Там, где кончается путь (СИ)

— Куда теперь? — более-менее ровным голосом после плясок под огнем врага осведомился я. Змей в ответ указал на уводящую влево дорогу:
— Судя по карте, нам туда.
Мы с еще больше осторожностью направились дальше. Дорога вела в гору и круто сворачивала влево, по левой же стороне склон высокого холма был срыт, и во избежание обвалов вдоль дороги тянулась достигавшая метров пять в высоту бетонная стена, поддерживающая холм.
А вот за поворотом нас ждали еще более крупные неприятности: несколько сектантов и около десятка каких-то жестяных бочек. Нас заметили сразу же — но вместо того, чтобы открыть по нам огонь, монолитовцы толкнули одну из бочек.
Бочки, видимо, были уложены так хитро, что в движение пришли они все — и покатились прямо на нас. Более того, стало ясно, что из-за узости дороги избежать столкновения будет трудно.
И тут монолитовцы выкинули еще один фортель: вместо того, чтобы пристрелить нас, сейчас являющих собой отличные мишени, они начали палить по бочкам.
— Что за хрень? — растерянно протянул Змей. — Они что, думают, что эта херня из боевиков сработает?
Но, как оказалось, у фанатиков были другие планы на этот счет: жидкость из простреленных бочек струилась по дороге чуть ли не ручьем. Ноздри обжег резкий запах. Бензин!
— Назад — запоздало крикнул Змей, явно догадавшийся, что за этим последует. Кажется, в руках у кого-то из монолитовцев я заметил тряпичный факел…
Мы свернули за поворот, прижавшись вплотную к стене — сюда горючая жидкость не затекла. А дальше мы оказались в филиале Преисподней.
Бензин вспыхнул неожиданно быстро, и в скором времени из-за жара и едкого дыма стало трудно дышать. Пламя мигом перекинулось на сухую траву и мертвые деревья справа от дороги.
И, что еще хуже, залившее дорогу горящее топливо отрезало нам путь назад. Нет, это явно не бензин. Какая-то другая химия — слишком уж долго эта дрянь горит.
— Проклятье, — Меченый закашлялся. — Надо как-то выбираться отсюда, пока мы не превратились в шашлык! Жаль, нельзя влезть по стене.
— Можно, — неожиданно осенило меня. Да, я знал, что больше не могу плевать на законы физики, бегая по стенам. Но я не проверял, могу ли я по ним карабкаться. Что же, отличный шанс проверить это!
Вновь отрастив когти, я вдохнул и…
…И едва сдержал ликующий вопль — получилось! Я уверенно взбирался вверх по стене, причем весьма быстро. Не прошло и нескольких секунд, как я достиг верхней кромки стены и огляделся.
В полутора метрах от края я нашел то, что искал — достаточно толстое дерево. Отлично. Я скинул рюкзак, и, достав моток веревки, обвязал ее вокруг дерева, конец же сбросил товарищам.
— Забирайтесь, быстрее!
Примерно минуту спустя наша команда в полном составе стояла наверху. Я смотал веревку и убрал ее в рюкзак.
— Да, мутаген, — Меченый улыбнулся, — признаться, без тебя было бы гораздо сложнее.
— Да будет вам, — я немного смутился. — Давайте-ка не будем здесь задерживаться, пока пожар не закончился и сектанты не поняли, куда мы делись.
До комплекса над лабораторией Х-16, которая, собственно, и являлась бункером управления Выжигателем Мозгов, мы решили дойти поверху. Не вступать же в бой с каждым встречным отрядом сектантов? А попытавшиеся поджарить нас монолитовцы пусть поломают голову над тем, куда мы исчезли.
— Стоп, — Игорь остановился, замерли и мы. По прямой до Выжигателя оставалось метров триста, и мы уже видели наиболее высокие здания и могли в подробностях рассмотреть четыре исполинские антенны. Теперь было видно, что одна из них не функционировала — почти поваленная неведомой силой, она казалась мне какой-то жуткой постапокалиптической пародией на знаменитую Пизанскую башню.
— На дороге была небольшая группа, — продолжил Меченый. Говорили мы шепотом — о находящихся внизу сектантах забывать не следовало. — Я рассмотрел. А на Выжигателе наверняка толпа. Слушай, мутаген, может, свернем этим утыркам на дороге, вздумавшим поиграть в Святую Инквизицию, шеи? Заодно покопаешься в их мозгах, может, они знали что-то полезное. Устрой им битву экстрасенсов.
 
— А это мысль, — я недобро улыбнулся и осторожно подошел к краю.
Химическая дрянь непосредственно на дороге выгорела, и теперь группа сектантов медленно приближалась к повороту, видимо, рассчитывая, что мы окажемся дезориентированы и деморализованы. Их было всего четверо. Отлично — не так уж и много. Трое в комбинезонах — не сером городском камуфляже, как мертвые монолитовцы на Янтаре, а расцветкой напоминавших обычные сталкерские. На четвертом плащ с капюшоном, почти как у Змея, но с нашивками группировки, да и поновее. Должно быть, главный.
Я криво ухмыльнулся. Дождавшись, когда сектанты свернут за поворот, я отрастил когти и спрыгнул вниз.
Да, Зона здорово подгадила мне, но тем отрадней для меня каждый раз было осознавать, что кое-что еще я все-таки могу. Вот и сейчас прыжок с высоты двухэтажного дома не нанес мне вреда — и мне удалось застать монолитовцев врасплох.
Приземлившись точно возле предполагаемого командира, я, не дав ему времени осмыслить ситуацию, вырвал из его рук оружие, а затем схватил сектанта за голову, попутно случайно освежевав левую сторону лица, и резко повернул. Мелодично хрустнули шейные позвонки, а я уже перешел к следующему противнику. С ходу проткнув его когтями, я уже намеривался использовать захлебывающегося кровью фанатика в качестве щита, так как оставшиеся двое уже схватились за оружие — но этого не понадобилось. Обоих срезали выстрелы Игоря — я различил это по характерному звуку, который издавал его «счастливый» автомат, с «калашом» или снайперской винтовкой Змея спутать сложно.
Видимо, памятуя о том, что для добычи информации из памяти убитых врагов нужны целые головы, сталкер стрелял монолитовцам в шеи. Что ж, на меткость друг точно не жаловался.
— Чисто! — я, вернув рукам нормальный вид, обернулся к товарищам. Однако те внимательно осмотрелись по сторонам, прежде чем привязывать обратно веревку и спускаться.
Вскоре мы уже обыскивали трупы монолитовцев. Ничего предрассудительного я в этом не видел — в конце концов, им на том свете оружие, медикаменты и прочие полезные вещи уже без надобности, а вот нам могут пригодиться.
Пока Змей и Игорь наблюдали за окрестностями, а Воробей продолжал изучать содержимое рюкзаков и подсумков, я присел возле тела командира группы и уже почти привычно обхватил его голову ладонями. Вновь с моих пальцев под кожу сектанта перетекли жгуты биомассы.
Прикосновение к памяти сектанта словно обожгло — в его разуме было что-то неправильное, нечеловеческое. Кажется, даже разум Элизабет Грин, уже давно потерявшей все человеческое к тому времени, когда я случайно выпустил, а затем убил ее, не был искажен настолько. Он был… простым. Примитивным. Разум же монолитовца казался каким-то механическим. Неправильным.
Прошло несколько мгновений, прежде чем я смог погрузиться в воспоминания сектанта. Ага, теперь я видел сам комплекс вокруг антенн — несколько зданий, уходящая в туннель ветка железной дороги — монолитовец знал, что в этом туннеле находится вход в бункер управления Выжигателем. Да, убитый явно был не из последних. Множество дозоров, укрепленные пулеметные точки, позиции снайперов — «Монолит» крепко держал оборону. Запоздало я понял, что если бы Меченый не предложил покопаться в памяти фанатиков, мы отправились бы на верную смерть.
И еще одно свежее воспоминание — приказ уничтожить группу из четырех сталкеров, которая наверняка попытается пройти за Выжигатель и в которой находится мутант, известный под кодовым именем «Зевс». Они знали, что я нахожусь в этой группе и кто я такой, и меня обозначили первостепенной целью. Другой приоритетной целью являлся Стрелок, также входящий в состав группы. Они и это вызнали? Но, кажется, Воробья и Змея в лицо они не знают.
 
«Вынырнув» из воспоминаний монолитовца, я поспешил пересказать эту поистине сногсшибательную новость друзьям. Те, как и следовало ожидать, в восторг не пришли.