Там, где кончается путь (СИ)

А внешность впечатляла. Человекоподобная зверюга под два метра ростом, жилистая, сутулая. Тело твари покрывала серо-коричневая кожа, покрытая многочисленными шрамами — видимо, кровосос был старым и опытным зверем. Четырехпалые руки были оснащены острыми когтями, однако самой впечатляющей деталью внешности была морда. Лысый череп обтягивала кожа, в глазницах горели хищные желто-оранжевые глаза, вместо носа — две вертикальных щели, а дальше физиономия переходила в авангардное подобие бороды, состоявшее из четырех щупалец, которые тварь грозно топорщила, глядя на незваных гостей. Рана на груди затягивалась на глазах.
Доли секунды два мутанта стояли, уставившись друг на друга, а затем кровосос резко шарахнулся в сторону и растворился в воздухе.
Загремели выстрелы, оглушительно громкие под сводом туннеля. Пули прошили воздух, но не задели тварь. Что предпримет существо? Отступит или продолжит охоту?
— Вон он, собака сутулая! — Меченый выстрелил в пустоту. На стену туннеля брызнула темная кровь, но, видимо, ранение оказалось несерьезным, раз кровосос не стал видимым.
— В круг! — скомандовал Воробей. — Спиной к спине!
Алекс преобразовал пальцы второй руки в когти. Возможно, стоило все же воспользоваться «хлыстом» и попытаться достать бестию, если та выдаст себя, на расстоянии?
«Ну же, где ты, засранец?»
Ага! Вот в зеленоватом свете мелькнул силуэт, словно состоящий из нагретого воздуха. Меченый и Воробей открыли огонь, несколько пуль задели кровососа, и задели серьезно — тварь снова вынуждена была «отключить» невидимость.
Видимо, решив, что добыча ему не по зубам, мутант бросился бежать по направлению к лестнице.
Если бы кровосос мог испытывать человеческие эмоции, он был бы удивлен или даже шокирован. За свою жизнь матерый зверь убил немало людей, он мог в одиночку уничтожить половину группы — а здесь какие-то трое людишек обратили его в бегство! Более того, один из них оказался не вооруженным куском мяса, а хищником, таким же опасным, как сам кровосос — а может быть, даже сильнее и опаснее. Пули больно жалили тело зверя и, хотя раны должны были в скором времени затянуться, это вселило в бестию еще больший страх. Инстинкт самосохранения пересилил инстинкт охотника. Бежать!
— Не уйдешь, скотина! — Алекс рванул следом. Оставлять за спиной опасную тварь не хотелось, тем более, та могла залечить раны и вновь выйти на охоту. Стволы тут неэффективны — Мерсер уже понял, что кровосос очень живуч, так что он может восстановиться и снова стать невидимым быстрее, чем Воробей и Меченый, наконец, его пристрелят.
Хоть и потерявший большую часть своих способностей, дарованных вирусом, Алекс все равно был сильнее и быстрее человека — и догнать подстреленного кровососа ему оказалось по силам. Удар клинка поперек спины убегающей твари — и монстр падает на пол туннеля мордой в «Холодец». Бестия шипит, корчится от боли и пытается выползти из аномалии, но ноги остаются неподвижны — должно быть, Алекс повредил кровососу позвоночник. Кожа с морды и рук сползает лохмотьями, обнажая плоть, зверь уже не шипит — он скулит на одной ноте, словно умоляя людей прервать его страдания.
Алекс хотел было отсечь кровососу башку, однако лезть в кислотную аномалию не хотелось даже клинком.
Подоспевший Меченый несколькими выстрелами разнес голову кровососа. «Холодец» зашипел, принявшись растворять кровавое месиво.
— Мы спецназ — истребители вампиров!* — тяжело дыша, попытался пошутить Воробей — Так, бошками вертим на триста шестьдесят градусов. Конечно, матерые твари, вроде этой, живут поодиночке, но здесь может оказаться и целая стая этих гадов. Идем.
Осторожность пришлось утроить, однако пока что на сталкеров никто не спешил нападать. Туннель привел их в длинный зал с довольно низким потолком, заставленный ржавым оборудованием. Вдоль одной из стен шло длинное возвышение, отгороженное сеткой. За ней Алекс разглядел какую-то темную фигуру. Мутант не знал, показалось ему, или он действительно услышал слабый, полный мучений стон.
 
Здесь было темнее, чем в туннеле, однако все же слабый свет от повисших гроздьями на протянутых под потолком проводах маленьких «Электр» не давал ему погрузиться в темноту.
— Там кто-то есть, — Алексу казалось, что из тьмы зала на них смотрят хищные оранжевые глаза.
— Я тоже видел, — кивнул Меченый. — Кто-то пробежал мимо возвышения. Кажется, еще один.
— Хорошо бы, если только один, — сквозь зубы процедил проводник. — Спиной к спине. Иначе сожрут.
Трое товарищей встали в круг, прикрывая друг друга. Если здесь были кровососы, то рассредоточиваться точно не стоило.
Не показалось — вот призрачный силуэт выпрыгнул из тьмы — но отступил, уворачиваясь от выброшенного навстречу клинка. Загремели выстрелы — видимо, напарников тоже пытались атаковать. Но атаковали все сразу, скопом — значит, твари молодые и глупые, Шрам рассказывал, что взрослые звери ведут себя иначе. Один, два, четыре. Четыре твари. Вряд ли в темноте прячется кто-то еще — иначе ввязались бы в этот гротескный хоровод. Вот только как от них избавиться?
Решение созрело мгновенно — и тут же поразило своей легкостью. И как Алекс раньше не додумался?..
— Пригнитесь! — рявкнул Мерсер, трансформируя руку в «хлыст». Такой прием отлично действовал на зараженных и солдат «Черного Дозора», так чем кровососы хуже?
Воробей и Меченый, не задавая вопросов, присели, и Алекс нанес круговой удар «хлыстом». Бестии не успели отскочить и упали на бетон, разрубленные почти напополам. Они все еще шевелились, но было ясно, что даже кровососу не выжить после такого. Или нет?
На всякий случай товарищи Алекса повышибали тварям мозги — не хватало еще, чтобы те регенерировали и снова напали на сталкеров. Кровососы — мстительные и злопамятные существа, злопамятней ворон.
— Я же говорил, мутаген, сейчас наше выживание в большей степени зависит от тебя, — Воробей благодарно улыбнулся.
— Жаль, нет ДЖФ, — вздохнул Меченый. — Могли бы проверить, есть ли здесь еще кто-то.
— Никого, — Алекс вернул рукам нормальный вид. — Я не чувствую больше опасности.
— Ты считаешь свою интуицию стопроцентной гарантией?
— Моя интуиция еще ни разу не подводила меня с тех пор, как я здесь оказался. — парировал Мерсер. — Там кто-то был, — он кивнул на возвышение. — Возможно, просто еще один труп. Надо проверить.
Поднявшись на возвышение, мутант убедился в том, что стон ему не послышался — у решетки, закрывающей какой-то аппарат, сидел человек. Его конечности были изогнуты под неестественным углом, один из прутьев решетки, наполовину отломанный и отогнутый, торчал из его правого бока. Однако бедняга все еще был жив — в тишине можно было различить едва слышные судорожные вздохи.
На рукаве красовалась нашивка в виде зеленой волчьей головы.
— «Свобода», — констатировал Воробей. — Запас кровососов на черный день.
В голосе молодого сталкера отчетливо звучали злость, жалость и отвращение.
Свободовец поднял голову — каким-то образом он все еще был в сознании, хотя его руки и ноги явно были сломаны, а стальной прут наверняка пронзил печень. В глазах несчастного плескалась боль, граничащая с безумием. Совсем молодой — моложе Воробья.
Алекс переглянулся с товарищами. Не жилец — это отчетливо понимали все трое. Вытащить беднягу они бы не смогли при всем желании.
Воробей поднял было автомат, но Алекс рукой отклонил ствол в сторону и присел возле умирающего.
— Не волнуйся, парень, — проговорил мутант. — Сейчас станет легче, — он обхватил ладонями виски парня. — Сейчас все закончится.
 
Одновременно с этими словами Мерсер резко повернул голову свободовца. Хрустнули шейные позвонки, и уже мертвое тело обмякло.
— И чего дострелить не дал? — притворно-спокойным голосом спросил Воробей. — Зачем драму разыгрывать?
— Хочу кое-что проверить, — ответил Алекс, не оборачиваясь. — А для этого нужен целый мозг.