Подпольный Алхимик (СИ)

Прибыль так же медленно, но верно росла. Все больше клиентов заказывали коктейль «Шторм», абсолютно все клиенты соглашались на «Штиль». И пусть последний не приносил мне дохода, но он здорово работал на мою репутацию. А это сейчас даже важнее прибыли.
Расходы мои были непомерными, и это ведь еще лишь капля моря из того, что мне нужно. Остававшиеся после расходов деньги я копил. Мне позарез надо купить ту траву, что поможет снять блокировку с моих способностей. Мне позарез надо добыть ее до дуэли. Это мой единственный шанс взять верх над графом Близзардом. А проиграть я не имею права.
Единственная проблема в клубе сейчас — это катастрофическая нехватка персонала. Хельми работал превосходно. Ловкий, быстрый, отлично знающий свое дело. Лучшего бармена я не найду, наверное, но Хельми обязательно нужен напарник, чтобы он не упал однажды замертво от переутомления. А еще напарница нужна Виви. Она теперь тянет всю развлекательную программу на себе — и ей это дается тяжело. Видно по кругам под глазами. Хорошо, что грим скрывает их от клиентов. Они должны видеть только глянцевую сторону нашей клубной жизни.
* * *
— Купили новые саженцы? — поинтересовался я следующим утром у Гарольда и Йоргена, приехав в виноградник Карла.
— Уже посадили их, барон! — довольно улыбаясь, оповестил меня младший Скау. — До позднего вечера провозились, но сделали все в лучшем виде!
— Молодцы! Спасибо, друзья! Премия вам обеспечена. И, кстати, у меня есть кое-что для новых кустов. — Я раскрыл рюкзак и показал мужчинам бутылки с «удобрением», которое готовил вчера. — Это, так скажем, удобрение для винограда. Попрошу вас почву под каждым кустом полить им.
— Вы уверены, барон? Вы это где купили? Уж не обманули ли вас?
— Будьте уверены — это проверенное и очень эффективное средство. Я делал его сам. Дело в том, что я… увлекаюсь изучением растений. Только нельзя, чтобы об этом прослышал кто — секретный, так сказать, рецепт. Но я уверяю вас — у нас будет лучший виноград во всей Альхене.
Оставив отца и сына работать в винограднике, я вошел в дом Карла. Вчера попросил Анни дать мне ключи. Я хотел посидеть в кабинете погибшего друга и изучить документы, касающиеся завода. Теперь это мой завод, и я должен знать, что к чему.
До самого вечера я провозился с бумагами. Перед поездкой в клуб решил выпить чашку кофе и перекусить. Нашел в холодильнике Карла копченую курицу и сыр. Нарезав все это и заварив кофе, позвал перекусить и своих работников. Гарольд и Йорген выглядели уставшими, были перепачканы в земле, но глаза их сияли от довольства. Вот что значит любить свою работу!
Мы уже допивали кофе, когда Йорген метнулся к окну, которое выходило на задний двор, и вскрикнул:
— Это еще что за гадство?
Я подошел к окну и слегка отдернул занавеску. Отсюда открывался вид на край виноградника. Там сейчас ходили два мужика и чем-то поливали кусты винограда. Моего, чтоб его, винограда!
Я пулей вылетел из дома, слыша, что оба Скау рванули за мной.
Без лишних разговоров я бросился на ближайшего ко мне ублюдка. Он попытался убежать, бросив флакон с какой-то отравой на землю, но я телекинезом сбил его с ног, и враг растянулся на земле. Вскочив на него сверху, я пару раз вмазал ему и прорычал в ухо:
— Говори, чем поливали виноград, не то сейчас руку тебе сломаю, и поверь — рука будет лишь началом! — Я заломил ему руку за спину.
Ублюдок застонал.
— Пусти! Ничего я не скажу! Они с меня кожу сдерут, если предам их!
— Нильсоны-то? Не сомневаюсь в этом. Но, поверь… — Я наклонился ближе и прошипел в ухо трусливому мудаку: — … я тоже не проявлю к тебе ни капли милосердия.
Я оперся на колени и, развернув гада к себе лицом, влил ему в рот содержимое флакона, из которого он травил мой виноград.
— Проверим, как это дерьмо сработает на тебе! — Я встал.
Гарольд и Йорген уже закончили со вторым ублюдком: тот, скорчившись от множества ударов, лежал на земле, хватаясь за разбитую морду.
— Этот готов, барон! Чего делать с ним?
 
— В дом обоих, свяжем их. Кто-то из вас пусть останется тут и охраняет этих ублюдков, а кто-то отвезет меня домой, мне необходимо кое-что взять оттуда.
— Без вопросов, барон, я отвезу! — отозвался Йорген с готовностью.
Мы втроем затащили шавок Нильсонов в дом и связали найденными в подвале веревками. Гарольд остался сторожить пленников, его сын повез меня в особняк. Там я взял нужное, и мы вернулись обратно.
Я подошел к тому из пленников, в которого влил отраву. Выглядел он, мягко говоря, паршиво. Лицо побелело, словно смерть, глаза покраснели.
— Его рвало раз десять, наверное, — с отвращением доложил мне Скау-старший.
Я вытащил из рюкзака склянку с желтоватой густой жидкостью и кисточку для рисования.
— Ты что делать собрался, падла? — охрипшим голосом просипел пленник, глядя на меня мутными глазами.
— Сейчас узнаешь.
Я обмакнул кисть в склянку и схватил ублюдка за руку, вытянув ее вперед.
— Пусти, падла, пусти! — задергался пленник.
— Держите его! — велел я Скау.
Те через миг очутились возле меня и зафиксировали подонка, схватив за плечи с двух сторон.
Я стал водить кистью по предплечью пленника. Тот неистово заорал, пытаясь вырваться из цепких рук Гарольда и Йоргена.
Спустя минуту я убрал склянку, чуть отошел назад и любовно оглядел результат своих трудов. Он был на диво хорош. Все это время ублюдок, посмевший попортить часть моего виноградника, не переставая, верещал от боли. На его руке была выведена надпись: «Я стану ядом правосудия над вами».
— Охренеть! — промолвил Йорген, отойдя от потрясения.
— Это чего такое, барон? — его отец с подозрением взглянул на меня.
По правде сказать, отец и сын глядели на меня с подозрением все то время, что я писал на коже пленника, но вопросы, видимо, отложили на «потом», чтобы не отвлекать меня от дела.
— Это кислота, — пояснил я. — Она жжет кожу, но не смертельно. И оставляет на ней следы, как чернила.
— Откуда она у вас?
— Я же говорил, что увлекаюсь растениями, — улыбнулся я. — Теперь твоя очередь. — Я направился ко второму пленнику.
Он, в отличие от своего подельника, не верещал, как девчонка, но матом меня крыл таким, который, честное слово, будто был его профессиональным языком.
— Ему тоже ту отраву вольете? — спросил Йорген после того, как я закончил — то ли с ужасом, то ли с восхищением.
— Не стоит, полагаю. Если тот откинет копыта по пути, кому-то же надо его труп дотащить до хозяев. А хозяева этих подонков обязательно должны получить мое послание.
— Но… если этот умрет… это же убийство, барон… — побледнев, тихо проговорил Йорген.
Его отец все это время молчал, в раздумьях сверля меня взглядом.
— Это справедливое возмездие, друг мой, — невозмутимо возразил я. — И, поверь мне, хозяева этих ублюдков не станут сообщать в полицию.
— Вы знаете, кто их подослал? — наконец, подал голос Гарольд.
— О да! И, сдается мне, друзья мои, нам с вами предстоит серьезно поговорить. Наверняка у вас куча вопросов ко мне. И я вынужден просить вас либо довериться мне и сохранить мои тайны, либо уволиться.
— Речь идет о чем-то криминальном, верно? — спросил Гарольд.
— Речь идет о чем-то, чем мы совместно занимались с Карлом, пока его жестоко и бесчеловечно не убили те, кого подослал тот же, кто этих тварей, — кивнул я на наших пленников.
— Вы знаете, кто убил господина Босстрома? — Этот возглас был испущен одновременно обоими Скау.
— Знаю. Но говорить об этом полиции бессмысленно — просто поверьте мне. Это слишком серьезные люди.
— Могущественный клан? — спросил Йорген.
Я кивнул.
— Однажды, когда придет время, я отомщу за Карла сам. Но для этого мне надо стать сильнее.
— Мы можем вам помочь? — спросил тихо Гарольд. — Если то, что вы сказали про убийство господина Босстрома — правда, мы посчитаем за свой долг — помочь вам в деле его отмщения.