Изгой Проклятого Клана (СИ)

Спортом она явно не брезговала, да и природа девушку не обделила.
И моё новое тело остро отреагировало на эту красавицу всеми возможными реакциями. Включая самую главную.
Я замотал головой.
Нужно сосредоточиться. Не время слюни пускать, нужно узнать, жива ли она вообще.
Я присел рядом и приложил пальцы к её шее, чтобы нащупать пульс.
Но как только я коснулся её, она резко вдохнула и распахнула огромные глаза. Зелёные, словно изумруды.
— Ты как? — мягко спросил я.
Она встрепенулась и закрылась руками.
Посмотрела на меня с непониманием, которое тут же обернулось… гневом.
— Не смей прикасаться ко мне, животное!
  
Глава 2
 
— Как грубо, — усмехнулся я.
— Уйди прочь! — она поморщилась и поспешила подняться. Но зашаталась в самый последний момент и завалилась на бок… упала. — Какого чёрта ты стоишь, как дерево, когда я падаю⁈ Я — дочь Григория Ярового! Мне стоит только сказать и тебя вздёрнут! — она сжала кулаки.
Я наклонил голову набок.
— Крайне неразумно угрожать единственному человеку на многие километры пустоши, — я кивнул на лежащее рядом тело её спутника. — Звери, которые его растерзали, всё ещё бегают неподалёку.
Девушка осмотрела его. Брезгливо повела носом и всё-таки поднялась. Затем пошла по тропинке, не оборачиваясь. Одна.
Ну, что же, пусть идёт.
Я пропустил её, а сам двинулся следом на расстоянии. Не отставал слишком далеко, но и не приближался. Пусть идёт одна. Посмотрим, насколько её хватит.
А пока я выуживал из памяти Руслана обрывки информации, концентрируясь на вопросе: «как здесь всё устроено?»
Не сразу, но одно за другим стали всплывать воспоминания. Из них я строил цельную картину.
Каждым государством этого мира управляли кланы. Каждый клан состоял из родов, среди которых есть главный род, в честь которого и называется клан.
Так, если девка — Яровая, значит она из главного рода клана — Яровых. А я и Соколовы относились к другим родам клана.
У неё был довольно высокий статус. Только не получалось вспомнить, кто такой Григорий — её отец, и какое место он занимал в клане.
Глава?
Наследник?
Брат?
Впрочем, не важно. Всё равно с этой девкой связываться было себе дороже. Я только собирался проследить, чтобы она целой добралась до крепости. Это потом сыграет мне на руку. Особенно если она дочь главы клана.
Но при этом общаться с ней я не собирался. Такие дамочки привыкли, что мужчины прыгают вокруг них из-за смазливой мордашки и высокого положения их папаши.
Она была симпатичной, да. Но за свою долгую жизнь я тесно общался с женщинами куда роскошнее. Частенько, сразу с несколькими. Так что я остудил пыл подросткового тела и неспешно пошёл по тропинке.
А вот девка остановилась. На вершине холма, через который лежал наш путь.
— Эй, ты! — она дождалась, пока я подойду, и указала пальцем вперёд. — Там какие-то слизни! Убей их!
Ничего не отвечая, я посмотрел вперёд.
Стихийные улитки. Размером с пастушью собаку, эти слизни медленно ползали вдоль тропы, ломая и растворяя внутри себя флажки. Их панцири были почти прозрачными. Совсем молодые.
Жрали всё, до чего дотягивались. Ещё бы, пищи в этих пустошах мало, а природную ману они пока втягивать не в состоянии.
Но угрозы от них не было совершенно никакой. Они если и питались мясом, то только когда оно не двигалось.
— Они безобидны, — сказал я и начал спуск с холма.
— Откуда тебе знать⁈ — она крикнула вслед. — Кто ты вообще такой⁈ Где твоя команда⁈ Стоять! Как ты смеешь игнорировать меня⁈ Когда мы доберёмся до крепости, я расскажу Тиграну, что ты лапал меня, пока я была без сознания!!!
Я остановился. Повернулся к ней.
И пристально, чтобы увидеть самую суть, всмотрелся в её зелёные глаза.
Она замерла. Заморгала.
— Не смей так пялиться на меня!
— … — я смотрел…
— Не смей, я сказала!
— … — и смотрел…
— Чего тебе надо⁈
— … — пока её нервы не выдержали.
Она поджала губы и отвернулась. От моего немигающего взгляда ей было совершенно не по себе.
  
В обычное время она наверняка маскировала свой вздорный нрав за воспитанием. Но сейчас, в момент опасности и неудобств, всё её нутро вывернуло наружу.
В ней не было сочувствия к погибшему соратнику по команде.
Не было уважения к человеку, который оказал ей помощь, да и вообще — спас.
Ребёнок в теле почти взрослой женщины. Хотя, ей наверняка уже было восемнадцать.
— Назови своё имя, — бесстрастным тоном велел я.
— Кто ты такой, — она вспыхнула и повернулась, но как только мы встретились взглядами, весь её запал испарился, — чтобы указывать мне… — последнее было сказано по инерции.
— Имя. Назови, — с нажимом повторил я.
— Елизавета, — произнесла она и отвела глаза.
— Я прикоснулся к тебе один раз. Чтобы узнать, жива ты или нет. Если клановые дознаватели будут меня допрашивать, то я расскажу им всю правду. В том числе то, что ты меня оклеветала.
Она сжала в руках ткань своей одежды.
— Да плевать все они хотели на клевету или правду, — её губы задрожали. — Им важна только родословная и Дар. У кого чище кровь и сильнее магия — тот и прав. А остальные — просто мусор, — в её словах больше не было ни капли капризности. Только печаль.
Я задел что-то важное для неё. Но времени на жевание соплей и проработку её личностных травм у нас не было. Не здесь — посреди дикой пустоши, полной опасного зверья.
— Иди за мной. Чем раньше мы дойдём, тем быстрее ты окажешься в безопасности.
— А кто ты? — внезапно спросила она вполне нормальным голосом. Когда она не истерила, он звучал весьма приятно.
— Руслан Северский.
Тут она застыла. Её глаза в моменте расширились, став круглыми как блюдца.
Моё имя привело её в состояние, близкое к ужасу!
Лиза отшагнула назад и сказала на грани слышимости: — Я не пойду, — она замотала головой. — Я никуда с тобой не пойду!
Но у судьбы были другие планы.
Холм вздрогнул под ногами. И стал подниматься.
Послышалось шипение. Почва разошлась, открывая провал между нами. Откуда ударила струя горячего пара.
Лиза пошатнулась. Вскрикнула. И потеряла равновесие.
Какой уже раз, растяпа?
Ещё чуть-чуть и рухнет вперёд, прямо в пар, где сварится заживо!
Времени на раздумья не было.
Моё тело было ещё не до конца готово для нового притока звериной силы. Особенно с ещё неусвоенной формы. Потому я выпустил самый минимум.
Сам бегом устремился к Лизе, на бегу срывая с себя походную куртку. Прикрыл ею голову и руки. А потом с разбега перепрыгнул через провал, из которого била паровая струя.
Обжигающая боль коснулась меня в нескольких местах. Я сжал челюсти. И концентрировался только на одной мысли: я жив, а значит всё хорошо! Я жив, а значит победа за мной!
Я вылетел из паровой струи, на лету оттягивая Лизу от провала. Она упала на спину, замерев со страхом.
А земля продолжала ходить ходуном.
Рывком я поднял Лизу. От страха и непонимания она ойкнула, но вцепилась в меня. После чего я подхватил её на руки и бегом бросился с холма.
Который, ко всем демонам, был никаким не холмом!
Это был огромный магмовый краб, закопавшийся в землю. Магический зверь, сочетающий в себе стихии огня, земли и чуть-чуть воды. Каменные клешни пронизывались прожилками из магмы, а панцирь напоминал многотонную плиту. Глаза краба светились оранжевым.
Эти крабы способны сидеть в засаде годами, пока рядом с ними не появится добыча. И она пришла.
Краб даже не посмотрел на нас. Его интересовали только мирно пасущиеся впереди стихийные улитки. Они приблизились к нему достаточно, чтобы он пошёл в атаку. Мы его только разбудили.
Гигантскими клешнями он подкопал землю и закинул сразу двух улиток себе в пасть. Его мандибулы с лёгкостью перемалывали улиток в ломтики желе.
Сильный ест слабого.