Минус двадцать градусов по Кельвину (СИ)

Девчонка слезки пороняла, но “не мстить” Люське обязалась, так что позвал я свою девушку Архивом. Пришедшая Люська поахала-поохала на протяжении рассказа Брандиш, нахмурилась, выдала агитку “щаз во всём разберёмся!”, да и призвала Водолея. По итогам четвертьчасового рассказа рыдали две девицы и один дух, первые две в обнимку. Ну а я окончательно убедился, что Люськина матушка — дикая баба. Потому как она либо не предупредила Грамми, что надо быть на связи, либо Грамми об этом забыла, а передавать (я так и не понял, на кой болт!) таковой сокровищщщи, от которых зависит твоя жизнь и твой род — надо быть дикой бабой.
Ну и трогательная история убиения Грамми козлом, который Золдео, за “смерть госпожи Лейлы”. Выглядит это без слезливых подробностей так:
Итак, Хартфилии должны хранить зодиакальные ключи 400 лет, чтобы в 777 году их использовать и драконоубийцы, с запечатанными в них драконами, оказались в этом времени. Что там было до мамашки Люськиной — черт знает. Однако она, зная что 777 году, на её веку, надо закончить ритуал — дает зодиакальные ключи "погонять" слугам, даже не озвучив "верните в 777!!!"
В результате, дикая баба совершает ритуал с недостачей ключей. Была ли эта недостача только Водолея, или еще чего — неясно. Из-за недостачи Лейла начинает помирать, а узнавшая(!) через несколько дней(!) Грамми, пулей летит к Хартфилии из Арболеса, отдает ключ и убивается Золдео на обратном пути, потому что "из-за нее погибает госпожа".
В общем, сантабарбара, полная крови, соплей и идиотизма, веско поставил диагноз я.
И тут Люська мне выдает, что хочет с новой подружкой пообщаться, показать наш дом, познакомить с духами и ваще. Я прикинул, Джувии отбил данные, что “условно-союзный” элемент, но приглядеть не помешает, а по прибытии девушки-воды, махнул на девиц лапой, мол, валите. Напоследок, изрёк в никуда, что личные беседы — одно, а вот тайны стран, гильдий и третьих лиц — дело другое, на что зеленовласка с серьёзной мордой кивнула.
А вообще — бардак и поношение. И Брандиш эта — очевидная дурочка, хоть и не дура. Вообще — это свойство всех звезднодушьих контракторов или Хартфилячий вирус, который от моего величия помирает, призадумался я. Хотя, впрочем, пофиг.
Через пару часов приперлись три проекции, карапузная проекция пообнималась с Первой, в стиле “Мама! — Сынулька!”, ну а я отбил Люське сообщение, что гостям надоели хозяева. Но и тут надо мной судьба поглумилась, подсунув в окружение нечутких и непонимающих личностей без чувства юмора.
— А где Брандиш? — осведомился Август уже из своего тела.
— Съел, — изящно пошутил я, несколько расслабившись на отсутствие неприятностей.
И эти гадкие проекции, вместо того, чтобы рассмеяться, ну или еще что, уставились на меня задумчиво-подозрительными взглядами. Причем Зерефа-то Август видел! Так что и этот насупился и требовательно уставился на меня.
— Ой всё, — обиженно отмахнулся я. — Гадкие вы, противные и без чувства юмора. Я людей почти никогда не ел! — праведно возмутился я, но узрел, что аргумент в сердцах Драгниллов отклика не нашел. — С девушками моими она общается, — с тяжелым вздохом сообщил я. — Будет через пару минут.
Так еще буркалами своими бесстыжими в меня пырились и сверлили все эти пару минут! Драгниллы — гады, сволочи и заслуживают пинка по фамильному признаку, окончательно решил я. Наконец, Брандиш появилась, бросила на меня заинтересованный взгляд (нахрен, лучше ни одной, чем три, мысленно сплюнул я). А Август, перед тем как залезть в ступу, протянул мне фигулину.
— Маяк для проекции, — объяснил он.
— Ограничу письменами, — честно предупредил я. — Рядом с местом, где они обитают, но лучше стучаться, — на что дед кивнул.
Ну и свалила эта парочка, а я решил проводить девчонок до дома, да и немного извращениям предаться, как-то меня эта Брандиш расшевелила. Не в том смысле, что нужна, но большой и чистой любви захотелось, да.
— Милый Грей, а кто это был с Первой? — осведомилась Джувия, тогда как пребывающая в думах Люська насторожила ушки.
 
— Её парень, — почти сразу нашел приемлемый ответ я.
— Но она же проекция! — удивилась Джувия под согласные Люськины кивки.
— Любовью заниматься это им не мешает, — веско ответил я. — Приятно, полезно, можно даже проверить, — на что немного покрасневшие девчонки прижались ко мне.
А дома мы проверили, несколько раз и по-всякому. А в ночи довольный я даже постучал в зал, прежде чем впереться.
— Бабник! — с возмущением простерла в меня перст Мавис.
— Точно, — покивал Зереф, незаметно показывая большой палец.
— Подсматривали, извращенцы, — поставил диагноз я. — Только на глаза не попадайтесь и не мешайте, а так я к чужим извращениям вроде вуайеризма равнодушен, — махнул лапой на извращенцев я.
А пока Первая хлопала клювиком, стал я трясти Зерефа на тему, что нам ждать и ваще. И выходило, что отсрочка решения проблемы с Тартаросом почти решила проблему с Арболесом. Почти — потому что гражданской войны Август на Арболесе не желает и брать “к ногтю” несогласных не будет. Однако, в рамках слов и авторитета постарается угомонить, да и в Императоры пролезть, по праву наследования и силы. Не в ближайшее время, но вполне возможно. Но, есть ряд особо отбитых товарищей, которые к нам в гости могут намылиться, что учитывать надо.
Так что я растряс Зерефа на все мелочи по поводу этериасов, которые мог вспомнить, ну и направился в прудик, под сень раскидистой клюквы, планировать планы. Правда, с последним вышло неважно — вода разогрелась и занялась со мной любовью, причем не один раз. Ну, тоже хорошо, думал я, задремывая в обнимку с Джувией.
  
40. Минус двадцать градусов по Кельвину
 
Ну а на следующий день стал я разбираться с этими “этериасами”, что они, и как их воевать. Вообще, выходила довольно забавная схема, в которую “демонизация” человеков укладывалась идеально. Итак, судя по всему, Зереф (ну ладно, божок Зерефом) брал в основу этериаса человека-мага. Выращенного искусственно, вроде клона, либо брался готовый. Далее, бралась духовная сущность, причем необязательно даймон, судя по результатам.
Тут был неясный момент — то ли духа “вселяли”, изменив, то ли и вправду делали копию — Зереф не помнил, а по результату хрен поймешь — может быть и лоботомированный дух, и “духовный гомункул”.
В результате этериас получался этаким жестко ограниченным аналогом Мираджейн, с уничтожением личности мага (если она до того была), для которого “боевая форма” — единственная. “Книга” — это якорь, “правила и соотношения” энергий и плоти искусственного контрактора, ну и возможный бэкап. Кстати, возродиться “из книги” демоны могли далеко не все, нужно было изначальное владение магией жизни. Остальные возрождались либо с внешней помощью — создание “телесного вместилища”, либо никак.
Соответственно, в “родильном пруду”, беря состоявшегося человека-мага, этериасы меняли тело и внедряли этакую “недозаготовку” демона, эфирный оттиск. Понятно, что демон Миры с гыгыканьем сожрал “оттиск”, ну а “демонизирующее” воздействие на тело, в случае Штрауссов — это что-то вроде расслабляющего и тонизирующего массажа, не более.
А вот с обычным магом — да, вполне реально получить “демона”. Эфирный шаблон корежил личность, тело изменено, в итоге имеется разумный (условно) магический мутант со слабым каналом на духовные планы. Духом он, впрочем, не является, как и этериасы — это именно маг-мутант, с искусственно привитой контрактностью-псевдоодержимостью.
Вообще, процесс создания этериасов и “вторичных демонов” имел некоторое сходство с тем, что сделала с собой Ур. Только Ур делала сама, её желание “жить живой” было её собственным, соответственно, в условиях нехватки всего — эфира, строительного материала, ну и в рамках жгучего желания “сейчас и быстрее”, контейнер начал “пожирать сам себя”, переформатируясь в оптимальный для “исполнения” формат и осуществляя желание с известным результатом.