М 3 (СИ)
— Так тебя ж внутри укачивает? — не поворачивая головы, пожал плечами старший лейтенант. — Сам, помнится, говорил.
— Укачивает, — не стал спорить контрразведчик, зябко поежившись. — Зато там тепло и сухо, так что уж как-нибудь перетерплю. А на крайний случай у меня спирт есть, полная фляга, ребята поделились. В прошлый раз помогло. Не хочешь, кстати, чуток горло промочить? Непростой денек вчера выдался.
— Вот именно, что в прошлый раз… — задумчиво пробормотал Степан. — Все повторяется, даже катер тот же самый…
— И что с того? — непонимающе взглянул на Алексеева капитан госбезопасности. — Нормально ж все? И план твой удался, наверняка, уже завтра в сводке Совинформбюро про расширение плацдарма сообщат. На весь Союз, между прочим, сообщат, и голосом самого товарища Левитана! Чего грустный-то такой?
Поколебавшись, старлей повернулся к особисту и заговорил, с трудом подбирая, казалось бы, простые слова:
— Да не хочу я вниз спускаться, Серега, вот, хоть режь меня — не хочу! Предчувствие у меня какое-то странное, будто нельзя этого делать! Точно знаю, что не страх это, но описать не могу. Нет, такое и раньше тоже случалось, но не так сильно. Короче, не знаю я, как нормально объяснить! Хочешь — сходи, погрейся, а я пока тут постою.
Как ни удивительно, но Шохин отреагировал совершенно не так, как ожидалось — внезапно изменившись в лице, особист рявкнул:
— Твою жеж мать, в каюте планшетка моя осталась и портфель с трофейными документами! Значит, так — вниз не спускаться, стоять здесь, это приказ! Я быстро!
— Серега! — дернулся было морпех, напоровшись на яростный взгляд товарища:
— Я что, непонятно сказал?! Оставаться здесь! Вон круг спасательный на леере присобачен, отцепи пока! Если ошибаешься, после вместе посмеемся, когда живыми с борта на сушу сойдем! Или забыл, как фрицы после вчерашнего лютуют, чуть не за каждым сраным баркасом гоняются?! Понял меня?!
— Так точно… — ошарашено пробормотал Алексеев, глядя в спину торопливо бегущего к рубке контрразведчика.
До боли знакомый вой пикирующего к цели «лаптежника» он услышал мгновением спустя. И, не раздумывая, бросился следом за товарищем, успев подумать: «если спустится вниз — все, уже не вытащу…».
В три прыжка догнав контрразведчика, Степан обхватил его за пояс, рванул в сторону борта.
И в этот миг небольшой катер содрогнулся от тяжелого удара в хлам разворотившей нос катера пятидесятикилограммовой авиабомбы…
Сознания морпех не терял, просто на несколько секунд потерял способность адекватно воспринимать реальность — что и неудивительно, когда тебя сносит с палубы взрывной волной, со всей дури впечатывая спиной в морскую воду. Но куда отбросило Шохина, заметить все-таки успел. Нырнул, ощутив, как ледяная вода сковывает движения, сжимает виски и грудь стальным обручем, перехватывает дыхание. Глубже, еще глубже, еще… есть, зацепил!
Схватив оглушенного товарища за ремень, из последних сил потянул наверх, к спасительной поверхности. В глазах плясали разноцветные круги, легкие были готовы взорваться, но морпех из последних сил рвался наверх, расталкивая ногами и свободной рукой неподатливую морскую воду.
«Врешь, сука, не дам я тебе сегодня сдохнуть, гэбня кровавая, все равно спасу!» — пришла в затуманенную недостатком кислорода голову мысль. — «Ишь чего удумал, соскочить он решил! Хрен тебе, Серега, вместе — так вместе! Главное, чтобы катер не потонул, в такой водичке долго не продержишься. А вот, кстати, интересно, что там наверху? Снова февраль сорок третьего — или?»…
Сводка Совинформбюро от 16 февраля 1943 года
Пятнадцатого февраля одна тысяча девятьсот сорок третьего года советским войскам удалось стремительной атакой со стороны плацдарма «Малая земля» прорвать фашистскую оборону северо-западнее Новороссийска и овладеть значительной частью города. В результате наступления и тяжелых боев немецко-румынские оккупанты понесли серьезные потери в живой силе и технике. Советскими бомбардировщиками и дальнобойной артиллерией разгромлены их опорные пункты, разрушены важные мосты и железнодорожные пути на значительном протяжении. Особую помощь в боевых действиях оказали партизанские отряды, разгромившие в глубоком тылу врага узловую железнодорожную станцию и несколько эшелонов противника, и ударившие навстречу наступающим советским войскам.
КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ.