Стражи леса

— Затем, что я хочу это знать, — ответил Леофрик. — Может быть, если мы с тобой сможем понять друг друга, то не будем врагами?
— Я так не думаю, человек, но я выполню твою просьбу, — сказал Кьярно и тоном сказителя начал: — Айша — это древняя богиня народа азраи, мать Земли и источник всего сущего. Дух Айши питает почву и выводит на ее поверхность подземные воды. От нее зависит наша жизнь и процветание. Она приносит теплое дыхание весны, прогоняя холодные зимние ветры, и пробуждает первые ростки жизни.
— Она богиня эльфов?
— Одна из богинь, — сказал Кьярно. — У нас есть еще Карнус и Лоэк, боги Земли и Жизни, которых мы чтим больше остальных богов. Наш лес — это священное место, где живет Айша, он полон ее волшебства.
Леофрик бросил восторженный взгляд на окружавший его лес: такой красоты — дикой и вместе с тем чудной — он не видел нигде и никогда; легко поверить, что здесь, в этом волшебном великолепии, обитает древняя эльфийская богиня.
— У Айши есть свой храм? — спросил Леофрик. — Наверное, это нечто удивительное?
Рассмеявшись, Кьярно заметил:
— Человек — он и есть человек.
— А в чем дело? — спросил Леофрик, приготовившись услышать новую колкость.
— Как можно строить храм со стенами и крышей для богини, душа которой живет в диком лесу и является его частью? — сказал Кьярно и воздел руки к небу. — Человек, ты уже находишься в храме богини Айши. Ей поклоняются деревья и травы, даже земля, по которой мы едем, священна.
— О! — произнес Леофрик, почтительно посмотрев вниз.
По правде говоря, почитание земли было Леофрику знакомо; он видел несколько рощ и небольших озер, где некоторым мужественным рыцарям являлась Владычица Озера; эти места считались священными, и рыцари, испившие из святой чаши, давали клятву защищать их до конца своих дней.
Дальше они ехали в молчании. Прошел час. Лес по-прежнему жил своей жизнью: откуда-то раздавались оживленные голоса, слышался тихий шепот. Было довольно холодно, и рыцарь ежился, вспоминая свой меховой плащ. Кьярно не стремился продолжать беседу, и Леофрик решил оставить его в покое, чтобы не нарваться на очередную грубость.
Лес становился гуще, темнее; от него все так же веяло колдовством, и Леофрик начал спрашивать себя, что будет, если он останется в этом лесу надолго. Может быть, заколдованный лес изменит его, превратит в кого-нибудь, наложив на него свои чары?
Погруженный в мысли, Леофрик не сразу обратил внимание на странное покалывание в затылке. А когда выработанное годами чувство опасности заставило его встряхнуться, он резко выпрямился в седле и оглянулся по сторонам, готовый отразить любой удар.
Увидев, что Кьярно тоже к чему-то прислушивается, Леофрик спросил:
— Что случилось?
Кьярно знаком приказал ему молчать. Чувствуя приближение опасности, Леофрик потянулся к бедру — но меча там не было.
Натянув поводья, Леофрик внимательно вглядывался в заросли. Где-то рядом послышался шорох, потом глухой стук копыт, и он взглянул на Кьярно, который, положив руку на рукоять меча, тоже оглядывался по сторонам.
Никто не появлялся, и все же сердце Леофрика сжалось от странного, зловещего предчувствия. Ему захотелось повернуть коня и умчаться отсюда как можно дальше. Он вспомнил, когда в последний раз испытывал подобный ужас, — когда на них двинулся отряд Мечей Хаоса, во главе которого на чудовищном коне скакал сам Владыка Конца Времен.
Но вот из леса явственно донесся стук копыт, и Леофрик погладил Ташена по шее, шепча ему ласковые слова, поскольку животное, что-то почуяв, начало нервно перебирать ногами, норовя умчаться прочь.
Среди деревьев замелькали тени — темные всадники верхом на крупных эльфийских конях. Резко затрубил охотничий рог, и Ташен заржал от испуга.
Леофрик замер, чувствуя себя совершенно беспомощным, как олень, окруженный охотниками.
— Не двигайся, — предупредил его Кьярно. — И ничего не говори.
— Кто это?
— Дикие всадники Карнуса… — сказал Кьярно, когда из-за деревьев, словно призраки, выплыли шесть лесных воинов.
 
Они были высокими, эти призраки, и очень сильными; шесть эльфов верхом на мощных лошадях, покрытых инеем, с горящими глазами. На плечах у каждого всадника была наброшена косматая медвежья темно-бурая шкура; на открытой груди, покрытой запекшейся кровью, каждого воина красовалась татуировка; на поясе болтались белые черепа; на запястьях звенели темные металлические браслеты. На голове у всадников были медные шлемы, украшенные длинными изогнутыми рогами, из-под которых сверкали светлые глаза, холодные, как осколки льда. Взгляд воинов был полон ярости и дикой, волшебной силы. Их оружием были длинные серебряные копья с острейшими железными наконечниками.
Свирепый, варварский вид воинов напомнил Леофрику о диких норсийцах, с которыми ему приходилось встречаться в боевых походах. Желание убивать — вот что читалось в их глазах.
— Ты посмел привести человека в Атель Лорен? — холодно произнес один из всадников.
— Мы его давно учуяли, за много миль, — добавил другой.
— Его нужно убить, — сказал третий, доставая из кожаных ножен длинный кинжал.
Леофрик взглянул на Кьярно и поразился, заметив, каким напряженным стало лицо юного эльфа. Тогда он перевел взгляд на всадников и смело взглянул им в глаза, чувствуя, как в душу все же закрадывается страх.
Подъехал еще один лесной воин и, направив на Леофрика копье, сказал:
— Ты не должен здесь находиться, человек. Ты приблизился к Королевской Поляне.
При этих словах всадники выставили копья и взяли Леофрика в кольцо.
— Нет, — сказал Кьярно и, тронув лошадь, поставил ее между всадниками и рыцарем.
— Нет? — прошипел один из них. — Ты смеешь нам возражать?
— Тот, кто не подчиняется приказам слуг Короля Леса, умирает, — сказал один из воинов.
Глядя на всадников, Леофрик чувствовал, какая от них исходит страшная, древняя сила. Суровые лица эльфов ничего не выражали, и Леофрик понял, что эти существа убьют его, не моргнув глазом.
— Человек находится под моей защитой! — крикнул Кьярно и, в одно мгновение выхватив из-за плеча лук, наложил на него стрелу.
Насмешливо взглянув на натянутую тетиву, один из воинов сказал:
— Не советую тебе спорить с Дикими всадниками Карнуса. Мы убьем тебя в одно мгновение.
— Возможно, — сказал Кьярно, — но до этого я успею пустить стрелу тебе прямо в глаз.
— Почему ты поднимаешь оружие против слуг Ориона? Зачем защищаешь человека?
Кьярно не ответил, и Леофрику стало немного не по себе: а не решил ли этот Кьярно, подумал рыцарь, отдать его свирепым лесным эльфам?
— Я Кьярно Делану. Мне приказано заботиться об этом человеке. Я поклялся, что с ним ничего не случится.
— Кому поклялся? — мрачно спросил старший отряда Диких всадников. — Кто глава твоего рода?
— Олдельд Эадаойн, Победитель Ста Битв и владетель здешних мест.
— И он хочет оставить человека в живых?
— Хочет. На некоторое время, — ответил Кьярно тоном, который очень не понравился Леофрику.
— Куда ты его везешь?
— К Хрустальному озеру, — сказал Кьярно. — Чтобы его воды смыли с него грязь, если это, конечно, возможно.
Дикий всадник кивнул и поднял копье:
— Будь осторожен, лес предупреждает нас об опасности. Откуда-то со стороны к нам надвигается зло.
— Может быть, это вовсе и не человек, — сказал другой всадник.
Первый воин кивнул, не сводя с Леофрика горящих глаз:
— Нашу землю накрыла тень, на нас движется тьма, а король отбыл до дня весеннего равноденствия. В лес пришло зло, помни об этом, Кьярно Делану из рода Эадаойн. Держи свой лук и меч наготове, они могут понадобиться Атель Лорен еще до захода солнца.
— Хорошо, — сказал Кьярно и опустил лук.
Не говоря больше ни слова, дикий всадник развернул коня и в одно мгновение скрылся в лесу. Его воины последовали за ним. Наступила зловещая тишина.
Леофрик вздохнул с облегчением. Кьярно закинул лук за плечо, погладил по шее своего коня и тоже вздохнул.