Там, где кончается путь (СИ)

— Так кто ты такой? — оборвал я, чувствуя острое желание отрастить когти и вмазать свободовцу как следует. Хотя бы чтобы прекратил постоянно переводить тему разговора.
— Змей я, из «Свободы», можете тоже своих обо мне расспросить. Они меня знают.
— Так и сделаем, — Воробей недобро зыркнул на сталкера и тоже полез за наладонником.
— А пока меня интересует один вопрос, — Змей вновь обернулся ко мне. — Что на самом деле произошло с Мутным, Зевс?
— Для начала — прекрати меня так называть, — я мотнул головой. — Это кодовое имя, его дали мне те, кто преследовал меня. Я Алекс.
— Ты не ответил на мой вопрос.
На мгновение в памяти всплыло лицо умирающего сталкера.
— Мы его не убивали, если ты об этом, — я вновь решил не говорить всей правды. — Он уже был мертв. А я всего лишь приобрел здесь взамен утраченных умений способность читать воспоминания недавно умерших людей — при условии, что у них цел мозг.
— Вот оно как, Шрам говорил, что тебе читы урезало, но вот про то, что ты в экстрасенсы заделался — ни слова, — произнес Змей таким ехидным тоном, что чуть было приугасшее желание врезать ему вспыхнуло с новой силой. — А куртку эту специально поверх комбеза таскаешь, чтоб за километр видно было?
— По привычке.
— Так, ладно, узнали, что ты за птица, — Воробей оторвался от экрана. — Претензий не имеем.
— Ну, а ты? — свободовец посмотрел на не принимавшего участия в разговоре Меченого так, будто только что его увидел, затем перевел взгляд на его винтовку. — Я гляжу, подарочек пригодился.
Меченый во все глаза уставился на Змея:
— Выходит… ты?..
— Да, это я нашел тебя у грузовика. Нет, я о тебе ничего не знаю, — тут же поспешно добавил Змей, угадав вопрос. — А пушка досталась по случаю и на халяву, и мне без надобности. Потому тебе и оставил — заодно хоть хорошим человеком себя почувствовал. Куда дальше стопы направите? Я слыхал, торговцы наняли каких-то ребят для работенки на Агропроме. Не вас ли?
— Нас, — кивнул Воробей, вновь утыкаясь в экран. — Вроде, описанию и фотке ты тоже соответствуешь. Ребята, ему доверять можно, это свой. Нам надо как-то стырить у погонов какие-то документы, которые они якобы хранят сейчас в бывшем НИИ. Короче, пойди туда, не знаю, куда, принеси то, не знаю, что. Но если получится — нас пропустят на Росток через долговскую заставу. Все одно на север надо, а в обход не рискнем.
— На север, значит, через Росток? — Змей задумался, пожевал губами. — В долю возьмете?
— Мы знаем тебя всего несколько минут, — напомнил Меченый.
Свободовец демонстративно закатил глаза.
— Да-да-да… Слушайте, вроде, закончили уже с подозрениями. Не надоело?
— Лучше перестраховаться, чем недостраховаться, — пожал плечами Игорь. — У тебя-то какой интерес в этом деле?
— Шкурный, — прямо ответил Змей, не став юлить. — На мне не написано, из какой я группировки, но долговцам за проход все равно отстегивать не хочу, и дело не только в терках между «Долгом» и «Свободой». В обход сейчас не выйдет — с востока уже с пару недель тропы закрыты, а с Янтаря после вчерашнего выброса не пройти, да и всегда там было опасно в одиночку. Мне Мутного с Пашкой в нагрузку дали — мол, натаскать ребят, вывести их в Зону. Вот и вывел, — Змей опустил взгляд, и мне показалось, будто ему хотелось выговориться. — Пашку кадавр пристрелил, уже после того, как Мутного уволокли. Я зеленых на Болота вел. А теперь… Теперь мне обратно надо, а путь только через базу «Долга».
Проспорив еще минут двадцать, мы все же согласились. Что же, по словам Шрама, верить этому Змею можно, а еще один боец в нашем маленьком отряде совсем не будет лишним.
Обсуждение плана действий перенесли на утро — сейчас все мы были слишком вымотаны. Мне и Меченому выпало стоять смену перед рассветом — что ж, неплохо, я уже с трудом боролся со сном, и потому вырубился почти мгновенно — сказывалась усталость. Этот день действительно был слишком длинным.
Я открыл глаза — и, наверно, сразу понял, что сплю: я оказался в том же месте, которое привиделось мне во время выброса в тот день, когда я здесь оказался. Пустая квартира, мертвый город за окном, застывшее время.
 
Почувствовав чей-то взгляд, я обернулся — и встретился взглядом со старухой в черном платке, стоявшей в дверном проеме.
— Осторожней будь, — надтреснутый голос женщины казался лишенным эмоций. Я непонимающе уставился на свое видение. Интересно, это плод моей фантазии или местное явление? — За спину смотри, беда за тобой крадется.
— Простите, что?
— Я тебя приютила, — продолжила она, и до меня медленно начало доходить. Приютила?! Ну же, кто ты — просто мое воображение или призрак Зоны? Я слышал от сталкеров легенды о местных духах…
— Я благодарен, — ляпнул я первое, что пришло мне в голову.
— Не беги — ни от прошлого, ни за будущим. Не ищи — они сами тебя найдут, — старуха проигнорировала мою реплику. — Все явятся сюда. Да и тебе нечего за Периметром делать.
Сбитый с толку непонятными фразами, я попытался спросить мою собеседницу, что она имеет в виду и почему я должен остаться, когда у меня есть еще незаконченные дела по ту сторону Периметра. Но увы — слова никак не желали выстраиваться в вопрос. Старуха вновь взглянула на меня, и в ее глазах я увидел заботу и тепло. Наверно, так могла бы смотреть мать. Женщина улыбнулась.
— Ты дома.
Я резко дернулся, когда кто-то потряс меня за плечо. «Кто-то» оказался Воробьем — значит, пришла моя очередь заступить на дежурство.
— Ешкин кот, — на автомате выдал я подхваченное у местных ругательство. Сам не знаю, почему, но сон оставил не самое приятное впечатление.
— Все в норме? — осведомился друг. Я махнул рукой:
— Порядок. Бабка какая-то приснилась, второй раз уже.
— Бывает, — Воробей пожал плечами. На этом разговор закончился — ни Воробью, ни Змею явно не хотелось тратить оставшиеся на сон драгоценные часы просто так.
Меченый тоже уже бодрствовал — я застал его внимательно изучающим помещение.
— В чем дело? — осведомился я, — прислушиваясь. Вроде бы, никаких признаков опасности. Но товарищ выглядел взволнованным.
— Мы ведь в тайнике Стрелка, — ответил Игорь. — Я подумал, что смогу здесь найти что-то.
— Это вряд ли — наверняка отсюда вынесли все, что можно, — я присел возле люка и положил на колени автомат. Меченый с редкой дотошностью продолжал обследовать чуть ли не каждый дюйм стен, и спустя примерно час его поиски, к моему удивлению, увенчались успехом — он обнаружил закрытую проржавевшим металлическим листом небольшую нишу, в которой оказалась флэшка.
— Подожди, — попытался я остановить сталкера, когда тот вознамерился подключить устройство к своему наладоннику. — А если какой-нибудь вирус? Снесет к чертям всю систему.
Но мое предостережение было нахальнейшим образом проигнорировано, и Меченый, чуть хмурясь, погрузился в чтения. Судя по выражению лица, особой радости ему это не принесло.
— Нашел что-то? — полюбопытствовал я.
— Да, — Игорь кивнул. — Похоже, они использовали флэшку для переписки. Тут говорится о смерти какого-то Клыка, Призрак и Стрелок договаривались о встрече у некоего «общего знакомого». О, — он снова взглянул на экран. — Призрак собирался отправиться на Янтарь. Возможно, там удастся что-то найти.
— До Янтаря еще нужно добраться, — резонно возразил я. — А для этого необходимо закончить дела с документами.
Я не стал говорить о том, что Клык жив, а Воробей, похоже, многое знает, но скрывает. Но я не знаю причины, по которой он молчит, и именно поэтому не собираюсь обличать друга во лжи перед Меченым. Но вот при случае обязательно его потрясу на эту тему.
 
— Пойми, Алекс, — Игорь вздохнул, — Стрелок — единственная ниточка, которая связывает меня с моим прошлым. Я должен найти себя.
— Понимаю, — кивнул я. — Ты даже не представляешь, приятель, насколько хорошо понимаю.