Точка невозврата (СИ)
— Мне кажется, Вы себе позволяете лишнее, мои отношения с мужем не касаются абсолютно никого! Спасибо большое за приглашение, но вынуждена вам отказать — извините. Что касается материальной претензии по ДТП, если такова имеется, обращайтесь в соответствующую инстанцию, в рамках правового поля! А теперь позвольте, мне пора!
Не давая возможности что-то возразить, резко обвожу его высокую фигуру и быстро поднимаюсь по лестнице к своему классу. Только захлопнув за собой дверь — выдыхаю. Сердце колотилось так, словно я пробежала многочасовой марафон и готово было вот-вот выпрыгнуть из груди, а слух остро напрягся, ожидая его шагов за дверью. Откуда спрашивается во мне взялось столько смелости, чтобы высказать это всё?
В следующий раз, мне нужно быть более сдержанной и менее болтливой. Что-то мне подсказывало, что следующий раз обязательно будет и Астахов далеко не простой человек, следовательно нужно контролировать, что я говорю и в каком тоне, во избежание последствий. Задевать мужское самолюбие и разбираться с дальнейшими последствиями абсолютно не входило в мои планы.
А вот посеять зёрнышко сомнения в моей голове ему всё таки удалось. Тем вечером Серёжа действительно ни разу не звонил мне, конечно, всё можно было логически объяснить: он находился в другом городе и не подозревал о событиях, развернувшихся тем вечером… Но не за что не поверю, что «сердобольная» и «обеспокоенная» моим отсутствием дома — Ольга Васильевна, к полуночи не дозвонившись до меня, не связалась с сыном, чтобы сдать меня с потрохами.
Только сейчас какие-то очевидные вещи начинают проясняться в моей голове: отсутствие звонка мужа, а также осведомленность об этом Астахова. Телефон мне передал один из сотрудников ГИБДД, возможно ли, что у Олега был доступ к моей сумке и телефону?
Вспомнив о телефоне, о котором я благополучно забыла со всеми этими разбирательствами, в какой-то нервозности бросаюсь к своему столу. На дисплее было всего лишь одно короткое сообщение от Серёжи: «Занят, увидимся завтра. Прилёт в 17.45».
Шестерёнки в моей голове заработали и до меня отчётливо доходит мысль, что Ольга Васильевна в очередной раз не упустила возможности меня унизить, не соизволив даже поделиться информацией о том, что Серёжа ещё на сутки задерживается в столице… Оттуда и её колючий, оценивающий взгляд и ухмылки утром…
На автомате, ведомая неоткуда взявшейся мыслью, открываю журнал звонков и листаю вызовы, остановившись на контакте «Любимый», нахожу вызовы за пятницу и понимаю, что с моего телефона был совершен исходящий звонок тем вечером, после аварии. Следовательно, кто-то ему звонил после случившегося… Но кто?!
***Вернувшись домой и столкнувшись с надменной ухмылкой свекрови, я убеждаюсь в своих предположениях… Она действительно знала, о переносе даты вылета и не сказала ни слова, даже видя, как я готовилась к долгожданной встрече…
Глава 8
Следующий день встретил меня неожиданным сюрпризом, в виде большого букета пионовыдных роз на рабочем столе. Девочки из 10 «Б» класса, у которых был мой первый урок, толпились восторженно около моего стола, губы невольно тронула счастливая улыбка. Зря себя накручивала все эти дни. Какая приятная неожиданность! А запах?! М-м-м…
— Светлана Николаевна, а у вас сегодня день рождения? — почти хором спросили девочки.
В этот момент прозвенел звонок, спасая меня от дальнейших расспросов. Да Серёжа, умеешь ты приятно удивить, улыбнулась предвкушая предстоящую встречу. В груди разливались тепло и трепет, захотелось в ту же секунду достать телефон и написать слова благодарности мужу, за такой чудесный сюрприз.
— Можно и так сказать, — уклончиво отвечаю. — А теперь девочки займите свои места — звонок…
Класс рассаживается, начинается урок и лишь к его окончанию, заняв своё рабочее место, я замечаю торчащий белый уголок из букета, потянув за который появляется небольшой конвертик. Подрагивающими пальцами распечатываю и достаю карточку:
«Приношу извинения за вчерашний вечер, надеюсь этот скромный букет скрасит твой день. Олег».
Внутри что-то обрывается… Нет, жест Астахова с извинениями, хоть и чрезмерно вычурный я конечно оценила, но разочарование от того, что практически незнакомый человек заморачивается и присылает мне цветы на работу, в отличие от любимого мужа, которого я не видела уже больше четырёх недель — сильно расстраивает.
Настроение катастрофически испорчено, пытаюсь отвлечься работой. К концу рабочего дня, после посадки звонит Серёжа.
— Как прошёл перелёт? Давай сегодня выберемся куда-нибудь, отметим твоё возвращение домой…
— Перелёт? Да отвратительно прошёл, через два ряда от нас сидели с маленьким ребёнком, который весь полёт голосил непрерывно, я выжатый как лимон, сразу домой поеду…
— Хорошо, тогда приготовлю твой любимый заливной пирог, посидим дома, да и Тёмка обрадуется, — нахожусь я, отгоняя дурные мысли…
В конце концов он работал четыре недели на износ, чтобы сдать проект в срок, плюс тяжёлый перелёт — ну устал человек, что в этом такого? Зато теперь дома, всё обязательно наладится, успокаиваю я себя, собираясь домой.
Букет естественно я решаю оставить в кабинете, вся эта ситуация с Астаховым кажется решилась сама собой, а выслушивать очередные упрёки со стороны свекрови и волновать мужа по поводу букета от незнакомца мне не хотелось.
Дома меня с порога встречают приятные запахи, чтож, я так понимаю с заливным пирогом придётся отложить затею, Ольга Васильевна хозяйничала на кухне, откуда доносились голоса. Первым меня выбегает встречать Тёма, который хвастается подарком отца.
— Ма смотри какую машину мне папа привёз! Она на пульте управления, ещё и со световыми эффектами! — тараторит сын, за спиной которого появляется Серёжа.
Молча подходит и приобняв за плечи, целует в висок: — Замёрзла?
— Немного, ты же знаешь, я всегда мёрзну…
— Пошли ужинать, мама там наготовила на неделю вперёд, мы только тебя ждали…
Семейный ужин проходит относительно спокойно, за исключением нескончаемых колкостей со стороны Ольги Васильевны, которая в назидание внуку не упускает возможности отчитать меня за переход через дорогу в неположенном месте. Стараюсь не реагировать, в конце концов наша семья в сборе и нет абсолютно никакого желания портить вечер какими-то препирательствами и ссорами.
Пока Серёжа укладывает сына, я закончив уборку на кухне, направляюсь в ванную и привожу себя в порядок. Застаю Серёжу в нашей комнате, на краю разложенного ко сну дивана с ноутбуком.
— Тёмка уже спит, — отзывается муж не поднимая головы, увлеченно что-то изучая за монитором.
Я не спеша стягиваю с себя халат, под которым кроме кружевных трусиков ничего нет, и опустившись на диван подползаю к нему, обнимая со спины. Через тонкую ткань его футболки, чувствую тепло и аромат родного тела.
Серёжа застывает и в ту же секунду перехватывает мою руку, которая сползла вниз, цепляя края его домашних штанов.
— Свет ты чего? Через стенку мать спит, — говорит обернувшись в пол головы.
— Когда тебя это останавливало? — продолжаю теснее прижиматься к нему, целуя открытую шею. — Я соскучилась…
Он устало вздыхает и отодвигается, отпуская мои руки, чтобы повернуться ко мне всем корпусом. — Давай в другой раз, устал зверски за последние несколько дней… — произносит как-то небрежно, словно оправдываясь и не взглянув больше на меня выходит из комнаты.
Что это было и как такое поведение понимать? Горло сдавливает подступающий ком… Несколько минут сижу не шевелясь, всё ещё не веря в происходящее…
Да, сегодня я сама себя уговаривала и логически раскладывала всё по полочкам: устал человек, заработался, вполне возможно ему и не до близости, такое конечно бывает… Пытаюсь вспомнить момент нашей последней близости и с горечью осознаю, что было это счастливое событие ещё летом…
Что же с нами происходит?