Минус двадцать градусов по Кельвину (СИ)

Дело вот в чем. Мне нужен был запас “живого льда”. Чёрт знает, что и как будет с Фантомами, и вообще. То есть, подстраховка в виде полуторного резерва в кармане перевооружения — не просто осторожность, а разумная необходимость. Однако, оставить Люську я резонно опасался, как и оставлять Леви без присмотра — всё же, прямо скажем, даже без самого акта насилия подобное предательство друзей — чертовски травматично. Ну и, соответственно, выходило, что нужно совместить охрану, присутствие и мою необходимость в запасе эфира.
Вот только в моей, унаследованной от осьминожины, пещерке, я фактически жил, ну и занимался помаленьку, от скуки, в процессе прокачки творчеством. Сначала выходило хреново, но со временем — лично мне нравилось, несколько ажурных ледяных абстрактных конструкций я оставил, как и несколько статуй согильдийцев. Правда, черт знает, как они покажутся другим людям. Я, как-то, чисто для себя создавал, да и некоторые смущающие моменты есть. Хотя девчонки и не страшно. Да и прототипам стесняться нечего. В общем, решил я, нечего рефлексировать, увидят и увидят. Ну а не понравится — я не скульптор, а боевой маг.
— А что? — резонно поинтересовалась Люська, да и Леви показала заинтересованность кивком.
— Помнишь, я тебе рассказывал, что тренируюсь на Звездчатке? — на что Люська кивнула. — Ну а ты, Леви, и так это, думаю, знаешь, — еще один согласный кивок. — Во-о-от, дело в том, что я тут тренировался фактически годами. А это очень скучно. Ну и делал статуэтки и украшения всяческие, из льда. Для себя, как развлечение, их никто не видел, вот вы будете первыми.
На что девицы закономерно заинтересовались, да и Леви заметно оживилась. Ну а в пещерке, предварительно полюбовавшись Магнолией, девчонки стали издавать ахи и охи. Одобрительные, что меня несколько порадовало. Ну а пока я в уголке набивал пространственный карман живым льдом, они ходили по экспозиции.
— Нацу — как живой, — хмыкала Леви, — прямо так и ждешь, что скажет “я аж воспылал!”, - хихикнула она. — И Мастер с кружкой забавный такой.
— Эльза и Мира, — констатировала Люська. — Грей, а почему?
— Какими я видел, как автор, такими и исполнял, — изящно отмазывался я из угла.
— Леви, пойди сюда, — позвала Люська подругу, — Смотри.
— Это я? — удивилась Леви. — С книгой. Такая милая и красивая… Спасибо, Грей, но я же не такая! — крикнула она.
— Такая-такая, — осудил я девчонку, что поддержала и Люська.
Впрочем, мадам Хартфилия узрела повод для претензий, так что встречала меня надутая и с руками в боки.
— Грей! — уставилась она на меня. — Ты же прекрасный скульптор! Очень красивые скульптуры, люди как живые. Почему ты делал таких жутких големов?
— Две причины, — честно ответил я. — Первое, я полностью следовал твоим указаниям, — на что Люська, помявшись, кивнула. — А второе, вот скажи, кого мне делать? Ну пусть не образы, а даже придуманные лица. Причем, они всегда и везде в доме. Парней? Девушек? Животных? — начал перечислять я. — Лично мне все это кажется диковатым. А безликие — они отражают суть големов, исполнение приказов, не отвлекают и не дергают. И что в них страшного — не понимаю, — припечатал я.
— Хм, возможно, ты и прав, — протянула Люська. — Хотя совсем без лиц все равно страшновато, но пусть будут, — милостиво дозволила она. — Раз уж тебе нравится, — припечатала она меня. — А меня сделаешь? — уставилась она с надеждой(!), на что я несколько недоуменно кивнул.
— А вы вместе? — полюбопытствовала Леви.
На что Люська схватила Леви под руку и шепотом (хотя я прекрасно слышал) сказала что “всё-всё расскажет”. Ну, пусть “секретничают”, в принципе ничего страшного, “подружки” — дело такое, мужескому уму непонятное и недоступное. По дороге для Леви специально сообщил, что меня “как бы нет”, я со всеми ушел “бить фантомов”, даже для оставшихся в Гильдии. Не обязательно, но желательно, буду “со стороны” охранять.
На эту просьбу последовал несколько недоуменный кивок, так что высадил я девчонок неподалеку от гильдии, в подворотне. Ну а сам занял наблюдательный пост на крыше здания, оставив развернутым Архив и временами “переписываясь” с Люськой.
 
Ну и, в принципе, вроде все нормально — трепались с Лисанной, возились с ребятней, читали. В общем, до вечера день прошел сносно, а вот вечером возникла дилемма. Если элементы нападут на Люську — то только на пути из гильдии, просто нет другого выбора. Однако, Леви оставлять не хотелось, все же девочка хоть и держится, но всё же. В общем, решили мы, что Люська сходит пешком до нашего дома, прихватить чего-нибудь там и обратно в гильдию. А я присмотрю сверху, ну а ночью и наши вернутся.
Так что двигала Люська пешком, я летел и обозревал, а на полпути напрягся. Сильных магов было три, что хреново, прямо скажем. Так, вгонял я себя в режим ускорения, Арии нет на девяносто процентов, на нем не сработавший ритуал. Гажил — Эс-ка условная, в спокойном состоянии чувствуется слабее Нацу, да и без ручки.
Соответственно, выходит, что три элемента, с поганым кроликом. Неважно, констатировал я, но прорвемся.
Тем временем, двойка магов разделилась, одна точка ускорилась и, сопровождаемая локальным дождем, не более ста метров диаметром, переместилась по пути Люськи. Одна точка обогнала девчонку, я напрягся: я его не видел, но, очевидно Сол, замер перед Люськой, очевидно для захвата или “считывания”, была у его недоархива подобная пакость. Ну а третий остался на месте, на крышах — кролик и, видимо, в резерве.
Так, ладно, будем устраивать вымораживающий душу мордобой, с возможной летальщиной — не те расклады, для реверансов, прикинул я, вбивая в сообщение Люське “стой!” Девчонка остановилась, а я уже в падении обозначил путь “к Джувии” с сообщением “девушка, водяной маг, обращается водой. Постарайся потянуть время, она не будет тебя убивать и наносить сильный вред. Буду очень быстро”, на что двинувшая в обход Сола девчонка кивнула. Сам червяк подземный засуетился, но не успел — я вбил в место его пребывания ледяные шипы, собой, с импульсом падения.
— Нет-нет-нет! — проорал хмырь, гуттаперчево переваливаясь.
Все же, он был не в земле, а на ней, оценил я глубокие царапины и порванный лапсердак. Поймав на тело несколько булыжников с разных сторон — больно, но не критично — я разрядил в начавшего нести пургу Сола дуплет из обрезов, со снарядами облицованными “сверхтекучим кристаллом”. Признаться, наблюдал я с некоторым интересом, отслеживая положение кролика краем глаза — последний пока щелкал клювом на крыше.
Ну и один снаряд Сол отбил, причем боковым ударом, надо учесть на будущее. Ну а второй — встретил пластиной камня в лобовую, которую снаряд прошел, не сильно замедлившись. А вот плоть мага Эс-ранга он не прошил. Урон, безусловно, нанес, и немалый — в бочине Сола сидел штырь сантиметрового диаметра, сантиметров на восемь вглубь. Но, по оперение. Очевидно, сверхвязкая плоть мага “содрала” эфирное напыление, ну и сейчас Сол страдает, получает криоожог требухи, но, учитывая характеристики Эс-ки — не имба, как-то похуже, чем думал, признал я. Впрочем, гуттаперчевому хватило — с воплем “нет-нет-нет” он на высокой скорости почесал в подворотни.
— Пидарас какой-то, — веско, а главное — ВОВРЕМЯ, начал я пафосную речь перед противником.
А ко мне чесал Тотомару, и нихрена я не успевал. Выстрел он, как я и ожидал, развеял, точнее “растаял” на подлете, а удар простой ледышкой фактически проигнорировал. Ну и, намораживая черный лёд, смотря на приближающееся малиновое пламя, я понимал что меня подкоптит. Насколько, черт знает, но будет неприятно.
Так и оказалось, хотя и не критично. Тех трех секунд, что я созидал герметичный доспех из черного льда хватило на обугленную одежду и легкий ожог. Но неприятно, факт, отметил я, стоя под пламенем. Прикидывая, что на таких уродцев, неплохо подойдет кристаллический кислород. Не подумал, осудил себя я, создавая пистоль и стрелу — кислород создам после, как спадет поток пламени. Впрочем, кролик разошелся: поток пламени, судя по Архиву (а видел я только им), меняя цвет, поливал меня секунд двадцать.