Кодекс Охотника (СИ)

Исты были военизированными подразделениями, прямо неподчиняющимися военной администрации Армии Эпицентра. Мобильные группы, состоящие из минимум трех сильных одаренных, действовали на свой страх и риск, подписав полный отказ от ответственности.
Сама идея Истребителей возникла давно. Дело в том, что эшелонированная оборона Армии Эпицентра в большинстве своём состояла из простых людей или людей с малым даром, и держала рубежи обороны на окраине Эпицентра, сдерживая напор тварей в жилые области Империи.
Возникающие в их зоне ответственности разломы накрывались массированным огнем артиллерии, а маги-портальщики при поддержке пехоты просто закрывали эти разломы, возвращая «нейтральной территории» эту самую нейтральность.
Но разломы открывались и более глубокие. А их основной опасностью было то, что при долгом существовании они напитались силой, и поток тварей с каждым месяцем все больше увеличивался.
Учитывая, что авиация в зоне Эпицентра почти не использовалась, ведь там были и летающие твари, некоторые из которых могли легко перекусить летательный аппарат пополам, то единственным решением было — дойти до разлома ножками и закрыть его «вручную».
Этим и занимались Истребители. Ну, кроме разведки той самой «нейтральной зоны» и непосредственной корректировки огня артиллерии. Этим занимались, как правило, новички. Учитывая условную «безопасность» этого занятия, допускались даже одиночки. Своего рода, тест на «профпригодность».
А еще у Истов был Устав. Он несколько отличался от Кодекса, но что-то общее у них было. Основным отличием была жёсткая ответственность командира группы. На него возлагалась полная ответственность за сохранение жизней его подчиненных.
У нас в Кодексе было не так. Начнем с того, что Охотники, как правило, были одиночками. Каждый из нас обладал силами, которые местным «недомагам» и не снились. Так вот, если Охотники вдруг на время объединялись, то каждый нёс ответственность за свою жизнь. Это, конечно, не означало, что мы не поддерживали друг друга — скорее наоборот, но в случае гибели товарища... Ну, что сказать... «Счастливой Охоты в новой жизни!»
Здесь же гибель каждого члена группы означала жирный минус в личном деле командира. Это приводило к отстранению от командования, и в некоторых случаях, к «волчьему билету» — изгнанию с передовой и невозможностью вернуться назад.
Скорее всего, это было связано с ценностью одарённых жоп и истериками и претензиями их Родов. А учитывая то, что полноценным членом аристократического общества невозможно было стать без прохождения службы в Эпицентре, то периодически попадались отпрыски высоких Родов, чьи жизни были чрезвычайно ценны как для рода, так и для Империи.
Другое дело, что им необязательно было вступать в Исты, они вполне могли «отбарабанить» срок в линейной пехоте, получив под командование роту или батальон. Даже если у тебя за жизнь здесь сдана только норма, тоже ничего страшного, вот только репутация — дело хрупкое. А еще престиж. Если у тебя нет древнего Рода за спиной и ты не можешь похвастаться длинной родословной, то вполне можно сделать больше сотни выходов и получить заслуженное уважение.
Все это, и многое другое, я узнал от Андрея. Он был приятным собеседником, а еще слегка стеснительным первое время. Но стоило ему немного освоиться, как он стал приобретать уверенность в себе.
— Смотри, какие девушки, — указал ему взглядом на двух дам, скучающих в вагоне-ресторане.
Ресторан стал нашим местом постоянного обитания за последние дни. Сегодня был последний день нашей поездки, и в скором времени, мы должны прибыть на место.
— Ну... так себе... — не оценил их красоты Андрей, слегка краснея.
— Может нам стоит познакомиться с ними?
— Я пас, — сразу съехал он. — У меня есть невеста.
— И? У нас в Империи что, запретили уже многоженство? — сделал удивленное лицо. — Давай немного развлечемся, а если ты боишься подходить к ним, то дай мне пару минут, и я все решу.
— Мой ответ прежний, — не сдавался парень. — Они и вправду не в моем вкусе, и честно говоря, я просто не хочу. У меня есть невеста, и я не собираюсь портить свою репутацию. А вдруг я сделаю ей ребенка, что будет потом? Жить с знанием, что ты испортил жизнь своему отпрыску, сделав его бастардом? Или смотреть всю жизнь в глаза жены и видеть там осуждение?
 
— М-м-м-м... ясно... — понял я, к чему он клонит. — А у твоего отца сколько жен?
— Одна... моя мать.
Тайна раскрыта. Он просто берет пример с отца. Я вот точно не собираюсь останавливаться на одной жене. И дело не только в том, что я такой по жизни, хотя и это тоже. Души, которые я поглощаю, сильно влияют на меня и дают переизбыток энергии, которая очень влияет на либидо. Боюсь, одна жена может помереть, бедняжка, со мной.
Наш диалог прервала охрана, промчавшись мимо нас.
— Там что-то случилось, — заметил мой друг.
Поскольку друзей в этом мире у меня еще нет, то почему бы ему им не стать? А что, парень он нормальный. Я гниль ощущаю за несколько километров, и меня не провести.
— Пойдем и проверим, а то мы здесь засиделись, — встал и, хорошенько потянувшись, пошел за ними.
Андрей вздохнул и с неохотой тоже поднялся. Он не хотел никуда идти, но и одному оставаться ему было скучно.
Кто бы мог подумать... Охрана направилась в купе, которое принадлежало виконту. И здесь было шумно. Я слышал, как он орет, а охрана разговаривает с ним на повышенных тонах.
— Да вы знаете, кто мой отец? Вы хотите, чтобы я сделал один звонок и вас выпороли? Уберите эту суку отсюда, и чтобы я вас тоже больше не видел.
Я многозначительно хмыкнул. Андросов меня просветил на тему, почему тут такая смелая охрана и прислуга. Всеми поездами владеет лично императорская семья Романовых. Здесь сильно не побыкуешь, сразу получишь по самое не балуй, в случае агрессии в их сторону. Да и не берут сюда слабых одаренных в охрану.
— Это ваше право, звонить или нет, но мы должны во всем разобраться, — охраннику было наплевать на него. — Должен уведомить, что мы уже сообщили все подробности полицаям.
Подойдя поближе, я смог увидеть, что там происходило. Охрана выносил труп, но не одного из его дружков, а молодой девушки.
— Я еще раз повторяю! — начал закипать виконт, у которого был сломан нос и разбито лицо. — Она моя служанка, и я сделал все, что хотел. Дома заплачу штраф, и на этом все. А теперь уйдите!
Молодая девушка, лет двадцати пяти, лежала мертвой, и на ее теле были следы многочисленных побоев. Она не выдержала такого и умерла.
Гнида ты, виконт, однако...
Андросов выглядел мрачным, но достойно держался. Ему такое видеть не впервой, наверное, трупов уже насмотрелся. Он ведь лекарь, и ему по профессии такое прописано.
— Пошли отсюда... — не собирался я здесь больше оставаться.
Все, что мне нужно, я увидел. По дороге обратно мы молчали, и в ресторан уже не вернулись. Каждый пошел к себе в каюту, ведь нам надо было сложить вещи. У меня давно все было собрано, но тоже нужно было побыть самому.
Зайдя в свой номер, я присел на кровать и зажмурился. Не любил я таких типов. Я его отмудохал, а он пошел вымещать злость на слабой девушке.
Интересно, а много раз он уже подобным занимался? Помню, как в прошлой жизни я таких просто убивал, и мне слова не могли сказать. А здесь? Мне хочется его убить прямо сейчас, вот такая моя прихоть. Я не изнеженный мальчик, который боится крови. Я воин, который купался в ней, а смерть была спутником моей жизни.
Пойти и вызвать его на дуэль, то, конечно, смогу убить, но что будет дальше? Его Род доставит мне множество проблем, и я даже не знаю, точно каких. Я хорошо понимаю, в каком положении оказался сейчас.
Немного посидев, и убеждая себя, что это не мое дело, я выдохнул. Не получилось... Не хочу я оставлять все просто так. А со своими желаниями мне сложно бороться.
А значит, надо действовать.
Дотронулся рукой до груди и позвал свой спящий Дар.