Цена твоей нелюбви. Я к тебе не вернусь (СИ)

— Это я, — тихо произношу, заводя за спину документы.
— Дарина, — улыбается он, и поднимает голову, а я замираю, не в силах сказать ни слова.
Меня одолевает ужас. По телу проходит дрожь.
Потому что под глазом мужчины проглядывается огромный фингал, а опустив глаза ниже, я замечаю и другое…
Разбитую губу.
— Господи, — зажимаю рот ладонью и в два шага оказываюсь возле него.
Обеими ладонями беру его за лицо и начинаю осматривать на пораженные участки кожи.
— Это после вчерашнего так?! Руслан! Почему ты ко мне не зашёл? Я бы обработала, как следует, — удрученно заключаю. — Все ведь из-за меня. Мне так жаль... Так жаль. Давай я схожу за мазью?
— Стой, Дарина.
Рука Руслана вдруг касается моей, останавливает меня в попытках помочь ему.
— Что? — выгибаю бровь, хмурясь. — Дай хоть как-нибудь искупить вину за это недоразумение. Альпарслан не должен был приходить. У нас был договор... Он его нарушает из раза в раз. Человек не знает, что такое «совесть». Поэтому позволь мне позаботиться о тебе, пока я в городе...
— Все в порядке, — уголок его рта ползет вверх. — Слышишь? Я жив. Здоров. Стою на ногах. Остальное — ерунда.
— Точно? — тревожно вглядываюсь в его карие глаза.
— Конечно, — кивает он и устремляет взгляд вниз, где наши руки касаются друг друга. Тяжело сглатывает. — Лучше садись напротив.
Я поджимаю губы, понимая, что вторглась в его личное пространство и делаю, как он того приказывает.
Сажусь за стол, непослушными пальцами распрямляя складки на платье и прищурившись, интересуюсь:
— Что он хотел? Что хотел мой бывший муж, Руслан? — повторяю свой вопрос.
Шеф откидывается на кресле.
— Есть смысл об этом говорить, Дарина? — усмехается он. — Изменит ли это твое мнение о нем? Думаю нет. Альпарслан — подонок, каких только поискать надо. Он не должен был подходить к тебе. Не имел права после всего, что натворил. Тем более, когда у него есть другая женщина, которая беременна от него…
— Лариса, — добавляю я. — Ее так зовут.
— Я ее видел, Дарина, — злится босс.— Она тебе и в подметки не годится. Где ты? И где она? Разные планеты. Альпарслан заслуживает только такую, как она. Пусть катится к ней, а тебя больше не трогает. У тебя своя жизнь отныне. А у него своя. Не так ли?
— Так, — соглашаюсь я.
Безусловно Руслан прав, но от этого не лучше...
Если я не уеду из этого города, они продолжат донимать меня. И жить мне по-человечески не дадут.
Я не знаю, смогу ли я, находясь на нервах, родить здорового малыша? Большой вопрос.
— Если он к тебе приблизится на метр, если еще раз... — с яростью в голосе проговаривает он. — Я его уничтожу. Мало ему не покажется.
Уголки губ Руслана дёргаются вниз, а желваки на его лице начинают ходить ходуном.
— Нет, — качаю головой. — Когда я уеду, все изменится. Тебе больше не нужно будет защищать меня. Мне стоило сделать это раньше. Тогда бы ты не пострадал...
 Глава 43 
— Дарина...
— Это моя вина, — с сожалением указываю на его фингал. — И только моя.
Горечь затапливает все нутро и я едва сдерживаю себя, чтобы позорно не разреветься.
 
События набирают обороты, а разбушевавшиеся гормоны сводят с ума. Удивительно, как я в принципе ещё на ногах стою.
— Ты неправильно рассуждаешь, Дарина, — прерывает мои терзания шеф. — То, что я тебя защитил — нормальный мужской поступок. Так нас с Рустамом обучал отец.
Защищать тех, кто слабее. Тех, кто в беде. Всегда помогать им потому, что добро непременно вернется к тебе. Даже когда его уже не ждёшь.
— Глядя на вас, кажется, что до этого я жила в скорлупе и не знала о существовании адекватных здравомыслящих людей. Сам видел моих родственников, — добавляю едва дыша. — Мне казалось это нормальным знаешь... Мужчина должен зарабатывать, а женщина ждать его с работы. Никогда не показывать свой характер и даже, если тебе что-то не нравится, проглатывать все и улыбаться. Меня так воспитывали. Иного я не знала. Наверное поэтому мне так сложно перестраиваться сейчас в новую реальность. Я стараюсь, да... Но это чертовски сложно, Руслан. Особенно, когда из раза в раз прошлое вторгается в мою жизнь.
Мужчина хмурится.
— Альпарслан вообще не должен был приближаться к тебе, — поджимает губы. — Ты ничего такого не делала, чтобы подвергаться нападкам со стороны бывшего мужа и не далеких родственников. Ты никому ничего не должна. Запомни. Если будешь носить груз вины в себе, они непременно воспользуются твоей слабостью. Твоей добротой... И сделают ещё больнее. Все, что они сделали — недопустимо. Так нельзя. Так с родными людьми не поступают. Никогда. А бывшие мужья, у которых все хорошо на личном фронте, не влезают в жизнь своих бывших жён, понимаешь?! Значит, у него не так все и прекрасно. Но это не значит, что облив грязью и смешав тебя с дерьмом, его стоит когда-либо впускать в свою жизнь. Это исключено. Человек, который любит, в первую очередь тебя уважает. Ценит. Альпарслан же плюнул на тебя и развлекался со своей любовницей, пока ты страдала и плакала по нему. Верно? Если человек однажды тебя предал, то предаст еще и еще. Это замкнутый круг. Поэтому вычеркни, пожалуйста, понятие жалости и вины. Ни к чему это. Шанса таким людям давать не стоит. Они плюнули в твою душу. Растоптали.
С каждым последующим словом Руслана я понимаю, что он абсолютно прав. Каждая его фраза — точна и попадает прямо в цель. А ведь так и есть: я постоянно находила причины и жалела людей, которые этого недостойны. Лишь потому, что так делала моя мать. Так меня учили. Другого пути я не знала. Да и сложно перестраиваться, когда много лет жила по одним правилам.
Но пора меняться. Пора наконец-то повзрослеть и начать думать о себе. Порой жизненные обстоятельства принуждают тебя это сделать.
Понять, кто тебе друг, а кто враг можно только тогда, когда пройдешь испытания, которые уготовила судьба.
После нашего с Русланом разговора, я кладу на стол заявление об увольнении.
— Это что? — Руслан становится бледнее тучи.
— Я же уезжаю. Поэтому написала заявление.
— Зачем время на всякую ерунду теряешь, Дарина? — в голосе босса слышатся недовольные нотки. — Ты чем заниматься будешь в другом городе? Не волнуйся, я найду тебе, чем заняться. Без работы ты в любом случае не останешься.
Абрамов сжимает в руке бумагу, превращает ее в шарик и бросает в мусорное ведро.
Кивнув, я улыбаюсь и покидаю помещение. Остаюсь до конца рабочего дня, чтобы привести документы в порядок и закончить некоторые дела. Все же, его доброта и умение сопереживать — многого стоит.