То, что мы оставили позади (ЛП)

— Тогда у нас будет семья, — я не шутил. Всё, чего хотела Слоан, теперь было моей заботой и моей работой.
Она часто заморгала.
— Прошу прощения. Ты сказал… — она поднесла руку к своей голове и начала ощупывать синяк на лбу. — Может, я и вправду заработала себе сотрясение мозга. Я могла бы поклясться, что ты сказал…
— Если ты хочешь детей, мы начнём сегодня, — сказал я, прислонившись к косяку крыльца.
Она снова покачала головой.
— Ты не понимаешь. Я хочу жить здесь. Я хочу создать здесь семью.
— Нет, Пикси, ты не понимаешь. Прошлой ночью я мог потерять тебя. Я не позволю этому случиться снова. Когда бы то ни было. Если ты хочешь десять детей, мы их заведём. Если тебе нужна шестиэтажная библиотека, полная первых средневековых изданий, я куплю для тебя всё до последней книги. Если ты захочешь завести здесь семью, я перееду обратно и буду каждое утро кормить твою придурковатую кошку. Если ты решишь, что хочешь всё это бросить и переехать в изысканную хижину на тропическом пляже, я построю эту бл*дскую хижину.
— Ты, чёрт возьми, сошёл с ума. Мы несовместимы. У нас нет ничего общего. Мы делаем друг друга несчастными. Мы не можем перестать оскорблять друг друга, ты, сумасшедший воришка спортивных штанов, — добавила она.
— Мы будем работать над этим. Так уж получилось, что я знаю отличного психотерапевта.
— Всё это работает не так. Мне жаль, что ты так перепугался из-за пожара. Но я не собираюсь снова вступать с тобой в отношения. Я уже несколько раз выучила этот урок.
— Слоан, я думаю, ты не понимаешь, о чём я говорю. Тут нечего обсуждать. У нас серьёзные отношения. Ты много значишь для меня, и я больше не позволю тебе уйти. Ни сейчас, ни когда-либо ещё. Всё остальное — просто детали.
— Семья — это не просто детали. Мне нужен муж и партнёр, а не тот, кто будет нанимать целую армию нянь.
— Я не думаю, что это правильный термин. И если тебе не нужна целая армия нянь, я найму небольшую пехоту из них.
Слоан кинула в меня бубликом, и я поймал его одной рукой.
— Ладно. Никаких нянек. Ты просто скажи мне, чего ты хочешь, и я это сделаю.
— Я хочу, чтобы ты ушёл. Немедленно и навсегда.
— Нет, ты этого не хочешь, — самодовольно сказал я, вспомнив, как она теснее прижималась ко мне в постели.
Слоан раздражённо застонала.
— Этого не может быть, — решила она и снова покачала головой. — Я, наверное, сейчас лежу на больничной койке, одурев от дыма.
Я сократил расстояние между нами и взял её за запястья.
— Если бы это было так, я был бы рядом с тобой.
— Это звучит как угроза.
— Угроза, обещание, как тебе больше нравится, — я чувствовал, как учащённо бьётся её пульс под моими пальцами.
— Почему ты улыбаешься? Ты никогда не улыбаешься. Ты сердишься. Ты хмуришься. Ты… вскипаешь! — заявила она.
— Я никогда не вскипал, — возразил я.
— О, заткнись.
Я нежно взял её за плечи.
— Слоан, послушай меня. Больше не нужно прятаться. Больше не нужно притворяться, что мы терпеть не можем друг друга.
— Кажется, меня сейчас стошнит, — пробормотала она.
— Ты моя, а я твой. К лучшему это или к худшему.
На мгновение она прижалась ко мне.
— Только Люсьен Мать Его Роллинс мог подумать, что он может приказать женщине вступить в серьёзные отношения.
— Я просто пресекаю ненужную ерунду.
Слоан оттолкнула меня и принялась расхаживать туда-сюда, продолжая кричать о причинах, по которым у нас ничего не получится. Я находил это восхитительным. Никогда в жизни я не чувствовал себя лучше после принятия решения.
Глава 40. Лицо, полное шардоне
Слоан
— Благодарю за уделённое время, — сказала я и повесила трубку, завершая разговор с дамой из страховой компании, чей голос походил на наждачную бумагу. — Хотя это было абсолютно бесполезно, ты, перекладывающая бумажки заноза в заднице. Как будто я сожгла бы собственную библиотеку.
Наоми улыбнулась мне из-за стола моего отца. Мы сидели в кабинете, который превратился в центр управления библиотекой. Прошло два дня после пожара, и я по уши погрязла в бюрократической волоките.
 
— Судя по всему, страховая компания не хочет выплачивать компенсацию, пока не убедится, что пожар устроила не я, — пожаловалась я достаточно громко, чтобы меня было слышно за визгом дрелей снаружи.
Наоми бросила на меня сочувственный взгляд, быстро набирая электронное письмо на своем ноутбуке.
— Так уж получилось, что у меня есть связи с шефом полиции. Я уверена, мы сможем попросить Нэша убедить страховую компанию, что ты не имеешь никакого отношения к пожару, — сказала она.
Я вскочила со стула и подошла к окну, выходящему на парадное крыльцо. Если не считать команды экспертов по безопасности на лестницах, всё выглядело как распродажа в книжном магазине. Пожарные прочесали здание и принесли все книги, которые, казалось, можно было спасти, в единственное место, которое пришло мне в голову — ко мне домой.
Теперь у меня на веранде лежало несколько тысяч книг, проветриваемых весенним ветерком.
Благодаря резервным серверам наша коллекция электронных и аудиокниг по-прежнему была доступна для скачивания посетителями. Но, как общественная библиотека, мы были гораздо большим, чем просто книги, которые мы предоставляли.
Люди зависели от нас. Мы были частью повседневной жизни в Нокемауте. Я не собиралась позволять небольшому поджогу изменить это.
Сверление началось снова, и я сердито посмотрела на команду, устанавливающую снаружи систему безопасности, достойную Джеймса Бонда. Моя тень ростом 194 см по имени Люсьен счёл мои Wi-Fi-камеры «несоответствующими» и упрямо настаивал на обновлении технологии. Я всё ещё не знала, как именно мне удалось проиграть этот спор. Я также не была уверена, как этот мужчина до сих пор оставался здесь. Или как ему удалось провести мимо меня организатора гардероба по имени Мигель.
Джамал просунул голову в дверной проём, размахивая телефоном.
— Хорошие новости. Сбор GoFundMe на замену детских книг только что собрал 30 000 долларов.
— Серьёзно? — спросила я, на мгновение забыв о своём раздражении. — Это хорошая новость.
— Ещё одна хорошая новость — синагога и унитарианская церковь вызвались объединить усилия и оплатить все июньские бесплатные завтраки для детей. Они готовы покрыть и июль, если к тому времени мы не откроемся, — бодро сказала Наоми.
— Я обожаю этот город, — пропел Джамал, возвращаясь на своё рабочее место в моей столовой.
Сверху доносились стук и скрежет сдвигаемых стульев.
— Они всё ещё там, наверху? — спросила Наоми.
— Да, — мрачно ответила я. «Они» — это Люсьен и несколько его сотрудников. Этот мужчина не отходил от меня ни на шаг с тех пор, как в ночь пожара влез в окно моей спальни. Он также не отказался от притворства, что хочет завязать со мной отношения. Моё терпение было на исходе.
Раздался звонок в дверь, и я проигнорировала отдалённое «Я открою» от Люсьена.
Я открыла входную дверь и обнаружила водителя Люсьена, держащего в каждой руке по несколько пакетов из химчистки.
— Доброе утро, мисс Слоан. Куда мне это положить? — спросил Хэнк.
— Если бы ты был своим работодателем, я бы с радостью сказала, куда ты можешь их засунуть, Хэнк. Но я на тебя не сержусь.
— Можешь положить их наверху, в последней спальне справа, — сказал Люсьен, появляясь у меня за спиной. Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Он выглядел, как всегда, неоправданно великолепно. Здесь он предпочитал носить «повседневную» одежду, выбирая сшитые на заказ брюки и хорошо сидящие рубашки на пуговицах, а не костюм целиком. Тем временем на мне до сих пор была пижама с котиками.
— У меня в спальне для тебя нет места, — настаивала я, скрестив руки на груди, когда Хэнк переступил порог.
— Вот поэтому я нанял Мигеля. А, вот и продукты, — заметил Люсьен, когда ещё один автомобиль подъехал к моей подъездной дорожке.
— Продукты?