Адмирал Империи – 22 (СИ)
Император с виду ошарашено, а на самом деле, с благодарностью воззрился на адмирала Дессе. Между тем командующий, будто не замечая его взгляда, продолжал:
— Основная же вина лежит на мне, как на старшем командире, планировавшем данную операцию. Именно я недооценил тактический опыт и наглость польского адмирала, решившего пойти на безрассудный и отчаянный маневр с атакой по одиночным судам гвардии…
— Я понимаю ваше желание выгородить этого лоботряса, — несколько успокоившись, продолжал император, — но…
— При всем уважении, ваше величество, — перебил его, Павел Петрович. — Наше с вами решение назначить князя Артемия главнокомандующим операцией по прикрытию буксировки крепости «Севастополь» было на тот момент единственно верным. И если до конца оставаться честным, то кто бы ни командовал в только что оконченном сражении, исход схватки был бы примерно тем же. Не успей гвардейские дредноуты к месту событий, мы бы недосчитались тех кораблей, которые буксировали крепость… А поврежденные линкоры и крейсера «Преображенской» мы обязательно починим и сделаем это в ближайшие сутки, благо время на восстановление всех вымпелов объединенной эскадры у нас пока имеется…
Таисии Константиновне, так же как и Дессе, с первых минут понявшей, что все эти вопли в сторону Артемия являются ничем иным, как театральной постановкой, настолько стало противно слушать льстивые речи трех царедворцев, видеть благосклонный взгляд отца, благодарные щенячьих глазки своего братца, устремленные на Дессе, а также хитрый прищур самого Павла Петровича, что она решила откланяться и поскорей убраться из покоев императора. Сделала это княжна со словами:
— Не только вы здесь самые что ни на есть незаменимые, господа!
Как я уже говорил, Таисия Константиновна сильно скучала без своего линейного корабля, который в данный момент находился в звездной системе «Тарс», где-то на пути в «Тавриду». Отстраненная от дел и изнывающая от их отсутствия, капитан-командор решила взять инициативу в собственные руки. И если к командованию не то, что космофлотом, даже маленькой дивизией ее не допускали, то эта беспокойная душа все же нашла себе поприще, на которое, ни император, ни Дессе, слишком уж уверенные в скорой победе над Коннором Дэвисом, внимания не обращали…
Проведя некую своеобразную инспекцию орбитального пространства вокруг планеты, Таисия, проверяя данные с оптических сканеров, обратила внимание на обломки, как имперских, так и вражеских кораблей, погибших в недавних стычках на этой самой орбите или в ближнем от нее секторе пространства. Осматривая дрейфующие остовы, княжна вдруг осознала, что многие орудия и системы вооружения, установленные на них, все еще могут быть при желании использованы.
— Так это решит проблему нехватки огневой мощи на самой планете! — обрадованно воскликнула Тася и тут же связалась с планетарными техниками из колонистов, которые не меньше космоморяков стоящего на орбите Херсонеса-9 флота, желали помочь отстоять свою родную планету.
Местная администрация с энтузиазмом восприняла идею капитана-командора Романовой. И на протяжении двух дней, без ведома императора и командующего Дессе, увлекшихся перестановками во флоте и планами разгрома противника, специальные команды рабочих извлекали уцелевшие орудийные башни, а также ракетные установки и прочее вооружение с обломков погибших кораблей. Далее инженеры отравляли их на орбитальную верфь, а после технической наладки — перемещали найденные системы на специальные огневые платформы, возводимые на всей поверхности Херсонеса-9.
— Отец будет весьма впечатлен, когда мы превратим эту скалистую ледяную планету в непреступную крепость, на несколько порядков большую, чем обожаемый им «Севастополь», —внутри себя ликовала Таисия, наблюдая за работами по установке артбатарей, а также за ускоренным восстановлением ракетных комплексов, уничтоженных еще во время атаки на Херсонес кораблей Илайи Джонса-младшего…
Таисия гордилась собой, своей догадкой, и тем, что именно она организовала столь масштабные работы по усилению обороны планеты. Тысячи ремонтников и десятки тысяч роботов-строителей трудились днем и ночью, расчищая завалы и восстанавливая поврежденное оборудование, демонтируя орудийные платформы на погибших кораблях и с помощью огромных принтеров создавая новые укрепленные районы…
— Планетарная оборона, может быть, и не играет сегодня такой роли в космических сражениях, какую она играла полвека тому назад, — хмыкнула Тася, с удовлетворением просматривая график восстановительных работ, который приближался к своему девяносто процентному завершению. — Но чувствую, что наши «морячки» из Северного космофлота и Гвардейской Эскадры сильно поменяют свое мнение на этот счет, после того, как будут прижаты превосходящими силами противника к самой поверхности Херсонеса…
Таисия только что на своем офицерском вельботе закончила очередной инспекционный облет установок противокосмической обороны, когда неожиданно получила на пульт странный вызов.
— Ваше высочество, — произнес электронный секретарь. — Арестант номер 1632 из карцера центрального блока полиса Херсонес-сити желает лично с вами увидится…
Тася нахмурила брови. Зачем какому-то заключенному понадобилось свидание с членом императорской фамилии? Однако любопытство в девушке пересилило усталость в конце дня, и она все же ответила на запрос.
— Арестант? Так, а под обычным номером, что за фамилия скрывается?
— Заключенный номер 1632 — полное имя:
Илайя Джонс-младший — бывший командующий дивизии «Звезда Смерти», 4-ый «вспомогательный» космофлот АСР…
— Аааа, вот теперь все стало понятней, — усмехнулся Таисия. — Про него-то я совсем забыла… Так вице-адмирал Джонс сейчас находится на планете… Ясно… Что ж, у меня есть свободные пара часов, так что я к нему заскочу… Вышли мне на навигатор координаты местной каталажки…
Челнок княжны резко сменилнаправление, устремившись к столичному городу-полису…
Там она и встретилась с заключенным номер 1632 в одиночной камере, под охраной двух роботов-надсмотрщиков. Напротив Таси сидел потрепанный чернокожий мужчина в тюремной робе с горящим взором и как мы помним, без одной руки. Стоило княжне переступить порог, как Илайя вскочил на ноги:
— Капитан-командор! — произнес он хриплым голосом. — Я ждал вас… Помните, вы спасли мне жизнь, заставив отступить этого бешеного пса — Айвана Самсонова! Я признателен вам, хоть и не держусь за эту самую жизнь!
— Осторожней, вице-адмирал, — нахмурилась Таисия Константиновна. — Вы говорите о командующем одного из лучших имперских космофлотов, а не о своем соседе по карцеру! Имейте уважение к старшему по званию, должности и заслугам, пусть эти заслуги и не перед вашим отечеством…
— Ваше высочество, —потупив взор, ответил американец. — После того, как вы уберегли меня от мерзкой попытки расправы, я… Я готов согласиться с вашими упреками, и буду впредь следить за своим словами, если они вас оскорбляют…
— Вот и хорошо, — несколько смягчилась Тася, внимательно посмотрев в глаза собеседнику и желая узнать, что он от нее все-таки хочет. — Я слушаю, адмирал… Что заставило вас просить о свидании?
— Свидании? — не понял Илайя, переспросив.
— У нас так называется встреча в тюрьме, — пояснила капитан-командор Романова, слегка улыбнувшись. — Но не переживайте, ничего общего с романтическим данное свидание не имеет… Так что вы хотели, Джонс? Только не говорите, что желали лишь сказать мне слова благодарности за то, что до сих пор живы…
— Нет, — мотнул головой заключенный, — тем более, что я их уже сказал…
— Отлично, тогда мой ответ «на здоровье», — хмыкнула Таисия Константиновна. — Итак, я вас слушаю…
— Моя просьба или вернее предложение поначалу покажется вам странным или даже нереальным, — вкрадчивым, но по-прежнему отрывистым и резким голосом, произнес Илайя Джонс. — Но внимательно выслушайте меня, прежде чем ответить отказом…