Правила качка (ЛП)

В ближайшее время со мной никто не будет шутить.
— Детка, ты видела вещи, которые моя мама оставила на кухне? — Мои родители недавно были здесь в гостях; как только они узнали, что у меня есть девушка, они без колебаний вылетели встретиться с ней из любого города, где бы они ни находились.
— Нет, не видела, и что на этот раз?
Моя мама сразу же привязалась к Тэдди, и за два месяца с тех пор, как мы официально начали встречаться, она уже начала мысленно планировать свадьбу. Я не знаю, как отношусь к вмешательству моей мамы, учитывая, что у нас с Тэдди еще даже не было секса, но я ничего не могу сделать.
Я смирился.
— Кажется, она прислала мне кое-какую одежду, свитера и прочее. Она сказала оставить себе то, что хочу, и отослать обратно то, что нет.
— Что? Почему она так поступила?
— Потому что именно этим занимается Лилиан Кармайкл. — Я беру с прилавка стопку сложенной одежды, совершенно новой, с бирками, и поднимаю ее. — Вот видишь! Это все для меня. Половина из них слишком мала.
Моя мама до сих пор не понимает, что я ростом шесть футов четыре дюйма и ношу большой размер, с тех пор, как был первокурсником в средней школе.
— Она ничего не может с собой поделать, детка. Мне очень жаль.
— Не извиняйся, это так заботливо. Мне придется послать ей сообщение с благодарностью.
У них троих, Тэдди, мамы и Рони, есть этот странный групповой чат, где они посылают мемы и шутки туда и обратно почти каждый день — большинство из них на мой счет. Ха-ха.
И пусть. Я просто рад, что она нравится моей семье.
Сначала я не был уверен, как пройдет знакомство моих родителей с ней — Тэдди не из богатых семей, и у нее нет родословной. Но, как оказалось, мои родители просто заботливые, а не полные придурки. Они хотят, чтобы я был счастлив, и я не буду лгать и говорить, что это не имело бы значения, если бы им не понравилась Тэдди.
Потому что так оно и было бы.
В конце семестра Тэдди планирует переехать в мой дом из своей квартиры с Марайей.
Это имеет смысл, так как:
1. Она все равно всегда у меня дома.
2. Марайя не смогла улучшить свои оценки и, вероятно, будет переведена в общественный колледж.
3. Эти двое не могли бы отдалиться друг от друга больше, чем есть сейчас, и это сильно напрягает их дружбу, так что Тэдди все равно бы съехала.
4. Она все равно всегда у меня дома.
Мои родители полностью поддерживают ее переезд, и мама Тэдди тоже была потрясающей, радуясь, что ее дочь будет бороться с этим миром намного меньше.
— А ты знаешь, что мне прислала твоя сестра?
Дерьмо. Моя сестра становится хуже, чем моя мать, посылая нелепые подарки, записки и глупое дерьмо, которое Тэдди никогда не будет использовать. Например, неуместные футболки с цитатами на них, и золотые браслеты с ненормативной лексикой.
— А я хочу это знать?
— На самом деле, я думаю, что да. — Она медленно приподнимает подол розовой рубашки с надписью «Распространяй доброту, как конфетти». Оттуда выглядывает кусочек красного кружева, который покрывает весь ее живот.
— Э-э... что это такое?
— Это тэдди. — Она смеется. — Уловил?
Да, я уловил.
— Моя сестра прислала тебе белье? Что, черт возьми, с ней не так?
— Это тэдди, Кип. Тэдди? — Она пристально смотрит на меня, ожидая, что я пойму, но я медлю. — Уверена, тебя не так уж сильно ударили по голове.
Она тянется к ширинке своих джинсов, медленно расстегивает их, затем спускает джинсовую ткань вниз по своим стройным бедрам. Поворачивается и направляется к лестнице, красные кружевные стринги аккуратно примостились между двумя очень сексуальными ягодицами.
Тэдди.
— Оххх…
Она подмигивает мне через плечо, покачивая бедрами, ладонь скользит вверх по блестящим перилам. Длинные волосы рассыпаются по ее плечам при каждом движении.
Добравшись до верха, она поворачивается, поднимает футболку и стягивает ее до конца.
— Срань господня.
Я не теряю времени, перепрыгивая через две ступеньки, а моя девушка визжит и бежит в спальню.
 
Когда я добираюсь туда, она уже на кровати, стоя на коленях, мы оба задыхаемся и смеемся.
— Ты такой медлительный, — шутит она. — И я не имею в виду, сколько времени тебе понадобилось, чтобы добраться сюда.
— Моя сестра — извращенка, раз посылает тебе нижнее белье.
Она проводит пальцем по одной из атласных лямок, дразня меня.
— По-моему, это очень умно.
— И все же она не должна была посылать моей девушке такие откровенные вещи. — Я звучу как недовольный малыш.
— Неужели, Кип? Ты решил теперь превратиться в ханжу?
— Моя семья так глубоко забралась к нам в отношения, что я даже не представляю.
— Перестань дуться и подойди поцеловать меня.
Забравшись на кровать, я тоже встаю на колени, руки скользят по ее обнаженным рукам к плечам. Я зацепляюсь большими пальцами за лямку нижнего белья, стягивая его вниз.
Ласкаю ее груди, подушечками пальцев нежно скользя по ее твердым соскам.
— Кажется, я готова, — стонет она, запрокидывая голову.
Я целую нежную кожу там, осторожно, чтобы не исцарапать ее щетиной своей бороды.
— Готова к чему, детка?
— Заниматься сексом. — Тэдди закатывает глаза.
Мы ждали два месяца. Я ждал, когда она скажет, что готова, не торопя и не давя на нее, но все равно желая трахнуть ее.
— Моим презервативам уже почти сто лет.
— Тогда хорошо, что я принимаю таблетки.
И что теперь говорить?
— Когда ты это сделала?
— В прошлом месяце. Я ходила в службу здравоохранения, чтобы быть в безопасности… на всякий случай.
— Ты имеешь в виду, что я могу заняться с тобой любовью без резинки?
— Гм... да?
Как мило!
Я почти никогда не был так возбужден за всю свою гребаную жизнь.
— Я ждал этого момента.
Тэдди смеется — пронзительный нервный смешок.
— Может, ты прекратишь?
— Нет, не могу, слишком возбужден.
— Ты должен быть спокойным и серьезным.
— Почему? Я хочу быть громким и ударять изголовьем кровати в стену. — Я немного подпрыгиваю на кровати, чтобы проиллюстрировать свою точку зрения, при этом заставляя сиськи Тэдди подпрыгивать.
Двойной выигрыш.
— Ты не станешь бить изголовьем кровати. — Нахальная девчонка пихает меня в руку, а потом плюхается на спину и закидывает руки за голову. — Но ты можешь раздеть меня догола, если хочешь.
Я хочу.
И я это делаю.
Мой член такой жесткий и твердый, что это больно и становится невыносимо.
Я буду заниматься сексом со своей девушкой.
Я буду заниматься сексом, твою мать!
Я пытаюсь сдержать свой энтузиазм, но это трудно.
Очень сложно.
Я ухмыляюсь своему собственному каламбуру, хотя и не произнес его вслух, и как будто Тэдди может читать мои мысли, она закатывает глаза, когда я снимаю рубашку, брюки и…
— Ты можешь снять носки?
И носки тоже.
Если бы я не был так чертовски возбужден, я бы тоже нервничал — получать минет и дрочить нормально, но ничто не сравнится с настоящим делом. Не тогда, когда все пять футов пять дюймов красивых, забавных и умных спит в постели рядом с тобой каждую ночь, напоминая о себе.
До такой степени, что каждый из тихих вздохов и вдохов Тэдди заставляет меня напрягаться. Как и каждый кокетливый смех, и прикосновение к моему телу.
Я наклоняюсь, целуя кончик ее груди сквозь прозрачную красную ткань нижнего белья — ее тэдди, — смачивая его через кружево.
Целую вдоль ее ключицы, колонны шеи.
Мы целуемся — языки влажные, рты жадные, — пока мои руки блуждают по ее телу, нащупывая застежки на промежности ее боди.
Ласкаю ее киску большим пальцем, пока ее таз не начинает раскачиваться, и она извивается.
 
Пока она не умоляет меня:
— Сними его.
Затем я оказываюсь над ней, дразня ее клитор головкой своего члена, направляя его вдоль ее щели, поглаживая вверх и вниз, наблюдая, как расширяются ее зрачки и раздуваются ноздри. Это совсем не то, что раньше, — это момент, когда мы оба знаем, что будем заниматься сексом.