Ведьмак. Назад в СССР 2 (СИ)

— А вот это ты зря. Ведь мы сейчас с тобой сделали доброе дело. Помогли людям, не прося что-либо взамен — сказал я и вполне искренне, тяжко вздохнул. — Я думал, что ты всё осознал, но видимо ошибся. Понимаю, долгое затворничество, застой, косность мышления и всё такое. Ну ничего я думаю это всё точно лечится активной физкультурой.
Вытащив из карманов защитный амулет с рунным кастетом, я сунул это всё в огромные карманы, брюк Ювелира, затем взял лежавшую на полке строительную каску и напялил её ему на голову. Следом я наполнил водой из-под крана пятилитровую грелку и сунул ему под мышку.
— Зачем это всё? — спросил он с подозрением, когда я засунул под лямку фартука подобранную в углу новенькую кирку.
— Надо срочно продолжить лечение. Авось ещё не поздно и оно тебе поможет — ответил я и снова приставив монокуляр к его зафиксированному глазу. А затем не обращая внимания на его проклятья, поднёс к выпуклому оку монокуляра горлышко бутылки и крутанул колёсико.
  
Глава 22. Майор Нечаев
 
Дальнее Подмосковье.
На вид обычный, милицейский УАЗик проскочил последний десяток метров соснового бора и выехал на опушку, где перед майором Нечаевым открылась очень странная картина. Несмотря на царящую ночь, фары двух стоявших рядом армейских «Уралов» освещали бархан песка, перетекающий в обширный пляж, из необычного для Подмосковья, белого песочка. Кроме этого были видны три десятка палаток и длинный ряд легковых машин, стоявших вдоль деревьев.
Выскочив из УАЗика, майор зачерпну песок и осветив его фанатиком, недовольно покачал головой. А пока он его рассматривал, открылась пассажирская дверь одного из «Уралов» и к нему подошла щуплая фигура молодого учёного, облачённого в спортивный костюм.
— Товарищ майор, а мы вас только к утру ждали — поговорил полушёпотом молодой парень.
— Доцент, тебя зачем сюда послали? — спросил майор ледяным тоном, однако голос повышать не стал.
— Так как зачем. Всё тут проверить. Просканировать местность, если будет обнаружена аномальная активность, сразу доложить и вызвать боевую группу — неуверенно промямлил молодой учёный, носящий позывной Доцент.
— А ты что сделал? Сюда специально для тебя прислали взвод связистов, срочников из ближайшей части. Они, под твоим руководством, должны были убрать с объекта всех гражданских, организовать оцепление и досконально всё проверить. И что я вижу? Оцепления нет, а вокруг палатки с отдыхающими и куча частного автотранспорта.
Майор зло зыркнул на Доцента и указал на ряд машин.
— Так товарищ майор, тут такое дело. Короче, никакой опасной аномальной активности мы не обнаружили. А этот необычный песок, так он легко просвечивается высокочастотным сканером, да хоть на десять метров в глубину. Получается, тут что угодно можно легко отыскать и даже затерявшуюся иголку. А отдыхающих к тому моменту как военные приехали, уже человек пятьсот было, а потом ещё всё новые и новые машины и даже автобусы подъезжали. Мы бы с ними просто не справились — договорив, парень забежал на вершину песчаного баранчика и включил очень мощный аккумуляторный фонарь, предназначенный специально для работы в аномальных зонах. Его луч, легко пробив темноту, осветил берег на пару сотен метров дальше.
И в этот миг, подошедший ближе майор, оценил размер бедствия. Прямо за стоящими «Уралами» начиналось обширная песчаная поверхность, заставленная палатками, а ещё дальше была видна широкая белёсая полоса, очерчивающая излучину реки. И везде куда бы он не посмотрел стояли машины, а кое где около тлеющих костерков сидели люди.
— Дикари — прорычал майор.
— Да, любители дикого отдыха быстро прознали про новый пляж и съехались со всей Москвы — подтвердил Доцент и виновато опустил взгляд. — Вот нам и пришлось прямо при них песочек просвечивать и всё раскапывать.
— Как объяснили людям происходящее?
— Стандартно. Объявили отдыхающим что мы сапёры, получившие сигнал о возможном нахождении в этом песочке, боеприпасов времён Великой отечественной войны. В результате удалось на какое-то время всех отогнать и всё проверить. За несколько часов мы всё просканировали, то что нашли, откопали, находки пронумеровали и собрали в одном месте. Затем то же самое сделали с песком, попавшим на дно реки. После этого я с парнями обошёл всех отдыхающих и подробно их расспросил.
 
— Состав песка?
— Белый кварц. Только очень необычный, такое ощущение что его пропустили сквозь многотысячелетний процесс сжатия.
— Заметил ещё что-то необычное?
— Да. Несмотря на то что солнце давно село, песок продолжает удерживать тепло. Одновременно с этим на солнце он не перегревается и по нему можно спокойно ходить босиком. Кроме этого я засёк признаки полезного побочного воздействия на человеческий организм.
— Что это значит? — удивлённо спросил майор.
— Если на него лечь, он расслабляет почти мгновенно. Снижает агрессию. Короче успокаивает. У одного из солдат прошла зубная боль.
— Ну вот, а я-то думаю, чего я, как только на него встал, передумал тебя жёстко пропесочивать.
Доцент виновато хмыкнул и снова опустил взгляд.
— Какова площадь аномальной насыпи? — продолжил спрашивать Нечаев.
— Восемнадцать гектаров на берегу и ещё гектаров пять в воде.
— Толщина наноса?
— От метра до шести.
— Это точно? Слишком много получается. Такого выброса нейтральной субстанции из стихийной аномалии я никогда не встречал.
— Было подобное на Сахалине. Разовая стихийная аномалия — «Каменная река». До полной аннигиляции, насыпала большой курган каменной породы, не встречающейся на земле. Правда я посчитал примерный тоннаж, так там на пять-десять тысяч тон точно меньше.
— Что нашли, показывай? — потребовал майор Нечаев, действительно ощутив, что пребывание здесь успокаивает нервишки, взбудораженные самыми последними нехорошими новостями.
А через минуту он стоял в кунге «Урала» и рассматривал заботливо разложенные на клеёнке, пронумерованные предметы.
— Винтовка трёхлинейка с гранёным штыком, одна штука. Патронов нет. 1905 год выпуска. — Начал отчитываться Доцент, водя фонариком по предметам. — Лейтенант связист осмотрел и сказал, что из него сегодня точно стреляли. Барабан от нагана, со стрелянными гильзами. Судя по всему, гильзы старые. Шашка кавалерийская. Вполне обычная, образца 1901 года. С гравировкой, «Зайцеву. Н. А. за борьбу с басмачеством. 1927 год».
— А это что? — спросил майор и указал на десяток сваленные в кучу расслоившихся кусков.
— Похоже частички хитинового панциря какого-то гигантского насекомого. Тут лежат старые, а вот тут с другой стороны три свеженьких фрагмента. Один из них с отверстием от пули. — Доцент указал на большой чёрный кусок панциря, пробитый пулей навылет. Кроме этого найдены несколько стрелянных гильз, повреждённый кавказский кинжал и монеты. Кажется, китайские и какие-то арабские. Серебро, бронза и медь. Одна из монет золотая. Я не эксперт, но монеты явно разных эпох.
Майор осмотрел несколько кусков выцветшей ткани, большой комок ваты с остатками хлопковых коробочек и пару кожаных лоскутов.
— А что-то из необычного, обнаружили? — спросил он, буквально учуяв, что Доцент как всегда держит что-то про запас.
— Вот смотрите — сразу ответил Доцент и вытащив из кармана вполне обычный комсомольский значок, протянул его майору.
Взяв его Нечаев, быстро осмотрел значок и уставился на молодого ученого.
— Не понял, а это тут причём? — спросил он, уже начиная понемногу закипать.
— Товарищ майор, а вы поверните его и внимательно посмотрите на другой стороне, там иголкой нацарапаны несколько букв.
Нечаев повернул значок и действительно в свете фонаря разглядел несколько корявых буковок.
— С-т-р-о-е — по букве прочитал он. — И ещё последняя, кажется «З» или …
— Там вертикальная чёрточка смазалась, через лупу хорошо всё видно — тут же вмешался Доцент. — Так что там получается буква «В».