То, что мы оставили позади (ЛП)

(Тру-крайм, от англ true crime — это жанр подкастов и литературы, который рассказывает о реально совершённых преступлениях, разбирает действия и жизни людей, связанных с преступлением и пострадавших от него, — прим.)
— Конечно, но у меня нет подкаста.
— Нет, но у вас есть лицо и история. Мы собрались здесь сегодня, потому что ваш отец скончался, и вы хотели продолжить его дело — защищать слабых. Вы, ваш отец, его связь с Мэри Луизой через её сына — это история, а истории заставляют людей переживать о ком-либо.
— Я понимаю это. Поверьте мне, понимаю, — сказала я, махнув рукой в сторону окна, чтобы показать на стеллажи с книгами. — Но как я могу помочь вам с этим?
— Вы — лицо, — ответила Фрэн. — Мы хотим, чтобы люди знали, кто такая Мэри Луиза, почему мы работаем над её освобождением, чем они могут помочь. И вы — та, кто расскажет им об этом.
— Почему вы не можете быть той, кто расскажет им? — неуверенно спросила я.
— Потому что никто не любит юристов. Вы библиотекарь из маленького городка, которая верит в общественную справедливость. Вы умная, симпатичная и не представляете угрозы.
Наоми поперхнулась вторым капучино.
— Она немного пугающая.
— Это тоже подойдёт, — сказала Фрэн.
— Ладно. Так что же я должна делать? — спросила я.
Фрэн переплела пальцы.
— Начнём с малого. Я организую для вас интервью в местных СМИ. Могу познакомить с некоторыми специалистами по связям с общественностью, которые подскажут вам несколько тем для обсуждения. Как только эта статья выйдет в свет, и к нам проявится интерес, я поговорю с судьёй, выносившим приговор, о проведении закрытого просмотра.
— Что такое закрытый просмотр? — спросила Наоми.
— По сути, я попрошу о личной встрече с судьёй и окружным прокурором в закрытом режиме. Мы можем попросить судью Аткинса пересмотреть приговор.
Я выпрямилась на стуле.
— Подождите, судья может просто принять решение о смягчении приговора?
— Это возможно. Я ещё не копала под него, — предупредила Фрэн. — Но это более давний приговор. Возможно, судья со временем немного смягчился, или он может оценить пиар-поддержку, которую даёт реформа уголовного правосудия.
Мы с Наоми обменялись ещё одним торжествующим взглядом.
— Я дам самое лучшее интервью за всю историю интервью, — пообещала я.
Фрэн покачала головой.
— Вы им понравитесь.
— Как это работает с финансовой точки зрения? — спросила неизменно практичная Наоми.
— Моя фирма берётся за ограниченное количество бесплатных дел в год, — сказала Фрэн, окинув взглядом нас обеих. — Если это дело потребует значительных временных затрат, мы можем попросить вас оплатить разумные судебные издержки.
— Или мы уладим всё дело за один визит к судье, — подметила я. — Итак, как мы будем действовать дальше? Нам нужно что-то подписать, чтобы оформить всё официально?
— Так получилось, что у меня с собой предварительное соглашение, — сказала Фрэн, открывая свой элегантный портфель. — Как только оно будет подписано, я нанесу визит своему новому клиенту.
***
Я: Не то чтобы тебя это волновало, но адвокат нанят! И она берётся за это дело на общественных началах! Она направляется на встречу с Мэри Луизой!
Люсьен: Поздравляю, злоупотребитель восклицательными знаками. Добро пожаловать в кошмар судебной системы.
Я: Тебе кто-нибудь говорил, что тебе очень нужно снизить уровень чрезмерного позитива? Нет? Странно.
Люсьен: Тебе кто-нибудь говорил, что ты раздражаешь? Что, я уже одиннадцатый человек за сегодня? Неудивительно.
Глава 27. Особая доставка электросексолитов
Слоан
День Святого Валентина ввалился в Нокемаут с десятью сантиметрами снега и холодным ветром, о котором лучше не упоминать. Мы с сотрудниками библиотеки украсили стеллажи разнообразными декорациями ко Дню Святого Валентина — начиная от розовых и красных сердечек ручной работы с написанными от руки пожеланиями в детском отделе и заканчивая книжными витринами с любовными романами и резнёй в честь Дня Святого Валентина на втором этаже, дополненной контуром трупа на полу. Мы постарались на славу для наших клиентов, как романтичных, так и ворчливых.
 
Всё было хорошо, чёрт возьми. Мы все были готовы к вечернему мероприятию. Моё интервью о Мэри Луизе было опубликовано в местной газете и вызвало положительную реакцию, что немедленно привело ко второму интервью в более крупной и влиятельной газете «Арлингтон Газетт». И у меня было секс-свидание с Люсьеном Мать Его Роллинсом.
— Ещё… один… дюйм, — простонала я, вытягиваясь настолько, насколько позволяли мои мышцы.
— Спускай сюда свою задницу, Слоани Балони, — приказал знакомый авторитетный голос.
Я прекратила то, чем занималась, и свирепо посмотрела на шефа полиции Нэша Моргана.
— Не заставляй меня шикать на тебя. Ты на моей территории, приятель, — парировала я с верхней ступеньки лестницы.
— Твоя территория вот-вот будет заляпана кровью, когда ты грохнешься и разобьёшь своё симпатичное личико, — предупредил он.
Я спустилась по лестнице и налепила на грудь этого мужчины фиолетовое блестящее сердечко.
— Раз ты такой мужественный, закончи развешивать гирлянду с сердечками.
Нэш взобрался на стремянку в манере, соответствующей инструкции по технике безопасности, и быстро расправился с гирляндой. Мне не было стыдно присоединиться к остальным посетительницам, восхищавшимся его великолепной задницей.
— Ты пришёл сюда только для того, чтобы затмить мои навыки в развешивании декораций? — спросила я, когда он спустился вниз.
— Возможно, у меня есть скрытый мотив, — сказал Нэш, оглядывая складные стулья, которые мы расставили перед подиумом. — Что здесь происходит?
— Сегодня вечером к нам придёт приглашённый автор. Сесилия Блэтч. Она пишет тёмные и пошлые паранормальные романы. Книжный клуб одержим ею с тех пор, как мы прочли её серию. Она придёт к нам на книговинную сессию.
— Книговинную?
Я ухмыльнулась.
— Это как автограф-сессия, только с вином.
— Мило. Но разве у тебя нет свидания на день Святого Валентина?
— У меня? Почему? Что ты слышал? — он знал о Люсьене? Люсьен ему рассказал? Конечно, нет. Люсьен никогда никому ничего не рассказывал.
Взгляд Нэша сделался пронизывающим.
— Вот это странная реакция на мой вопрос о том, как проходит твоя личная жизнь. Учитывая все эти свидания, на которые ты ходишь, я подумал, что сегодня у тебя будет жаркое свидание.
А, эти свидания. Не то секретное, которое сводилось к тому, что Люсьен Роллинс вторгался в мои чертоги. Супер. Теперь я думала о пенисе Люсьена. Это не хорошо. Я слишком долго не отвечала Нэшу? Он как-то странно смотрел на меня. Я вела себя странно? Пенис Люсьена заставлял меня вести себя странно? Все женщины, которые когда-либо спали с Люсьеном, вели себя так же?
Я представила себе легион загипнотизированных пенисом женщин, которые как стадо зомби бродили за Люсьеном, пока он занимался своими делами.
— Ах. Да. Ну. У меня уже давно было запланировано это мероприятие, и я не хотела его пропускать, так что никакого свидания нет, — сказала я так, словно меня душили.
Нэш посмотрел на меня сверху вниз.
— Ты в порядке? Ты краснеешь.
— Здесь, эээ, жарко, — чтобы подчеркнуть своё утверждение, я сняла кардиган и случайно уронила его на Эзру Эбботта, четырёхлетнего ловеласа с розовенькими щёчками.
— Шмотрите! Я шупергерой, — объявил Эзра, очаровательно шепелявя через то место, где когда-то были его передние зубы. Он умчался, а мой кардиган развевался у него за спиной, как плащ.
— Я верну его попозже, — сказала я, наблюдая, как Эзра исчезает в крепости из подушек. — Давай вернёмся к разговору о тебе. Какие у тебя планы на вечер?
— Это одна из причин, почему я здесь, — сказал Нэш с застенчивым видом. — Я приготовил подарок для Лины и хотел сначала показать его кому-нибудь. Это наш первый день Святого Валентина, а ты знаешь Ангелину.