Шерри для Шерри
Флетчер Флора
Шерри для Шерри
Флетчер Флора
Шерри для Шерри
Перевел с англ. А. Шаров
- Милый, я очень рада, что ты ведешь себя цивилизованно, - сказала Шерри.
- А я - самое цивилизованное существо на свете, - ответил я. По-моему, такие, как я, и составляют основу цивилизации.
- И все-таки, - сказала она, - я считала утопией, что ты согласишься встретиться, чтобы мы втроем могли подробно обсудить создавшееся положение. - Хотя, - добавила Шерри, - именно такое обсуждение помогло бы частично разрядить обстановку.
- О чем это ты?
- Ну, о моем намерении уйти от тебя. Думаю, ты уже догадался.
- Твое намерение для меня не тайна, но я надеюсь повлиять на тебя.
- По-моему, было бы справедливо дать тебе такую возможность. Только ничего у тебя не получится. Я люблю Дэниза и собираюсь за него замуж. Все, точка. Мне очень жаль, дорогой, но без него я просто не буду счастлива.
- Насколько я понимаю, ты меня разлюбила.
- Не совсем. Ты доводишь дело до абсурда. Ты прекрасно знаешь, что я очень тебя люблю, но это ровное и пресное чувство. А вот к Дэнизу я испытываю безумную, безотчетную страсть.
- Когда-то ты испытывала её и ко мне. Во всяком случае, судя по твоим словам.
- Так оно и было, но теперь эти чувства, увы, претерпели изменения. Ничто не длится вечно, и это очень печально, да?
Я смотрел на нее, и мое сердце сжималось от боли. Пусть её чувства ко мне претерпели какие-то там изменения, но моя любовь к ней - такой броской, соблазнительной, неимоверно прекрасной - никаких изменений не претерпела. Я взглянул на её белое платье, открытое ровно настолько, чтобы дать изначальное представление о прелестных формах под ним, и спросил:
- Как насчет мартини?
- Когда Дэниз придет, выпьем все вместе. Это снимет напряженность, создаст непринужденную атмосферу, ты согласен? Мартини - как раз то, что нужно. А вот, кажется, и в дверь звонят. Наверняка это Дэниз.
И верно, кто-то звонил. Полагаю, что Шерри не ошиблась и в отношении личности пришельца. Я был вынужден это признать, пусть и с большой неохотой.
- Пожалуй, открой ему сама.
Шерри вышла в прихожую и открыла дверь. За порогом действительно стоял Дэниз. Едва он вошел, Шерри обвила руками его шею и поцеловала Дэниза. Вообще ей не привыкать целовать всевозможных мужчин, но этот поцелуй был особенным - весьма продолжительным и пылким, тут уж не ошибешься.
Я прекрасно видел все это из гостиной, но отвел взгляд, не дожидаясь завершения церемониала приветствия, и принялся сооружать мартини. За этим занятием и застали меня Шерри и Дэниз.
- Ну вот, все в сборе, - объявила Шерри. - Это Дэниз, Шерм. Дэниз, это Шерм.
- Приятно познакомиться, Шерм, - пробормотал Дэниз.
Он был пониже меня и не таким грузным, но, признаюсь, пребывал в гораздо лучшей форме. Светлые волосы, подстриженные под "ежика", и моложавое лицо придавали ему сходство с парнем, который лет до тридцати играет капитаном в студенческой футбольной команде. По-видимому, Дэниз был свято убежден, что и в нашей причудливой игре он тоже на ведущих ролях. Впрочем, так оно и было, хотя я не испытывал большого желания это признавать. Поставив шейкер с мартини, я пожал Дэнизу руку.
- Вообще-то нарекли его Шерманом, - пояснила Шерри. - Но я зову его Шерм.
- Когда-то мы были очень близки, - добавил я.
- Вы так добры, Шерм, - восхитился Дэниз.
- Просто воспитание. Я - цивилизованный человек и стараюсь не создавать неудобств ближним. Вам мартини?
- Спасибо. Не откажусь.
Я наполнил бокалы, а Шерри и Дэниз сидели на софе, держась за руки. Дэниз взял свой бокал левой рукой, чтобы не отпускать руку Шерри, а она свой, соответственно, правой. В отличие от них, я мог держать мой стакан какой угодно рукой, а то и обеими. Как мне заблагорассудится.
- Думаю, выпивка поможет нам прийти в себя, - сказал я.
- Вы уж не обессудьте, Шерм, но мы с Шерри, кажется, и так в себе, откликнулся Дэниз и окинул меня выразительным взглядом.
- Э... как я понимаю, вы хотите заполучить нечто, принадлежащее мне. Я, естественно, хочу это сохранить. В итоге возникают известные сложности.
- Сложности? - Дэниз удивился. - Не вижу тут никаких особых сложностей.
- Я тоже, - поддержала его Шерри. - Какие сложности? Мы с тобой разведемся, а с Дэнизом поженимся, только и всего.
- По-моему, обсуждать больше нечего, - поставил точку Дэниз.
- А по-моему, есть, что, - возразил я. - Я хочу поступить как цивилизованное существо и сообразно приличиям, но вовсе не намерен сдаваться без боя. Я за равные шансы и открыт для любых предложений, вот и подумал, что мы можем уладить дело по-приятельски. Согласны ли вы меня выслушать?
- Ладно, - неохотно согласился Дэниз. - Похоже, тут нет подвоха.
- Вот и молодцом, - похвалил я его. - Вы знайте себе сидите и держитесь за руки, а я на минутку отлучусь.
Я пересек комнату, открыл бар и извлек из него три маленькие бутылочки с розовым портвейном, после чего выстроил их на кофейном столике перед софой.
- Это ещё что такое? - осведомилась Шерри.
- Три маленькие бутылочки портвейна, - ответил я. - Нынче днем запасся.
- Очень забавно. Но зачем?
- Без них мы не сможем по-приятельски разрешить наши затруднения. Дело в том, что одна из этих бутылочек немного отличается от двух других. Две содержат обыкновенный портвейн, а вот в третьей - яд, да столько, что хватит на весь город. По моей задумке, один из нас выпьет отравленное вино, прикажет долго жить и тем самым освободит остальных от всех бед.
- Шерм, - пробомотала Шерри, - твое чувство юмора всегда было несколько... извращенным.
- Я просто считаю, что мой замысел дает каждому из нас равные шансы. Очень цивилизованно. И разумно.
- Теперь, когда ты все растолковал, я признаю твою правоту, - сказала Шерри. - Едва ли можно было предложить нечто более цивилизованное и разумное.
Высвободив левую руку, она оперлась подбородком о ладони и уставилась на бутылочки с портвейном. Мысль о том, что двое цивилизованных мужчин, возможно, готовы пойти на смерть ради обладания ею, явно льстила Шерри.
- Слушайте, - подал голос Дэниз, - здесь три бутылки. Неужели вы и впрямь думаете, что Шерри будет участвовать в таком диком предприятии?
- Цивилизованном, не диком, - поправил я его. - Мы все должны иметь равные шансы. Если отраву выпью я, вы получите Шерри. Если отраву выпьете вы, Шерри останется у меня. Если отраву выпьет она, никто из нас её не получит. По-моему, все честно, и Шерри должна согласиться.
- Я согласна, - тотчас сказала Шерри.
- А я против, - процедил Дэниз.
- Обуздай свой апломб, дорогой, - одернула его Шерри. - Не в твоем положении быть против чего-либо.
- Соглашайтесь, Дэниз, - поддержал я её. - Никто не может диктовать свою волю другим, если те в большинстве.
Шерри повернулась и взглянула на Дэниза округлившимися глазами. Видимо, она не ожидала, что он может оказать ей такое упорное сопротивление.
- Дело не только в риске, - стоял на своем Дэниз. - Эта затея чревата неприятностями. Предположим, каждый из нас выпивает свою бутылку. Один испускает дух. Разве не ясно, что полиция не даст покоя двум оставшимся в живых?
- Вы правы, - согласился я. - Но я это предвидел и знаю, как избавиться от настырных полицейских. Мы не станем пить здесь. Каждый из нас, уходя, возьмет свою бутылку с собой и выпьет, когда останется один. Двое выживших встретятся завтра, скажем, в три часа в баре ресторанчика "Пикарди". Поскольку завтра - Рождество, такое решение не только избавит нас от трений с полицией, но и внесет в предприятие толику романтики, не говоря уже о напряженном ожидании. Кто же будут эти двое? Кто придет завтра в "Пикарди"? Дух захватывает!
Дэниз желчно взглянул на меня.