Броня из облаков
Лин была совсем маленькой, когда донья Эррера пропала без вести, и у неё о матери сохранились лишь смутные воспоминания. Сильнее всего её мучила не боль от потери, а острое сожаление, что их жизнь могла сложиться совсем по-другому. Её отец не превратился бы в глыбу льда, оживающую только при виде чертежной доски. У неё, Фейлин, было бы всё, что ей нужно: нормальный дом, подруги, воскресные прогулки с отцом и задушевные разговоры с мамой. Всё, что есть у других девчонок, которые сами не понимают своего счастья!
Тем временем её отец от дирижаблей перешел к гидропланам, мимоходом выразив удивление по поводу человека, который вознамерился управлять этой машиной с одной ногой.
– Хотя, если подумать, в этом нет ничего невозможного, – добавил он, стряхнув пепел с сигары и вновь откинувшись в кресле. – Например, если сделать балансирный руль направления…
Чувствовалось, что идея его захватила. Фейлин машинально кивала, думая о своем. Она вздрогнула, когда отец обратился к ней:
– …В общем, скажи Лассо, пусть бронирует билеты в Капарику.
В обширном хозяйстве сеньора Эрреры Лассо выполнял функцию человека для деликатных поручений, когда нужно было аккуратно поговорить с кем-нибудь так, чтобы не спугнуть. Заказывая билеты, Лин позволила себе помечтать: ей и самой хотелось бы съездить в Капарику. Её мать была родом оттуда, и когда-то они жили там – давно, ещё в те времена, когда Эррера были нормальной семьей, а не парой из окаменелого изобретателя и его бессловесной помощницы. Несколько раз она просила отца, но тот отказывался навестить старый дом, причем вовсе не из боязни встретиться с прошлым. Капарика находилась буквально в двух шагах от Портелы, а Портела представляла собой единственный порт на западном побережье, сохранявший нейтралитет во время прошлой войны. Туда приезжали и те, кто бежал от Северного Альянса, и те, кто сотрудничал с Кантилейской Лигой. Каждый второй житель Капарики либо сам был шпионом, либо когда-то сотрудничал с ними. Сеньор Эррера не хотел лишний раз себя компрометировать.
Неожиданно у Лассо случилась накладка, и тогда Лин, ничего не сказав отцу, решила съездить сама. Провести первую встречу она и сама сумеет. Кроме того, интересно же взглянуть на одного из этих странных безумцев, живущих в небе! То, что де Мельгар был с приветом, даже не обсуждалось, ибо какой же нормальный человек станет жить на клочке суши, парящем высоко в пустоте между небом и океаном? От одной мысли об этом у Лин начиналось головокружение. А их новый заказчик, к тому же, был из рода первых переселенцев: аристократ и наследник графства Сильбандо… Размышляя о встрече, она мысленно представляла себе этакого благородного пирата в камзоле, с тростью, острой бородкой и ястребиным лицом.
Никого даже близко похожего на этот образ она не увидела, когда рано утром явилась в порт. Там вообще было на редкость безлюдно, если не брать в расчет одного неудачливого механика и четырех местных громил. «Правда, отец тоже не явился на встречу лично, – вдруг пришла запоздалая мысль. – А что, если де Мельгар из осторожности прислал кого-нибудь вместо себя? Например, кого-нибудь вроде Криса…»
После короткого отдыха в заброшенном саду они с Крисом двинулись через поле. Шагая по пыльной дороге рядом с новым знакомым, Лин исподволь пригляделась к нему. Ростом он был на полголовы ниже её, отросшие темные волосы падали на воротник, загорелое скуластое лицо с чистыми, легкими чертами и широкими бровями вразлёт казалось смешливым от солнечных бликов. Будто угадав её интерес, юноша обернулся с улыбкой. В его больших серых глазах не было ни тени коварства.
«Нет, если это посланник графа, тогда я – генерал Эрленхейма!» – решила она.
Пусть Фейлин никогда не бывала на Архипелаге, но она кое-что слышала о сильбандцах. Даже другие островитяне считали их дикарями, на которых чисто случайно осела пыль цивилизации. На Сильбандо до сих пор сохранилось феодальное управление, а самые острые спорные вопросы решались с помощью поединков. Бой на мечах, подумать только! Разве это не дикость? В общем, Крис Фостер был похож на грозного островитянина не больше, чем воробей на стервятника. Правда, вскоре симпатия Лин к её новому знакомому заметно угасла, когда она увидела, куда он её притащил. Аэродром! Большое лётное поле было размечено полосами в разных направлениях, чтобы приземляться всегда носом к ветру. У края, гордо раскинув крылья, стояли несколько аэропланов. Свежий бриз трепал ветровой конус. Сокрушенно вздохнув, Фейлин поняла, что все их утренние неприятности были только разминкой. Ох, лучше бы они и правда пошли пешком…
При виде аэропланов её лицо непроизвольно скривилось. Зато в глазах Криса зажглось неподдельное восхищение.
– Они прекрасны, правда? Ты любишь летать?
– Обожаю.
Честным ответом было бы «ненавижу», но Лин давно научилась врать. Ей пришлось испытать на собственной шкуре, что такое акрофобия – боязнь высоты, однако она старалась помалкивать о своем недостатке. Смешно, в самом деле: дочь инженера-авиаконструктора, которая до смерти боится летать, избегает лифтов и небоскребов, а на середине высокого моста просто впадает в кому! У неё до сих пор дрожали колени после их пробежки по крышам. Если бы она знала, что в конце этого пути её ждет аэроплан, то предпочла бы утопиться в порту. К сожалению, другого способа быстро добраться до Портелы у них просто не было.
Что ж, ничего не поделаешь. Смогла же она обуздать свой страх ради того, чтобы работать с отцом – значит, сможет и сейчас, чтобы спасти свою шкуру.
– Всё будет в порядке, – ободряюще улыбнулся Крис, вероятно, неверно истолковав её насупленный вид. – Ребята у нас нормальные. Хочешь, я одолжу тебе свою кепку?
Только сейчас Лин сообразила, как она выглядит. Действительно, ей не мешало бы спрятать куда-нибудь свои яркие волосы. Мужской костюм на девушке сам по себе являлся поводом для пересудов, не стоило привлекать к себе ещё больше внимания.
– Спасибо, – выдавила она и заставила себя шагнуть на поле.
Глава 3. Дирижабль класса «люкс»
Крис был ужасно горд и доволен собой. Всё получилось как нельзя лучше! На аэродроме нашлись два биплана, готовые взять на борт двух «безлошадных» путешественников. Они с Пабло быстро договорились: Крис заплатит за топливо, а взамен их довезут, куда нужно. Правда, Лин отчего-то притихла. Она молча надела шлем и так же молча уселась в кабину. Даже когда они приземлились в Портеле, она ещё долго не произнесла ни слова. Впрочем, это вполне могло быть из-за Пабло. Из его самолета многие выходили с такими же отрешенными лицами. Очень уж он любил прихвастнуть своим мастерством: слишком резко укладывал аэроплан на крыло, слишком круто описывал зигзаги… Крис не раз говорил ему, что, когда везешь пассажира, такое лихачество неуместно, и Пабло с ним соглашался, но потом опять брался за старое. Безнадёжный случай.
Зато сам Крис, в отличие от своей спутницы, чувствовал себя великолепно. Тесная кабинка аэроплана была для него как дом родной. О, это ощущение всемогущества, когда твоя машина отрывается от земли! Он так чутко прислушивался к мотору, что мог без труда предугадать каждое движение пилота. Сидя впереди, на месте механика, Крис любил представлять, будто рычаги управления находятся в его руках.
«Однажды наступит день, – с волнением думал он, – когда я взлечу сам, один».
С того памятного падения прошло уже много времени, но до сих пор ему иногда снилось, будто он снова стоит на джунте, его руки крепко сжимают гик, а лодка летит вперед. Отклонив парус, он заставлял лодку резко подняться вверх – и они пронзали облака, вылетая в чистое небо, огромное, словно вечность.
«Пусть не на джунте, а на гидроплане, но я всё равно полечу! Я стану пилотом, даже если весь мир соберется и пойдет на меня войной!»
Вскоре под крылом показалась панорама Портелы: зеленые кипы деревьев в парках, огромный серебристый залив с островком, на котором возвышался маяк, и прямые линии центральных улиц, упиравшиеся в квадраты площадей. Их биплан взял курс на аэродром. Тень от крыльев скользила над старыми городскими кварталами, откуда в незапамятные времена отправлялись каравеллы, держа курс в открытое море. Некоторые из них доплывали и до Архипелага, который в те далекие времена был ещё частью подводной гряды. Вдалеке виднелась ажурная Белая башня с причальной мачтой для дирижаблей – конечная цель их с Лин путешествия.