Броня из облаков

В тот день ничего не предвещало проблем. Небо радовало синевой, а высокие башни-облака обещали хорошую термичность и упоительные полеты под парусом верхом на столбе из теплого воздуха. Крис вылетел из замка в самом радужном настроении. Он так увлекся, что пропустил момент, когда одно облако вдруг начало темнеть и расти, наливаясь грозовой силой. Гроза развивалась ненормально быстро. Крис уже собирался сесть, когда вспомнил, что прямо по курсу, за невысоким горным хребтом находился маленький городок Бимбаче. Он рассудил, что в городе ему легче будет найти укрытие от урагана. Заодно и местных предупредит. Правда, для полета над горами следовало набрать высоту. Он оглянулся на небо, стремительно набухающее чернотой, и решил, что не полезет туда ни за какие коврижки. Уж лучше пройти через ущелье Гуарасока! Воздушные потоки в ущельях тоже опасны, но он сто раз там летал и знал каждый изгиб этой трассы.
Он и сейчас был уверен, что то решение было правильным. Если бы не странный приступ, накрывший его прямо в ущелье, он бы точно прошел. Всё случилось мгновенно. Вдруг налетел чужой, душный ветер, горло Криса перехватило от тошноты, а в глазах заплескалась серая муть. Последнее, что он помнил – летящая навстречу каменная стена и треск мачты. Очнулся он уже на дне пропасти, почти ослепнув от боли. Повезло ещё, что его быстро нашли, благодаря яркому парусу! И вдвойне повезло, что спасатели не побоялись выйти на катере в такую сволочную погоду. Его первый контакт с магией получился бессмысленным и коротким, Крис даже не успел ничего запомнить из своего первого увиденного «прорицания». В памяти всплывала лишь арена, где раньше проводили судебные поединки, и сам Крис на поле с мечом в руке, но, скорее всего, это был просто бред, вызванный болью от раны. В общем, его первый магический опыт был настолько разочаровывающим, что с тех пор он вообще зарекся думать о магии, и любые попытки семьи подтолкнуть его в этом направлении вызывали у него только злость.
Дон Альваро вопросительно посмотрел на него:
– Значит, с того дня ты больше не замечал… никаких особенных ощущений?
– Нет! – отрезал Крис. – Я уверен, что это была случайность!
– Я не собираюсь отговаривать тебя от карьеры пилота, – сказал отец. – Если хочешь летать, значит, будешь. Но что если дар интуита опять проснется в тебе, когда ты окажешься в кабине «гидры»?
«Это будет похуже, чем свалиться с неба на джунте», – читалось в его взгляде.
– Этого не случится, – с горячностью возразил Крис. – Ведь за четыре года больше не было ни одного случая!
– И всё-таки такую возможность нельзя исключить.
Только почтительность к отцу помешала Крису высказать все, что он думает об этом глупейшем опасении. Нелепые отговорки! Он сердито махнул рукой.
– Ну и сколько мне ещё ждать, по-твоему? Сколько лет я должен просидеть на берегу в ожидании, когда магия флайра вновь изволит меня осенить?
– Один год, – вдруг ответил отец. Крис, никак не ожидавший такой конкретики, почувствовал себя как лошадь, споткнувшаяся на полном ходу.
– Что? – растерянно спросил он.
Один год? Правда? Он немного воспрянул духом. То есть через год ему можно будет спокойно подавать документы в летную школу, с полного одобрения дона Альваро? Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Триста шестьдесят пять дней отсрочки – это, конечно, тоска, но уже гораздо лучше, чем неопределенное «когда-нибудь». Один год он как-нибудь выдержит.
– Да, – подтвердил отец. – Только с одним условием: этот год ты проведешь в колледже Всех Ветров.
Тут Крис окончательно перестал что-либо понимать.
– Ты имеешь в виду Кастильо дель Вьенто? – ошарашенно спросил он. – Но зачем?
Сдался ему этот колледж! В Эль Вьенто готовили ветрографов, специалистов по климату и прогнозистов. Но Крис вовсе не собирался становиться метеорологом, и тем более не собирался углубляться в изучение местных ветров, чтобы потом похоронить себя на одной из аэрологических станций. Он хотел летать!
– Затем, – веско сказал Альваро, – что Эль Вьенто – единственный колледж на архипелаге, где занимаются исследованиями поля флайра.
 
– Опять магия! – простонал Крис. – Мы же договорились!
– Увы, сын, не ты здесь решаешь. Не ты выбираешь магию. Она выбирает тебя. За этот год ты либо сумеешь справиться со своим даром, либо окончательно убедишься, что полностью к нему неспособен.
Крис скептически хмыкнул:
– Второй вариант, я уверен.
Хотя вожделенный курс обучения в летной школе отодвинулся ещё на год, Крис всё-таки приободрился. Ладно, как-нибудь он отстрадает один курс в колледже. Зато потом! А гидроплан он все-таки переделает под себя. За это время точно можно будет найти конструктора. С поездками на Континент, правда, теперь придется повременить, но Керро – более оживленный остров, в отличие от Сильбандо. Туда приезжает много гостей. Найдется же среди них хоть один-единственный человек, понимающий в самолетах! Мозг Криса работал с лихорадочной быстротой, обрабатывая варианты и прикидывая, как лучше обернуть ситуацию себе на пользу. От этих приятных размышлений его отвлек отец, слегка потрепав за плечо:
– У меня к тебе ещё одна просьба. Ты помнишь сеньора Мойзеса?
– Конечно, – ответил Крис, хотя был не очень уверен. – Это же один из магистров в колледже Всех Ветров? Такой седой старичок, который вечно путал нас с Джинни и везде таскал с собой книгу?
– Да, он. В мое время он был ректором колледжа, но недавно подал в отставку. Теперь кафедрой ветроведения в Эль Вьенто заведует магистр Варгас. Он занимается проблемой пульсирующих гроз на Фуэрте и ещё одной темой, связанной с восстановлением генераторов. Думаю, тебе не нужно объяснять, насколько эта тема важна для нас.
Крис, разумеется, слышал о генераторах. Пять чудом сохранившихся артефактов, ещё одно наследие магии ардиеро. Умелый чародей с их помощью мог, например, усилить волшебное поле флайра в какой-нибудь точке или создать иллюзию. В давние времена, когда к берегам Архипелага ещё наведывались пираты, генераторы служили для защиты пограничных островов. Потом про них надолго забыли, но двадцать лет назад, когда вновь возникла угроза вторжения, их подлатали и использовали для защиты от авиации Северного Альянса. Главная сложность заключалась в том, что генератор не мог работать сам по себе. Ему требовался оператор. А поскольку все жрецы ардиеро к тому времени давно вымерли, то нехватка магических кадров ощущалась особенно остро.
И всё-таки на Архипелаге нашлись четверо смелых людей, достаточно сведущих в магии и готовых взять на себя роль операторов, пусть даже с риском для жизни. К сожалению, из-за их неопытности и мощности отраженной атаки все пять генераторов после Белой ночи оказались разрушены.
В первые годы после войны этих людей чествовали как героев, но затем переменчивое общественное мнение превратило их в авантюристов, из-за которых Архипелаг лишился своей самой надежной защиты. Крис хорошо знал каждого из них. Дезире Бланко, подруга его матери, жила теперь в уединении на острове Палмера. Мартин Дельгадо, ученый-орнитолог, укрылся в академической тиши колледжа Всех Ветров. Эстер Солано вышла замуж и вообще улетела с Архипелага. Четвертым был дон Франциско де Мельгар, родной дед Криса. Тот не прятался от критики, в отличие от остальных. Однако Криса не покидала уверенность, что дед умер не только от ран, полученных при обороне Сильбандо – нет, его подкосил остракизм бывших соратников. В последние годы на островах набирала силу партия изоляционистов, считавших, что Архипелаг должен надежно отгородиться от Континента и прекратить всякое сообщение с ним. Дону Альваро приходилось тратить много усилий, чтобы сдерживать их устремления. Если бы удалось восстановить мощь генераторов, хотя бы частично, то это могло пригасить панический страх перед воздушными силами Континента, а изоляционисты лишились бы доброй половины своих аргументов. Так что да, генераторы были очень важны.
С этого момента, осознав серьезность ситуации, Крис стал внимательнее прислушиваться к словам отца.