Минус двадцать градусов по Кельвину (СИ)
Наделил Миру дополненной реальностью Архива для связи, потому как сам говорить не смогу, ну и “заледенел”. Мира подхватила мою тушку, как дамскую сумочку, взлетев с места и, по-моему, красуясь, спикировала в ущелье. Видимость была крайне хреновой, плюс, судя по скорости спуска и логике, снизу шарашил восходящий поток горячего воздуха. Мирин полет явно имел и эфирную, а не только аэродинамическую природу, но спускалась она довольно медленно. Ну и, в итоге, первый раз пролетев над светящимся каменным расплавом, ни хрена мы не нашли. Газ, завихрения пара от ручейка, и вправду протекающего по дну… В общем, видно хреново, а димагнос, хоть и был немаленьким, но таблички на себя не навесил. А у меня, без дыхания, было минут пять, из которых три уже прошли, что совсем не радостно, констатировал я, прикидывая варианты “аварийного дыхания”.
И вот, на втором заходе, эта пакость нашла нас, метнув в нас этаким “лавовым снежком”. К счастью, промазала, но Мира дернулась и зашипела. А я получил несколько болезненных ожогов от проплавивших доспех брызг раскаленного камня, расплескавшегося об стену ущелья. Да еще и жара, пар и газ стали “присыпать солью” мои дыры, что мне категорически не понравилось.
Впрочем, Мира, очевидно, не слишком пострадала, двинувшись в направлении, откуда прилетел снаряд. Ну и при ближайшем рассмотрении димагнос обнаружился — антропоморфная тварюшка сидела в лаве, возвышаясь над ней на метр, от силы, почему мы её и не обнаружили. Ну и деловито скатывала из пластилинообразного раскаленного камня новый снаряд, пакость такая!
Бодро залив лавомеса потоком метастабильного льда, я получил облако пара, громкий хруст и череду отчетливых хлопков. Даже внутренне побеспокоился о здоровье тварюшки, правда, довольно фальшиво — всё-таки было довольно больно, жарко и в целом неприятно. Меня поджаривало через три относительно крупные, ну и россыпь мелких дырок в ледяном доспехе, вдобавок добавляя хлороводородом. Тело особо не поддавалось, всё же Эс-ранг давал о себе знать, но и “не особо” мне более чем хватало для прекрасного настроения и богатой гаммы ощущений.
Однако, через несколько секунд пар развеялся, обозначив все так же сидевшего, потемневшего, но живого димагноса — его глаза на почерневшем фоне, а также россыпь светящихся трещин на теле показывали, что он жив.
А лопалась и трескалась лава, в которой он сидел, что вышло даже удачно, так что наморозив под ним платформу, параллельно покрошив застывшую породу, я лёдокинезом направил тварюшку вверх, примерно отслеживая его Архивом.
Мира рванула вверх, ну и через минуту я понял, что несколько перестарался — откинутый (хотя бы на нужную сторону, и то хорошо) димагнос находился метрах в двадцати от трещины и вяло копошился, пытаясь встать на явно сломанную нижнюю лапу. Хотя, нормально, Эльфману будет проще, подумав, заключил я, пока Мира, отлетев от ущелья, ставила меня на землю. Доспех я решил не снимать, даже заморозил дыры вновь — сам все равно ничего не сделаю, а так в сохранности побуду до лекаря. Но маску, как понятно, снял, но не успел поинтересоваться у Миры, как она, как об этом поинтересовалась она, только в мой адрес.
— Несколько легких ожогов, не страшно, — отмахнулся я. — Ты-то как?
— Не знаю, сам посмотри, — включила “плохую девочку” Мира, повернувшись ко мне спиной и прогнувшись попой.
Посмотрел, попа хорошая. Хоть в демоническом обличии и не вызывает нижепоясных ассоциаций, но хороша, факт. А пара темных пятнышек на спине фактически на глазах рассасывались, о чем я Мире и сообщил, переключая внимание на Эльфмана, подбежавшего к димагносу.
Парень, отрастивший явно диспропорциональную, но не мешающую ему лапу из камня, методично долбил тварюшку по голове. Димагнос явно “плыл”, оседал, так что эпического превозмогания не намечалось, что и замечательно.
А сам лавовый обитатель предстал во всех подробностях, хоть и не во всей красе — всё же мы его немало повредили. Был это трехметровый, антропоморфный и довольно тощий организм. Я, признаться, ожидал чего-то гориллообразного, с широкими плечами и короткими ногами, но тварюшка напоминала недопаука, с бочкообразным торсом, длинными и тонкими ногами и руками. Головы же у неё, по сути, и не было — этакий овальный нарост с двумя сияющими точками глаз. Ну и светящиеся трещины, расширяющиеся по мере избиения, но явно потусклее глаз.
Впрочем, уже явно вырубленный и валяющийся димагнос несколько сжался, изменив форму, так что может быть и гориллой, отметил я. А Эльфман присел рядом с ним, вытер пот со лба (подозреваю, несмотря на охлаждение, рядом с тварюшкой было жарковато), ну и начал свое “колдунство поглощения”, выглядевшее как темное полотнище, произрастающее из парня и накрывающее добычу.
— Ну вот, еще несколько минут — и всё, — заключила Мира, принявшая свой человеческий облик, причем в одежде, бывшей на ней до обращения. — Год назад научилась, — ответила она, правильно интерпретировав мой взгляд. — Спасибо, Грей, плата за заказ твоя.
— Четверть, Мира, — отказался я. — Приехали вместе, работали командой, так что четверть. То, что у Эльфмана дополнительные причины, к заказу отношения не имеет. А так — справились вместе, значит, и награду поровну.
— Ладно, сам смотри, но я предложила, — опять включила “плохую девочку” собеседница.
Правда, в отсутствии “тела”, для закрытия заказа нам пришлось еще и возить толстячка-бургомистра к мосту и обратно. Вполне понятно, но полчаса убить пришлось, хотя лишняя сотня тысяч драгоценных премии была отнюдь не лишней.
Обратную дорогу я гнал — не то, чтобы ожоги были сильными, но неприятными, так что общения у нас не было, а высадив Штрауссов у гильдии, я собрался к Полюшке, но был остановлен вопросом куда это я.
— К Полюшке, — не стал скрывать я. — На всякий случай, ну а заказ ваш, так что сами закроете.
— А-а-а, ладно, потом поговорим, — выдала Мира в ответ.
Ну и попрощавшись со Штраусами, я направился к дереву нашей целительницы. Фрау Полюшка привычно изысканно-вежливо поздоровалась, на просьбы о Венди хмыкнула, оттащила меня в лазарет, намазала ожоги какой-то пакостью, да и придала ускорение метлой. Качество и сервис на высоте, хмыкнул я, потирая ускоренную задницу.
А вот у выхода из дерева меня ждала Мира, сходу вывалив на вышедшего меня:
— Грей, давай встречаться!
Ну начало-о-ось, подумал я, немного отходя от дерева целительницы и намораживая пару стульев. Пригласил жестом Миру занять один из них, что она и сделала, приняв вид девочки послушной, аж руки на колени положила, артистка.
— Мира, вот буквально вчера, ко мне с примерно аналогичным вопросом обратилась Эльза, — начал я, на что послышалось возмущенное бормотание “вот стерва!”
— И ты? — уже в голос спросила Мира, требовательно уставившись на меня.
— Ответил ей так же, как отвечу тебе, — развел я руками и продолжил. — Мне рано, я не готов для отношений, чисто физически…
— Есть варианты! — заявила Мира.
— Есть, не спорю, вот только они нужны, когда есть желание, — ответил я. — А у меня его пока нет. Кроме того, ты — хороший друг, красивая девушка, но я не испытываю к тебе чувств, кроме дружбы. То есть, даже когда я подрасту, это будет лишь секс, от которого я, со столь красивой девушкой, вряд ли откажусь, — честно сказал я. — Но до того времени — отвечу, как и Эльзе: живи своей жизнью, встречайся с парнями, а вот когда я подрасту, если у нас обоих будет желание, тогда и посмотрим.
— Понятно, — нахмуренно ответила Мира, прикусив ноготь. — Ладно, я подожду.
— Да не надо ждать! — несколько разгневался я. — Ну честное слово, вы две меня как приз в своих играх используете, раздражает уже! А еще эти отношения, черт возьми! Мне что, ледяной член наморозить, чтобы вас удовлетворить?!
Мира на меня серьезно посмотрела, и вдруг фыркнула.
— Вообще-то, я имела в виду под “встречаться” именно встречаться, — начала она, но, увидев мою скептичную морду, еще раз фыркнула. — Да, как-то по-детски, согласна. Ладно, я поняла, тебе рано, а дальше посмотрим, — не слишком радостно, но все же улыбнулась она, вставая. — Счастливо, Грей. И спасибо за честный разговор.