То, что мы оставили позади (ЛП)

— Мой бар лучше, — сказал Нокс, никак не реагируя на мою убедительную тираду.
Наоми улыбнулась ему.
— Так и есть. Но подожди, пока не познакомишься с Седым Лисом Джоэлом, — она указала на барную стойку, где наш любимый бармен разливал дешёвое виски перед тремя угрюмого вида женщинами в рваных джинсах и потёртой коже.
Лина помахала ему, и Джоэл кивнул ей в манере крутого парня.
— Ладно, я включил в музыкальный автомат песни на тему «мужики отстой» и сказал паре байкеров с одинаковыми татуировками, что вы состоите в секте и хотите завербовать новых членов. Это поможет вам выиграть немного времени, прежде чем кто-нибудь начнёт приставать к вам, — сказал Стеф, усаживаясь на табурет рядом со мной.
Я похлопала его по колену.
— Спасибо, Стеф. Ты хороший друг.
Нокс и Нэш придвинулись поближе к своим женщинам, когда к ним подошёл крепкий бармен. Он остановился передо мной.
— Привет, блондиночка. Что будем заказывать сегодня? Шоты? Пряная Кровавая Мэри?
— Привет, Джоэл. Я бы с удовольствием выпила Кровавую Мэри только потому, что у тебя она получается превосходно. Я не пытаюсь выпивкой решить проблемы с мужчинами или что-то в этом роде, — сказала я ему.
— Рад, что ты прояснила этот момент, — сказал он с лёгкой улыбкой.
Он принял у всех заказы на выпивку и принялся за работу под бдительным присмотром Нокса.
Наоми ткнула его локтем в бок.
— Перестань пялиться и сверлить его сердитым взглядом.
— Я не пялюсь, я оцениваю его профессионально, — настаивал её муж.
— Я, например, думаю, что раз уж вы двое наконец-то вытрахали друг друга из своих организмов, пришло время рассказать нам об этой истории, — объявила Лина.
— Я согласна. Мы твои друзья, — сказала Наоми, кивнув в знак благодарности, когда Джоэл протянул ей большой бокал вина.
— Если уж на то пошло, я думаю, тебе стоит рассказать им, — сказала Нэш.
— Как ты… — я закрыла глаза. — У тебя есть доступ к конфиденциальным документам.
Наоми и Лина переглянулись, широко распахнув глаза.
— Какие конфиденциальные документы? — спросили они в унисон.
— Вот это сейчас — то же самое, как ты настаивал, чтобы я обременила всех парочкой анонимных угроз?
Нэш покачал головой.
— Нет, Слоани Болони. Это другое дело. Твоя личная безопасность — это одно. Ты не можешь скрывать опасные вещи от людей, которым ты небезразлична. Но ты сама решаешь, какими историями ты поделишься.
Джоэл с громким стуком поставил передо мной Кровавую Мэри.
— К твоему сведению, если ты нам не расскажешь, я сделаю всё возможное, чтобы вытянуть информацию из красавчика. И я могу быть очень убедительной, — пообещала Лина с блеском в карих глазах.
Нэш наклонился и крепко поцеловал её в губы.
— Чертовски верно, Ангел.
Я должна была прийти сюда одна. Не то чтобы мне нужно запивать свои чувства алкоголем или что-то в этом роде. Просто мне не хотелось быть пятым колесом на вечеринке «долго и счастливо». Особенно когда всё, чего я хотела — это жить счастливо. И особенно после того, как я только что потратила несколько недель на Люсьена Мудилы Роллинса.
Я сделала глоток своего напитка. Мои брови удивлённо поползли вверх.
— Отлично получилось, Джоэл, — я закашлялась.
Нэш взял своё пиво со стойки.
— В соответствии с мужским кодексом, мы позволим вам поговорить, а сами пойдём надирать задницы байкеров в бильярде.
— Что, если я хочу узнать, что за хрень произошла? — спросил Нокс.
— Я расскажу тебе короткую версию, — предложил его брат.
— Обожаю короткие версии, бл*дь, — решил Нокс. Он посмотрел на Джоэла. — Ты о них позаботишься?
— Позабочусь, — согласился Джоэл.
— Нам не нужны няньки, — настаивала я. — И мне не нужно изливать душу.
Но было уже слишком поздно. Нэш и Нокс уже неторопливо удалялись с бокалами в руках.
— Я помогу тебе излить душу.
Я повернулась на своём стуле и увидела жирного золотозубого парня, утопающего в золотых цепях. Он пялился на мою грудь.
— Ты что, не слышал о культе? — спросил его Стеф.
— Я ничего не имею против девчонки, у которой поехала крыша.
 
— Уходи, пока я не сделала так, что тебе понадобится повязка на глаз, — заявила Лина.
— Норовистая кобылка, — сказал он, облизывая тонкие губы.
Джоэл перегнулся через стойку как раз в тот момент, когда Нэш и Нокс направились обратно к нам, но я остановила их, подняв руку.
— Послушай, ты, тупица, не принимающий душ и не пользующийся дезодорантом. Мне нужны муж и дети. Так что, если ты не хочешь начать принимать душ, посещать стоматолога и учиться собирать мебель для детской, я предлагаю тебе валить куда подальше.
— Никто больше не хочет просто хорошо провести время, — проворчал он и побрёл прочь.
— Это потому, что все хорошие времена когда-нибудь заканчиваются, как я недавно выяснила, — крикнула я ему вслед.
— Ладно. Выкладывай, — настаивала Лина, взбалтывая в стакане свой посредственный скотч.
— Пора, — Наоми сжала мою руку.
— Иначе мы просто будем строить нелепые предположения, — добавил Стеф.
— Это не только моя история, — сказала я. Несмотря на то, что Люсьен был большим, тупым, прекрасно «одарённым» от природы идиотом, я не могла поделиться его частью истории.
— Тогда просто расскажи нам свою часть.
Я сделала глоток водки с томатным соком.
***
— Они арестовали Люсьена? — Наоми ахнула.
Я рассказала им сильно отредактированную версию, в которой не было подробностей о том, через что отец Люсьена заставил его пройти. Но даже эта отредактированная версия вызвала ярость.
Лина хлопнула по барной стойке.
— Простите за выражение, но какого е*аного х*я?
— Мне никогда не нравился этот Уили, — невнятно пробормотал Стеф.
Мои друзья были немного навеселе, что сделало их ещё более экспрессивной аудиторией.
— Уили Огден дружил с отцом Люсьена. Ансель сказал ему, что Люсьен напал на них, и мама Люсьена подтвердила его версию.
Я уставилась на свою вторую, почти нетронутую Кровавую Мэри и решила, что больше не хочу её.
— Это ужасно, — сказала Наоми.
— Он винил меня. Я пообещала, что не буду звонить в полицию, но позвонила.
— Иногда правильный поступок — это одновременно и неправильный, — философски заметил Стеф.
— У тебя были на то причины, — сказала Лина, потянувшись и схватив меня за руку. Алкоголь побуждал её выражать привязанность.
— Джоэл, можно мне салфетки? — спросила Наоми, и слеза скатилась по её щеке.
Нокс оторвал взгляд от бильярдного стола и свирепо посмотрел на неё. Его радар мужа был на высшем уровне. Наоми слабо улыбнулась ему и помахала рукой, прежде чем высморкаться в коктейльную салфетку.
— Что произошло дальше? — спросила Лина.
— Мой отец отправился в участок, чтобы попытаться добиться освобождения Люсьена, но отец Люсьена настоял на предъявлении обвинений. Они собирались предъявить ему обвинение как взрослому. Мой отец продолжал бороться за него, но я чувствовала себя такой виноватой. Во-первых, это моя вина, что он оказался там. И я знала, что он будет ужасно бояться, что с его мамой что-то случится. Поэтому я решила всё исправить.
— Ой-ей, — выдохнул Стеф.
Лина прикрыла глаза рукой.
— О Боже. Что ты наделала?
— Я решила, что мне нужны неопровержимые доказательства.
Наоми застонала.
— Всё пойдёт наперекосяк, не так ли?
— Давайте просто скажем, что я достигла своей цели.
— Какой ценой? — спросила Лина.
Я посмотрела на свою правую руку и напрягла пальцы.
— Ансель Роллинс застукал меня, когда я снимала его через окно, и сломал мне запястье в трёх местах.
Стеф поднял руку.
— Я думаю, нам понадобится несколько шотов, Джоэл.
— Всё в порядке, — заверила я их, хотя к горлу подкатила желчь. — Я не только засняла его на камеру, но и наш сосед видел, как он напал на меня. С такими доказательствами никакая дружба не могла спасти его от тюрьмы. Люсьена освободили на следующее утро. Но он всё же пропустил свой собственный выпускной из школы, — я посмотрела на Лину. — Думаю, именно в этот момент Нэш решил стать полицейским. Он увидел, как легко плохие люди могут навредить хорошим людям, и решил исправить это изнутри.