Кодекс Охотника (СИ)

Брал я все отличного качества, и стоило оно мне немало. Такими темпами, мое финансовое положение скоро станет совсем паршивым. И я снова обратился за помощью к Шнырьке.
— Ты знаешь, что мне принести! — сказал я ему, зайдя в глухой угол, где не было камер.
Он знал, и моя умничка, уже спустя пять минут, принес мне три кошелька. Все мужские, и один из них был с неизвестным мне гербом. Окутал свои руки аурой, чем избежал возможность оставить свои отпечатки, я залез в них. В первом было две тысячи, во втором полторы, и самым «хреновым» оказался тот, что с гербом. Всего двести рублей. Итого, три семьсот... Но здесь вроде - это хорошая зарплата высокопоставленных чиновников. А для высокородного аристократа траты в десятки тысяч в месяц - не предел. Хорошее стоит очень дорого.
Даже сейчас этот ноутбук, который я купил, был в несколько раз хуже моего старого. Тот делался под заказ и был... мммм... Мне даже жаль вспоминать о нем. Моя прелесть осталась там... Правда, мне пришлось его сломать. Не достанется он никому, особенно брату-козлу.
Слишком наглеть часто не получится, ведь могу и попасться. Может показаться со стороны, что так я могу и миллион украсть, да только не выйдет. Во-первых, Шнырька слишком слаб, чтобы отходить от меня далеко. А до родовых хранилищ дорога явно не близкая. Кроме этого, он не может переносить слишком большие вещи, и долго так тоже не может работать. И даже если прикинуть, что можно обойтись кошельками, то и тут не все так просто. Я, к примеру, приказал ему принести десяток, а получил только три.
Правда, мысленно я говорил ему брать только те, которые совсем плохо лежат, и их пропажа не будет быстро обнаружена. Зачем мне лишний шум так рано? А если кто-то помнит номера купюр, что маловероятно, то я попаду под проверку вызванных жандармов, или как их тут называют, полицаи.
Раз он мне принес только три, то больше не нашел.
На всякий случай, дал задачу искать дальше. Деньги в моем случае... вода. Мой отец идиот, он не оставил мне даже наручные часы, потому-что их делали под заказ, и на них был родовой герб.
Пришлось самому найти первый попавшийся, не самый дорогой магазин для аристократов, и после тщательных выборов, приобрести часики за две тысячи рублей. Больше половины от моего «улова». Выбрал я не самый пафосный бренд, но крепкую «Швейцарию», которую очень любили военные за свою потрясающую прочность и надёжность. Теперь я на своем месте, и не буду путаться во времени. А еще, я люблю дорогие украшения. Мои «фамильные» часы стоили 50 000, если перевести на рубли. Некоторое хилые Рода не имели даже совокупно столько за месяц. Ну ничего, когда-нибудь я возьму свое...
* * *
Имение Рода Киржухиных, Санкт-Петербург 
Кабинет Начальника Службы Безопасности Рода 
Глава Службы Безопасности был не в духе. Его сюзерен в последнее время вел себя очень безрассудно. В погоне за властью и влиянием он предпринимал некоторые не очень... этичные меры.
Желание слабых Родов возвыситься в своей тупости уступало только их самомнению. А ему приходится «подчищать» все косяки. Только вчера он «разрулил» ситуацию со старшим наследником, который объявил дуэль наследнику князя Болконского, чем подставил под удар не только свою жизнь, но и благополучие своего Рода.
Как этот щенок не может понять, что не в состоянии тягаться с сильным одарённым Сергеем Болконским. Он же его в порошок сотрет. Ох, уж эта хваленая аристократическая гордость!
— Пётр Алексеевич! К вам Карасёв.
— Кто? — нахмурился начальник, пытаясь понять, о ком идёт речь.
— Ну... Карасев! Продавец из «Техники для Аристократов». Говорит, у него есть сведения для Его Благородия!
А! Карасёв! Еще один утопический проект Рода, с помощью которого разводят всяких нищебродов, пополняя скудную казну Рода и повышая его статус.
— Чего тебе? — буркнул главный охранник, когда в кабинет зашел человек, даже внешне напоминавший хорька. Слуга, в каком-то там поколении, который за счёт Рода даже получил минимальное образование.
 
— Господин Хмуров! Я смог развести аристократа! Целого барона из провинции! Он сам подписал себе приговор! Можно поставить на счётчик, а можно...
— Я сам решу, что можно, а что нет, — прервал охранник лебезящие речи слуги. — Включай!
— Да-да! Вот! — «хорёк» включил первое аудио.
Послышался странный шум, как будто текла вода.
— Что это за херня?!
Слуга побледнел.
— Наверное, ошибка! Вот следующее!
Снова журчание воды, которое пару раз прервалось, и потом опять возобновилось.
— Ты издеваешься надо мной, дурак?!! — приподнял своё здоровенное тело секьюрити.
— Я...Я не знаю! Что-то не так... Вот-вот, еще третье есть! На нём этот нищеброд наговорил тако-о-ое!!!
Снова журчание, которое быстро закончилось. А затем послышался звук сливаемого туалетного бачка, и чей-то короткий смешок, а затем молодой голос произнес.
— Как говорил старый Мак, душа находится под мочевым пузырем, поссал и на душе стало легче! Ха-ха...
Начальник охраны побелел, затем побагровел и зловеще произнес, глядя на идиота.
— На колени, холоп! Держите его! — кинул он двум телохранителем.
Незадачливый разводила в ужасе не смог сказать ни слова, когда его, подсечкой уронили на колени и скрутили руки. Он только видел, как уважаемый и ужасный Пётр Алексеевич стал перед ним и твёрдой рукой начал расстегивать ширинку дорогих брюк.
* * *
Громкая сирена прервала мою утреннюю медитацию. И тут же к ней добавилась еще пара, не таких громких. Не люблю я, когда меня прерывают, но на улице творится что-то интересное.
Пружинисто вскочив на ноги, я подошел к окну. Отодвинул тяжелую бархатную портьеру, вызвав недовольное ворчание Шнырька, который перебрался в тень подальше, и вышел на балкон.
Судя по всему, была включена общая сирена в системе оповещения города. А еще, мимо пролетела полицейская машина с сиреной и мигалкой, а за ней два броневика с интересной надписью ДБА.
Я взглянул на небо. Как шутила моя мама, в Питере есть три времени года: «грязь намокла, грязь засохла, грязь замерзла». Сегодня, несмотря на лето, небо закрыли тяжелые свинцовые тучи и, кажется, грязь собиралась переходить из второго состояния в первое.
«Проследи», — отдал я приказ питомцу. Солнце отсутствовало, прям, идеальная погода для маленького разведчика.
Сам же, скрепя сердце, плюнув на душ, быстро оделся и сбежал вниз по широкой мраморной лестнице, минуя лифт.
— Доброго утречка, вашбродие! — низко поклонился нарядный швейцар с обязательными пушистыми усищами, распахивая передо мной дверь.
Я кинул ему мелкую монету, которую он ловко подхватил.
— Премного благодарен, вашбродие! — снова склонился в поклоне мужчина.
Я, после короткого раздумья, метнул ему еще один пятачок. Даже если швейцар и удивился, то никак не подал виду, снова выполнив свой обязательный ритуал — «поймал-поклонился-поблагодарил».
— А ответь-ка мне, уважаемый! Сирены же оповещают о Разломе, правильно?
— Так точно, вашбродие!
— ДБА - это что?
— Дык, Департамент Борьбы с Аномалиями, господин!
— Где открылся сейчас?
Тут швейцар прищурился и закрутил головой.
— Думаю, в районе Марсового поля, вашбродие!
— Ясно, спасибо!
Я бросил ему еще монетку и быстрым шагом направился в нужную сторону, свернув в узкий переулок, чтобы срезать угол. Шнырька быстро разведал короткий путь и показал его мне, а сам уже находился на месте событий.
Кроме того, что Империя была родиной матушки, у нее была еще одна привлекательная, как для меня, черта. Дело в том, что имперцы находились ближе к Эпицентру, и появление Разломов на их территории было чаще, чем в той же Европе.
Сами Имперцы считали, что они являются «щитом» Европы. Европейцы же думали несколько иначе, считая их чуть ли не варварами. Однако, даже благородные дома Старой Европы признавали, что у имперцев гораздо больше боевого опыта в борьбе с тварями из Разломов из-за того, что они чаще сражались.