То, что мы оставили позади (ЛП)

Ага, конечно, этот засранец был настоящим героем.
— Тебе надо было прислушаться к предупреждениям, — печально сказал Уили. — До этого не должно было дойти.
Я раздумывала, не поделиться ли новостью о том, что ФБР вот-вот настигнет их обоих, но потом отказалась от этой затеи. Они хотели убить меня, чтобы защитить себя. Если они узнают, что терять им абсолютно нечего, это едва ли вызовет у них желание оставить меня в живых.
— Где мы это сделаем? — спросил Уили.
— Разве похоже, что мне не всё равно, где мы убьём девчонку? — потребовал Аткинс.
— Как насчёт переднего двора? — слабо предложила я.
— Мы отведём её в заднюю часть дома, — решил Уили и махнул мне пистолетом. Но в его взгляде было что-то такое. Что-то указывающее. Его взгляд скользнул к библиотечной тележке, стоявшей в дверном проёме гостиной, затем снова ко мне. Она была доверху набита несколькими толстыми романами в жанре триллера.
Он наклонил подбородок, глядя на меня, и я кивнула.
— Пойдём, — сказал он, жестом приглашая меня пройти в гостиную.
Я вошла в комнату, и стена на мгновение скрыла меня от взгляда судьи. Молясь, чтобы я правильно поняла сигнал, я схватилась за край тележки и толкнула её изо всех сил как раз в тот момент, когда Аткинс завернул за угол.
Раздался хруст, стон и приглушённый выстрел, за которым последовали три более громких, быстрых выстрела.
Я ощупала свой торс и испытала огромное облегчение, не обнаружив дыр ни на себе, ни на платье.
— Сукин ты сын, — прохрипел Аткинс, лёжа на моём паркетном полу и теряя обильное количество крови из ран на шее, груди и торсе.
— О боже мой. О боже мой, — повторяла я, когда Уили поднял пистолет Аткинса. — Что нам теперь делать?
— Мне правда не хочется так с тобой поступать, Слоан, но ты должна понять, — сказал Уили, направляя на меня оба пистолета.
— Серьёзно, Уили? Какого хрена ты всё ещё хочешь в меня выстрелить? — взвизгнула я.
— Обрываю хвосты. Со смертью тебя и судьи не останется никого, кто мог бы указать на меня пальцем. Деньги, которые я получил от Хьюго, были ничем по сравнению с тем, что получил Аткинс. Несколько тысяч тут и там. Меня это никогда не волновало. Меня волновала только работа.
Работа, которой он злоупотреблял. Работа, которую Нэш у него отнял.
— Ну и что, что я немного подзарабатывал на стороне? Зарплата шефа полиции вовсе не впечатляет. Я гордился своей работой. И Нэш Морган отнял её у меня. Я совершенно точно, чёрт возьми, не позволю его маленькой подружке лишить меня ещё и репутации.
Я на секунду прикрыла глаза, когда до меня дошло.
— Это ты внёс имя Нэша в этот список, не так ли?
— Не хотел упускать такую возможность. Метцер составлял список. Я помог ему. Моим гонораром было добавление ещё одного имени.
Я покачала головой.
— Значит, ты запустил всё это в движение.
Он пожал плечами.
— Я должен защищать своё наследие. Это всё, что у меня осталось.
— Это не наследие. Это замкнутый цикл дурного поведения.
— Ты не представляешь, что требуется для защиты целого города.
— Да? Ну, очевидно, ты тоже не представляешь. Ты посадил семнадцатилетнего парня в тюрьму и позволил его абьюзивному отцу чуть не убить его мать, потому что вы были приятелями по рыбалке.
— Говори, что хочешь, потому что это не имеет значения. Только один из нас выйдет отсюда сегодня вечером, и это будешь не ты.
— Что ты собираешься делать? Застрелишь меня из пистолета судьи?
— Мне кажется, это хороший план.
Я услышала визг шин на дороге перед домом и взмолилась, чтобы помощь была в пути.
— Никто не поверит, что ты просто случайно наткнулся на окружного судью, который угрожал мне, и застрелил его, — сказала я ему.
Он криво усмехнулся.
— Однажды в это уже поверили.
Его слова медленно откладывались в моём сознании.
— Господи! Ты убил Тэйта не потому, что защищал Нэша. Ты убил его, потому что защищал себя.
— Я ждал, пока он нажмёт на курок, думая, что либо он позаботится о Нэше вместо меня, либо у него закончатся патроны. Сукин сын так и не научился считать патроны. Мне ненавистно было делать это. Тэйт был моим другом, но он был чертовски вспыльчивым. В конце концов, он бы проболтался не тому парню.
 
— Поэтому ты убил своего друга.
— Согласно официальному отчёту, я застрелил человека, защищая представителя закона, — поправил Уили.
— И что на этот раз будет написано в официальном отчёте?
Он пожал плечами.
— Я просто возвращал свои библиотечные книги.
Он собирался это сделать. Он собирался застрелить меня и испортить Нэшу и Лине вечер репетиции свадьбы. Я схватила со столика увесистую книгу в твёрдом переплёте и швырнула её Уили в голову. Оба пистолета выстрелили, когда я бросилась за диван.
Я тяжело приземлилась, ударившись челюстью об острый край ножки консольного столика. Полетело ещё больше пуль, на этот раз в мой диван. Я перекатилась, поднялась на ноги и, пригибаясь, побежала через столовую, роняя за собой стулья.
Уили был близко, но я знала каждый дюйм этого дома. Я промчалась через кухню и вернулась в коридор, где стала подниматься по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз.
Сирены становились всё громче.
— Ты не можешь убежать от меня, — крикнул Уили с нижней ступеньки лестницы.
— А ты не можешь ожидать, что я буду стоять на месте, чтобы ты мог в меня выстрелить!
Его ботинки затопали по ступенькам.
На лестничной площадке, пока я спешила на второй этаж, мимо меня пронеслась полоска шерсти, и я услышала глухой удар и приглушённую ругань.
Слава Богу за кошек-мудачек. Мяу-Мяу только что подарила мне драгоценные секунды.
Я с трудом преодолела последние ступеньки и столкнулась лицом к лицу с твёрдым мужским телом. Я как раз собиралась пинками выбить из него всё дерьмо, но тут чья-то рука зажала мне рот, и меня подняли над полом.
Глава 47. Исправить неправильное
Люсьен
— Прекрати брыкаться, Пикс, — прошипел я, закрывая за нами дверь её спальни.
Я отпустил свою бьющуюся невесту, и она резко повернулась ко мне лицом. На ней было розовое коктейльное платье, которое я лично выбрал, потому что оно подчеркивало её изгибы во всех нужных местах. Её волосы были собраны в высокий платиновый хвост, из которого уже выбились пряди. На ней были очки весенне-зелёного цвета, которые только подчёркивали яркость её глаз. На её подбородке виднелась кровавая рана.
— Я его убью нахрен, — объявил я. Ярость расцветала во мне смертоносным цветком.
Слоан бросилась ко мне и крепко обняла.
— Ты не можешь. Это Уили.
— Знаю. Я видел запись с камеры наблюдения как раз перед тем, как она оборвалась.
— Он заставил меня думать, что собирается мне помочь. Затем выстрелил в судью. О да. Судья тоже был здесь, но, по-моему, он мёртв в фойе. А потом он попытался застрелить меня. Уили, не мёртвый судья. И это он внёс имя Нэша в список, а не Дилтон. Боже мой, и он убил Дилтона, чтобы заставить его замолчать, а не для того, чтобы спасти Нэша. Я так зла! Ты знаешь, сколько времени потребуется, чтобы вывести пятна крови с паркета? И они сожгли мою библиотеку!
Эти слова хлынули потоком негодования, но её объяснение лишь разожгло во мне огонь как спичка.
— Ты не сможешь прятаться от меня достаточно долго, чтобы остаться в живых, Слоан. Я убью тебя на том же месте, где найду, прежде чем сюда приедут копы, — объявил Уили из коридора. Мы услышали топот его ботинок и скрип дверей, когда он начал проверять комнаты.
Вдалеке я услышал вой сирен. Я только въехал на подъездную дорожку, когда услышал выстрелы. Это отняло у меня годы жизни.
Я схватил с комода чистый носовой платок и прижал его к лицу Слоан.
— Ой!
— Давай, детка, — я наполовину подтащил, наполовину понёс её к дивану у окна.
Она с готовностью забралась на подушку и перекинула ногу через подоконник окна, которое я оставил открытым.