Серебряный туман (ЛП)
— Дэниели?
«Давным-давно существовала третья каста фейри». Должно быть, я выглядела глубоко смущённой, потому что Лили добавила к своему сообщению: «Благие: мы. Неблагие: форма. А потом Дэниели. Они были самой маленькой кастой. Вместо огня в их жилах текла вода, смешанная с кровью. Это они создали туман по приказу моего деда. Как только они ему больше не понадобились, он от них избавился».
— Избавился? Ты имеешь в виду, изгнал их сюда?
Лили серьёзно посмотрела на меня. «Я имею в виду, уничтожил их».
Моя слюна загустела, прокисла.
«Хотя я никогда не встречала своего дедушку, он считался самым безжалостным неверрианским лидером».
Больше, чем когда-либо, я верила, что если из Тёмного Дня и вышла хоть одна положительная вещь, так это смерть Максимуса Вуда.
— И ты думаешь, что я могла бы быть Дэниели? — спросила я тихим голосом.
«Я понятия не имею, но если ты можешь перемещать воду, тогда, возможно. Но если это так, то ты никому не можешь рассказать, потому что Дэниели — враги всех. Форма ненавидит их за то, что они заключили их в тюрьму, а Благие боятся их, потому что магия Дэниели может рассеять туман».
— Охотники тоже ненавидят их?
«Каста вымерла примерно в то время, когда родились охотники, поэтому охотники никогда не сталкивались с Дэниели. По крайней мере, я так думала». Её серые глаза скользнули по моему лицу. «Тот факт, что ты здесь, заставляет меня думать иначе».
Я сцепила руки вместе.
«Но я могу ошибаться».
Но она также могла быть права.
«Чтобы ответить на твой предыдущий вопрос, если бы охотники сегодня столкнулись с Дэниели, они, вероятно, возненавидели бы их. У Дэниели, как и у Благих, была пыль. Охотники охотятся на всех с пылью. Я думаю, что твой народ», — она стёрла последние два слова и заменила их на: «охотники называли их мишипешу».
Я уже слышала это слово раньше. Я напрягла свой мозг, чтобы найти это воспоминание. Рассказывал ли мне мой дедушка истории о них? Знание того, где я это слышала, разлилось по моим венам, как инъекция, холодная и медленная.
— Я читала о них в книге, которую ты… — я собиралась сказать «украла», но заменила это слово словом «потеряла». Они были фейри-оборотнями, которые жили под водой.
Она заправила волосы за ухо. «На самом деле они не меняли форму, но их кожа покрывалась чешуей под водой». Бриллиант размером с её мочку уха мерцал в косом луче света, проникавшем через окно. «Ты можешь дышать под водой?»
— Я никогда не пыталась, — мои предплечья покрылись мурашками. — Боже мой, ты думаешь, я могла бы?
Она пожала плечом. «Дэниели могли, так что, возможно».
— Всё это так безумно.
Я встала с дивана и принялась расхаживать по гостиной. Не останавливаясь, я спросила:
— Почему Холли сказала мне, что у меня был выбор между охотником или фейри, если я была кем-то совершенно другим? Плюс, её сестра-близнец, она утонула, так что я не понимаю, как — если только она не утонула? Ты думаешь, Чатва инсценировала свою смерть?
Я перестала расхаживать по комнате.
Лили поманила меня пальцем, и я подошла.
«Эйс видел их фотографию в твоей комнате. По-видимому, они не были похожи друг на друга. Ты уверена, что они БЫЛИ близнецами? Может быть, они не были родственниками».
Кровь, должно быть, прилила к моему сердцу, потому что моя грудь была горячей и близкой к разрыву.
Лили откинула назад мерцающую завесу волос, которая упала ей на лицо, когда она печатала: «Я серьёзно, хотя, если я права в этом, ты должна держать это в секрете».
— Эйс знает. Я имею в виду, он знает, что я переместила воду.
«Он мне не сказал. Может быть, он не соединил все точки над «i». Кто-нибудь ещё знает?»
Я кивнула, и мне показалось, что моя голова весит больше, чем гробы из рябинового дерева моих предков.
— Каджика знает, — тихо призналась я, — но он верит, что это сила охотника. Кроме того, я действительно происхожу от Готтва, так что, возможно, так оно и есть.
Лили добавила строку текста: «Если это только Эйс и Каджика, то тебе следует…»
— Круз знает. Я думаю.
Лили вытянула шею, чтобы заглянуть мне в лицо. Её зрачки расширились, съели радужку. В замедленной съёмке она опустила свой мрачный взгляд. Её пальцы зависли над цифровой клавиатурой, как будто не могли записать мысль, пульсирующую в её голове.
Впрочем, ей не нужно было это писать, потому что я точно знала, о чём она думает.
Если Круз знал, то у меня были серьёзные проблемы.
— Он собирается убить меня.
После очень долгого колебания Лили напечатала: «Или он собирается использовать тебя».
Я не знала, что было хуже.
ГЛАВА 20. ОТКРОВЕНИЯ
На следующий вечер за ужином я спросила папу, действительно ли Лея и Чатва родственники.
— Я не понимаю твоего вопроса, Кэт.
Папа повёл нас с Лили в японский ресторан в Раддингтоне, где мы с папой ужинали в тот вечер, когда я узнала о «Форест Принт» — типографии в Детройте, которую Холли/Лея использовала для печати своей книги.
— Холли сказала твоей матери, что они родственники. Я не понимаю, зачем ей лгать.
Я видела немало причин, по которым она могла солгать. Чтобы защитить свою сестру от других фейри. Потому что она сама не знала правды. Чтобы защитить меня.
— Это почему-то похоже на дежавю, да?
Папа уставился в окно на чернильную полосу воды.
— Что на это похоже?
— Обсуждаем здесь Чатву. В прошлый раз, когда мы приходили, мы тоже говорили о ней, — он изучил меню. — Вы, девочки, знаете, что хотите съесть?
Мы обе кивнули.
Он подозвал официантку.
— Я полагаю, ты могла бы эксгумировать её тело и проверить её ДНК, если тебе так любопытно.
Учитывая, что Холли превратилась в цветок, это было невозможно. ДНК флоры, вероятно, не соответствовала бы ДНК человека.
— Или ты могла бы проверить её племянника. Это было бы менее грязно, чем выкапывать её.
Лили склонила голову набок, и папа объяснил:
— Каджика был её внучатым племянником.
Хотя Лили выпрямила голову, её хмурый взгляд не рассеялся.
Я бросила на неё взгляд, который, как я надеялась, переводился на «Я объясню позже», затем опустила взгляд на свои деревянные палочки для еды. Я разделила их, дерево раскололось неравномерно. Однако когда я их выровняла, они легко соединились.
— Или ты могла бы получить образец ДНК с расчёски для волос, если бы эти цыгане не выбросили все её вещи.
Я резко подняла взгляд, потому что это сработало бы. Если только ДНК фейри не распалась, как у их владельцев.
— Они очень заняты сегодня вечером, — папа всё ещё держал руку поднятой, но официантка не направлялась в нашу сторону. — Я пойду, скажу им, что мы готовы.
Он подошел к суши-бару.
— ДНК превращается в пепел?
Лили напечатала: «Понятия не имею. Кстати, Каджика — твой двоюродный брат?»
— Нет. Он из другого племени, — папа возвращался, поэтому я быстро добавила: — Но папа думает, что он родственник семьи моей матери.
Папа откинулся на спинку стула.
— Так что вы, девочки, делали сегодня?
— Я тренировалась, а Лили читала.
— Ты любишь читать? Я люблю читать.
— Нет, папа, тебе нравится идея чтения.
— У меня много книг…
— Которые ты никогда не читал.
— К сожалению, это правда. Но я хочу читать больше. Это было моё новогоднее обещание.
— Это твоё новогоднее обещание каждый год.
Папа ухмыльнулся.
— Кэт сводит тебя с ума, Лили? Потому что она немного сводит меня с ума.
— Эй!
Я постучала по руке отца одной из своих палочек для еды.
— Дорогая, я имел в виду это наилучшим из возможных способов.
— Да ну, — я закатила глаза. — Нет хорошего способа иметь это в виду.
Папа усмехнулся. Лили улыбнулась. Я тоже так сделала, потому что это была приятная перемена по сравнению с обсуждением моего пёстрого генофонда.