдавала белоснежная кисточка на хвосте, медленно раскачивающаяся из стороны в сторону.
Кузина в вихре снежинок шествовала по проходу.
– В Крыле много лет будут вспоминать ваши обручения, – сказала сидящая рядом со мной тетя Ирана.
Демон подал руку Лиссандре; рыжая, глядя в пол, приняла ее.
– Приветствуем вас, братья и сестры! – зазвучали голоса жрецов. – В этот солнечный зимний день мы, следуя заветам Старших богов, собрались в храме, чтобы соединить сердца двух влюбленных…
Я отвлеклась и перевела взор на расписанное морозом окно храма. Все-таки зимой на улице не менее красиво, чем летом. Эти узоры на стеклах – самые настоящие цветы, а искрящийся на солнце снег похож на горы серебра. Лишь зимой можно полностью ощутить всю чернильную темноту ночного неба, когда оно контрастирует с белой землей, и даже звезды морозной ночью по-особенному сверкают на небосклоне.
– Ксимерлион мир Оллариль, – услышала я обращение жрецов, – просим вас надеть браслет первого обручения своей избраннице.
Демон преподнес Лиссе изящный браслет из красного золота и ловко защелкнул его на левом предплечье девушки.
– Лиссандра мир Лоо’Эльтариус, просим вас надеть браслет первого обручения своему избраннику, – сказала жрица.
Рыжая медленно надела украшение из красного золота на левое предплечье Ксимера.
– По воле богов и велению двух влюбленных сердец мы проводим второе обручение этих нареченных. Просим друга жениха и подругу невесты подать нам браслеты второго обручения.
Вперед вышла Этель; мы решили, что уступим старшей кузине, и она стала подругой невесты на церемонии. К алтарю следом за ней вышел Фелларин. Лиссандра и дуайгар обменялись очередными браслетами.
– Объявляем вас женихом и невестой! Скрепите узы поцелуем!
Лисса честно попыталась устоять, когда Ксимерлион обнял ее, бережно приподнял фату и прикоснулся губами к устам рыжей. Сопротивлялась моя сестрица ровно две ирны, упираясь ладонями в мощную грудь своего демона. Потом, судя по всему, Лиссандра не выдержала и обвила руками шею своего жениха.
«А ведь он ей нравится, – послышался в моей голове голос Арриена. – Так не пойму, чего она упрямится?»
«Вы тоже упрямитесь, когда я обнимаю вас», – обиженно заявила ему.
«Кто? Я?» – безмерно удивился Шайнер и от переизбытка чувств заерзал на своей скамье, выглядывая из-за сереброволосого незнакомца и Эльлинира, чтобы поймать мой взгляд. Я его усилий не оценила, гордо вздернула подбородок и закрылась от Арриена.
– Да благословят боги ваш союз! – прозвучало пожелание, отразилось от стен и вознеслось к сводам храма. – Сегодня в храме произошло настоящее чудо, двое влюбленных стали Истинными женихом и невестой!
Дуайгар улыбнулся Лиссандре, подхватил ее на руки и понес по проходу к дверям. Я подумала, что им, согласно традиции, придется вдвоем ехать в карете по Крылу, а Лисса смотрела куда угодно, но только не на своего жениха.
Когда за обрученными закрылась дверь, в зале наступило оживление. Все подходили к нам, задавали разные вопросы, поздравляли. Я огляделась и увидела, что на меня смотрит Тарнион. Слегка кивнула демону, он подарил мне печальную улыбку, а после ко мне подошел Фелларин и выразил свое восхищение моим танцем. Когда на ирну отвела свой взор от его лица, увидела, что за спиной дуайгара стоит весьма злой Арриен и ревниво обозревает, как, что и сколько раз поцеловал мне оранжевоглазый демон. Я мило улыбнулась дуайгару, сделав вид, что не замечаю своего жениха.
– Нилия, – прервала мои любезности с Фелларином матушка, – ты подумала о том, как вы собираетесь в терем возвращаться? Зима на дворе, а ваши амулеты растаяли.
– Разрешите мне доставить их в терем, госпожа мир Лоо’Эльтариус, – ко мне шагнул Шайн, просто оттолкнув демона своим плечом.
От взгляда синих глаз жениха мне стало жарко.
– Это было бы очень хорошо, сударь, – отозвалась матушка.
Арриен обнял меня, и к нам подошли все мои сестры. Краем глаза я увидела, как пристально глядит на Тинару сереброволосый, и взор его желтых глаз меня заинтриговал: так же смотрел на Лиссу Ксимер, когда провожал нас с территории дуайгаров, – задумчиво и с необъяснимой тоской. «Так какого цвета его глаза?» – Я подскочила на месте и захотела убедиться, что мне не привиделось, но в этот миг картинка мигнула, и мы оказались в библиотеке родного терема.
Я поглядела на Тинару, но сестрица все это время разговаривала с Латтой и, к счастью, сереброволосого не видела.
Сестры потянулись к дверям библиотеки, и я с гордым видом последовала за ними, но мне не удалось переступить порог этой комнаты. Перед моим носом дверь закрылась, а меня развернули и прижали спиной к деревянной створке. Шайнер навис надо мной, опираясь двумя руками о дверь и не давая мне сбежать. По лицу жениха было видно, что он разгневан.
– Это был он? – прошипел дракон.
– Кто – он? – озадачилась я, все еще размышляя о сереброволосом.