Огонь и ветер (СИ)

— Точно все в порядке? — недоверчиво спросила бабушка.
— Ну хочешь, я позвоню тебе по видеосвязи?
Я оглядела пустые, валяющиеся на полу бутылки и тут-же вышла в кухню.
— Лучше позвони маме, она волнуется!
— Да неужели! — не поверила я.
— Конечно, какая-никакая, а все- таки мать!
Очень верная формулировка. Идеально подходит нашим взаимоотношениям.
— Ладно, ба, я тебя целую. Все хорошо, не волнуйся!
— Позвони мне вечером, теперь буду тебя проверять!
— Договорились.
Я положила трубку и удивленно уставилась на экран своего телефона: двести восемь пропущенных звонков, удивительно, что мой мобилый выдержал такой напор и не сдох без зарядки. Бабушка- сто тридцать два вызова, мама- пятьдесят семь, Лерка- девятнадцать и куча сообщений, Огнарев- ноль. Сука! Я еще раз проверила нашу переписку, видео было просмотрено.
Я вспомнила, что нужно позвонить матери, пока не случилась беда. Мне совсем не хотелось с ней говорить, я переступила через себя и набрала ее номер.
— Я жива, здорова, никуда не ходи- быстро выпалила я, даже не поздоровавшись.
— Что случилось, Катя? — мать спросила это таким недовольным тоном, будто привыкла постоянно вытаскивать меня из каких-нибудь передряг.
— Потеряла телефон! — так же недовольно ответила я
— А когда ты ночью рыдала в трубку?
— Ничего страшного, все уже разрешилось, спасибо за оперативность!
Я нервно крутила спутавшуяся прядь и нарезала круги по комнате.
— Перезвонила, как только смогла, не надо меня отчитывать! Я была занята, мы на даче.
— Да у меня нет к тебе никаких вопросов мам, — я иронично скривилась, — хотя нет… есть один… за всю жизнь у тебя ни разу не ёкнуло в душе, не возникло вопросов, как там твоя дочь? Все ли с ней в порядке?
Мать замолчала, в трубке повисла ледяная тишина. К горлу вновь подступила моя детская обида. Если я не сделаю этого сейчас, возможно, еще долго не решусь.
— Скажи, мам, почему же ты все- таки меня оставила?
— Ты так говоришь, будто я оставила тебя с чужими людьми, а не с родными бабушкой и дедушкой! — недовольно хмыкнула мать.
— Я думала, может ты просто не любишь детей… Но ты же завела себе новых и вполне удачно занимаешься их воспитанием… Их же ты не отдала родным бабушке и дедушке!
— Это совершенно другое! Там у тебя были друзья, школа, у нас с Борисом было очень тесно, мы сами ютились по съемным комнатам, куда я должна была тебя забрать? Бабушка прекрасно тобой занималась, я высылала вам деньги. Зачем было ломать твою привычную жизнь и таскать тебя по каморкам? Да и у тебя есть родной отец, но к нему у тебя почему-то нет таких вопросов, а Борис значит должен был воспитывать чужого ребенка?
Лучше бы она этого не говорила… Моя маленькая внутренняя девочка сейчас заплакала, а я нет. Огнарев прекрасно закалил меня, после пережитого предательства, я немного заматерела.
— То есть, твой мужик не хотел воспитывать чужую дочь и ты сделала вид, что так и должно быть? И между родной дочерью и чужим мужиком, выбрала мужика? — я нервно засмеялась.
— Катя! — недовольно зашипела мать, — Мне нужно было похоронить себя? Я что, не заслуживаю женского счастья? Ты была в прекрасных руках и выросла вполне здоровой девахой!
— Мама! — я ее оборвала, — Ты сломала мне психику!
— Не придумывай!
В кухню зашел заспанный Марк и удивленно на меня уставился. Мне стало очень неудобно, что я разбудила его своими склоками.
— Ладно, это бесполезный разговор, — я фыркнула, — передавай привет любимым детям!
Я сбросила вызов и швырнула телефон на кухонный стол, он проехался по скользкой поверхности и слетел к ногам Марка.
— Ничего не спрашивай! — я нервозно нахмурилась.
— Мне вообще не интересно, я сейчас умру! — сказал Марк, поднимая мой мобильный.
— Блин, чувак, ты идеальный друг!
— И потрясающий собутыльник!
Марк достал из холодильника запотевшую бутылку водки и достал из шкафа рюмку. От мысли об алкоголе меня передернуло.
— Будешь? — он повернулся ко мне.
— Нет… — я брезгливо сморщилась.
— Если совсем плохо, нужно выпить, но только одну, выпьешь вторую- уйдешь в разнос.
 
Сращу видно, в деле был профессионал.
— Спасибо, но я не буду.
Голова уже начала отходить, не считая переодически накатывающих приступов тошноты, я вполне сносно себя чувствовала.
— Огнарев не звонил?
— Нет, а тебе?
— Тоже.
Марк хлопнул рюмку и закусил долькой лимона. Меня передернуло еще раз.
— Что думаешь делать, останешься у меня или поедешь домой?
— Домой я точно не поеду. Сейчас буду искать жилье, а как только немного отойду, посмотрю вакансии.
— Давай спустимся вниз, в ресторан, я ужасно голоден.
— Нас пустят в таком виде? — удивилась я.
— Они и не такое видели, — Марк улыбнулся.
После плотного завтрака, душа и получасового сна на диване, я позвонила Лерке. Если бабушка подняла шум, то первой кому она стала звонить, была Аксенова. Наверно, она тоже меня потеряла.
— Боже, где ты? — Лера взволнованно дышала в трубку.
— Потом расскажу, — я покосилась на Марка, копающегося в телефоне.
— Я ничего не понимаю, Огнарев привез мне твои вещи, твоя бабушка оборвала мне телефон, что вообще происходит?
Мое сердце тревожно сжалось.
— Когда привез?
— Вчера вечером. Блин, Ветрикова, где ты?
— Сняла в баре парня и поехала к нему.
— Потрясающе, что ты все еще шутишь, но мне совершенно не смешно! Срочно приезжай!
Мне не понравились ее слова, я чувствовала какой-то подвох.
— Куда приезжать? — с опаской спросила я.
— Я снимаю квартиру в Котельниках.
— Давно ли?
— Нет, недавно! — вспыхнула Аксенова.
Я сбросила вызов и перезвонила ей по видео связи. Лерка кидала в меня молнии.
— Катя, собирай свои пьяные глаза в кучу и приезжай!
Я внимательно изучала обстановку за ее спиной. Меня не покидало ощущение, что Алекс стоит где-то неподалеку. Паранойя в моей голове посылала мне странные сигналы.
— Что ты там высматриваешь? — шипела Лерка, — тебе показать, что я одна?
Аксенова переключила фронтальную камеру на основную и показала мне пустую комнату.
— Шкафы открывать?
— Не надо. Присылай адрес.
Марк с любопытством за мной наблюдал.
— Думаешь, какая-то подстава?
— Ага, откуда у нее деньги на аренду квартиры? Вдруг Алекс запугал ее и как только я войду, он сразу меня задушит!
— Если бы он хотел, он бы уже задушил тебя, и меня тоже. Но он не хочет. Какой у нас Огнарев? — медленно спросил Марк, как воспитатель в детском саду.
— Какой?
— Вспыльчивый, он сначала делает, а потом думает. Ты придумала слишком сложную схему, скорее всего, опасаться тебе нечего.
Я стучала пальцем по губам, пытаясь оценить риски.
— Ну хочешь, я поеду с тобой и доведу тебя до квартиры?
— Не надо… мне и дальше придется ходить с ним по одному городу, что же мне теперь всю жизнь оборачиваться…
— Алекс тебе ничего не сделает, — уверенно сказал Марк, — оборачиваться придется мне.
Я выпила кофе, надела свою одежду и вызвала такси. Ридигер вышел проводить меня в коридор.
— Ну, пока! — тепло сказала я, подставляя ему ладошку.
— Звони, — улыбнулся Марк и отбил «пять».
— Если мне захочется напиться до чертиков или снова позлить бывшего…
— Всегда к твоим услугам, — он галантно поклонился, приложив руку к груди.
Я сжимала в руках свой несчастный, поцарапанный телефон, у меня осталось только три процента заряда аккумулятора и, если Огнарев не сложил вместе с моими вещами зарядник, я очень расстроюсь. Хотя, я и так была очень расстроена. Я не собиралась возвращаться к квартиру, но то, что Алекс собрал мое немногочисленное имущество и уже успел от него избавиться, меня все-таки ранило. Значит, впечатление видео произвело…
Ну и пускай катится! Пусть горит огнем!
Я посмотрела на молчаливый экран и тут-же его заблокировала. Ехать еще минут пятнадцать, нужно максимально убавить яркость, чтобы сберечь заряд.