Отщепенец (СИ)

— Пять сотен!
— Поддерживаю!
Мы пожали друг другу руки, заключив пари.
— И когда посвящение в студенты?
— Завтра. Завтра состоится общая линейка, и после нее мы все пойдем праздновать посвящение в студенты. Академия для этих целей в этот день каждый раз снимает нам хорошие кабаки.
— Так вечеринка еще и на халяву? Я уже обожаю нашего ректора и Питер.
Стас лишь улыбнулся.
Российская империя. Санкт-Петербург. Магическая академия. 
Своих однокурсников я нашел по форме и римской цифре «V» на ней. Не сказать, что стояли они на линейке в самой жопе мира, но где-то рядом с ней. Дальше находились только крохоборы.
— Привет парни, — поздоровался я с сокурсниками, а те неверяще уставились на меня.
— Ты по обмену что ли? — спросил меня тот, который на воротах угрожал магу второкурснику, когда тот назвал меня отщепенцем.
— Нет. Я просто поступил сразу на пятый курс.
— Ты идиот? — тут же спросил меня другой.
— Нет, конечно. Странные у тебя вопросы. Тебе хоть кто-нибудь на него ответил положительно?
— А зачем ты поступил сразу на пятый? Надо было поддаться и поступить на первый. Если бы тебя раскусили, максимум на второй бы определили. Ты в курсе, что после академии нас ждет армия, а точнее война?
— Конечно в курсе. Я бы с удовольствием и сейчас на нее ушел, вот только теоретических знаний не хватает. Поэтому и решил подучиться с годик.
— А то, что с войны возвращаются единицы из анитимагов, ты в курсе? — задал вопрос парень с которым мы встретились у ворот.
— Так ребят, хорош. Для начала давайте познакомимся. Я барон Виктор Андреевич Савраскин. Титульный дворянин. Искатель.
— Граф Ярослав Валентинович Шувалов. Пятый сын, — протянул мне руку парень, который угрожал магу у ворот. Я пожал ему руку.
— Виконт Леонид Жоржевич Арсеньев. Четвертый сын.
— Барон Иван Аркадьевич Всеславский. Шестой сын.
— Валерий Федорович Шарыгин. Простолюдин.
— Ну, вот. Так уже лучше. Теперь отвечаю на твой вопрос, Ярослав. Я в курсе, что почти все антимаги умирают на войне. Но я не все и не почти все. Я выживу и вернусь. У меня еще слишком много планов, чтобы умирать.
— Ну-ну… удачи тебе.
— Спасибо, конечно, но удача тут не при чем. Нужно просто ставить себе цель и добиваться ее. Иначе и жить незачем. Так, какие у нас планы, на сегодняшний день?
— Известно какие, — ответил Валера. — Хорошенечко погудим в кабаке за счет академии, а потом в бордель.
— А на кой вам в бордель?
Раздался дружный ржач.
— Ты не знаешь для ходят в бордель?
— Прекрасно знаю. Но, как по мне, тут куча красивых студенточек.
— Виктор, не знаю из какой дыры ты вылез, но нельзя же быть настолько дремучим. Во-первых, лишить аристократку девственности — это тяжкое преступление, за которое ее род может тебя грохнуть и даже император ничего не станет им предъявлять. Во-вторых, титульные дворянки из бедных семей, может и не прочь поразвлечься, но они не станут этого делать с антимагами, поскольку считают нас людьми второго сорта, даже не смотря на наши титулы. И даже мой графский титул не поможет мне залезть в трусики самой захудалой титульной баронессы. Ну и в-третьих, с простолюдинками на таком мероприятии уже аристократам зазорно спать. Вот и выходит, что нам одна дорога в бордель для дворян.
— Вот именно про это я говорил. Вы смирились с тем, что кто-то там считает вас людьми второго сорта. Ручки опустили, носик повесили и не живете, а существуете. Ты хочешь сказать, что все дворянки выходят замуж исключительно невинными?
Ярослав усмехнулся и ответил:
— Нет, конечно. Более того, мало кому удается сохранить девственность до брака.
— Вот и я о том же. Не знаю, как вы, но я однозначно подцеплю какую-нибудь дворяночку и пересплю с ней. А вы можете таскаться по борделям и жаловаться на свою судьбинушку, которая вас наделила непосильной ношей. Кроме того, тот факт, что мы антимаги дает нам преимущество.
— Это какое? — тут же поинтересовался Валерий.
— А такое. Антимагов до войны трогать нельзя. Нет, конечно, нас можно вызвать на дуэль и даже смертельную, но в остальном ничего сделать с нами официально не смогут. Нас лишком мало и мы слишком ценны, поскольку именно мы гарантированно убиваем хотя бы одного мага. А если еще и двух трех удастся завалить, так это вообще шик. Вот и выходит, что до войны нас трогать нельзя, можно найти нехилых приключений на весь свой род, а после войны, все наши преступления и огрехи с нас снимаются и мы становимся чистыми аки младенцы. Так, что я лично свой шанс упускать не собираюсь. Да сами аристократочки явно не станут о таком распространяться. А как уйти по отдельности мы договоримся.
 
— Все это очень складно, но ты не учел одного. Того, чтобы иметь возможность договориться с аристократкой, нужно для этого, как минимум поговорить, а они тебя к себе даже не подпустят. Не захотят портить репутацию.
— Тоже верно, но попытаться стоит.
— Ладно, хорош болтать, ректор вышел.
Мы все уставились на подиум, на котором уже стоял седовласый старик с модельной стрижкой, улыбкой на вполне моложавом лице и от него так и веяло магической силой.
— Рад приветствовать вас, дорогие студенты. Вот и закончились каникулы, и вы снова вернулись в стены родной Санкт-Петербургской Академии.
Первым делом поздравляю тех, кто перешел на следующий курс. Учеба в нашей академии никогда легкой не была и лишь самые достойные из нас ее заканчивают. Поверьте, я это все прочувствовал на своей шкуре, — по округе разнеслись смешки. — А еще я приветствую наших первокурсников, которым хватило знаний и умений поступить в одну из лучших академий Российской империи. Ну и, как обычно, я выделю нескольких уникальных студентов, которые сумели поступить второй курс и выше. В этом году таких уникумов у нас аж трое!
Итак, Виконт Антон Максимович Ерёхин, второй курс факультета магического конструирования.
Маркиза Елизавета Игоревна Пожарская, второй курс факультета магии огня.
И барон Виктор Андреевич Савраскин, пятый курс факультет антимагов.
После того, как ректор назвал мое имя я выдвинулся к нему на подиум, где уже стояли Виконт и Маркиза, а вокруг загомонили студенты, оглядывая меня с ног до головы.
«Ну, вот и представили меня всей академии», — подумал я, пока ректор не положил мне руку на плечо и не продолжил:
У меня для вас есть еще одна не менее выдающаяся новость. Пятеро студентов под присмотром главного тренера по боевому многоборью провели оценочный бой с его милостью Виктором Андреевичем Савраскиным. И на основании этого боя всем составом преподавателей под моим руководство было принято единогласное решение зачислить барона в штат запасных игроков по боевому многоборью между академиями.
А вот это даже для меня новость. Это, что ж получается, после того как я навалял пятерым парням, Герман Александрович рванул к ректору. А еще, судя по словам ректора, преподаватель магии огня по совместительству работает еще и главным тренером по какому-то боевому многоборью.
— Поздравляю вас, Виктор Андреевич, — улыбаясь во все тридцать два, протянул мне руку ректор и я ее пожал, но не отпустил, когда ректор потянул ее назад. Он уставился на меня с вопрошающим взглядом.
— Ванадий Павлович, — обратился я к ректору шепотом. — А давно у вас в академии практикуется зачисление студентов, в какие бы то ни было кружки и секции без их согласия?
Ректор накинул на нас двоих полог тишины.
— А нехрен было выёживаться. Как мне, по-твоему, объяснить всем, что один антимаг абитуриент отмутузил пятерых магов пятикурсников, входящих в запасной состав боевого многоборья между академиями? Сам накосячил, сам и расхлебывай.
Затем ректор снял полог тишины и, так же широко улыбаясь, добавил громко:
— Побольше бы нам таких студентов, как вы, Виктор Андреевич.
А мне этот мужик уже начинает нравиться. И за словом в карман не лезет и выкрутится из любой ситуации с пользой для себя.