"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Герой истории шел чуть впереди, рядом с парнишкой-проводником. Невзрачный, если не считать того, что он подчинил себе парочку выше и именно благодаря ему раскручивается местный сюжет. Тем временем троица, ведомая парнишкой, приближалась к одной из дверей технического назначения.
Мы с Оборотнем поспешили следом. Пара команд на наруче, и меня накрыла невидимость. Можно считать небольшим чудом, что наручи вообще работают в столь фонящем Верой месте, как библиотека в аномальной зоне… но не мне жаловаться!
Первой шла Оборотень — дабы не привлечь внимание, нам приходилось держаться на почтительном расстоянии от целей, но она не зря имеет звериную часть — острый нюх позволял не рисковать, оставаясь на следе. Так, по одному из технических коридоров мы покинули пределы ветви пневмометро.
На следующем этапе мы протискивались по трещине в теле земли, отмахиваясь от корней деревьев и редких паутинок. И закономерно, что вышли к фундаменту города: «смеси развалин Алиты, древнего города Предтечи, и того, что осталось от древнего Агемо после Опустошающего пожара», — если цитировать первоисточник.
Вот только оценить величие очередного уровня подземелья не получилось. Здесь было очень темно. Единственное, что разгоняло мрак — фонарь в руках проводника наших целей. Но и его хватало, чтобы понять: над нами нависли полуразвалившиеся строения… Очередные древние развалины.
— Творец, садитесь на меня, — глухой голос Оборотня заставил меня вздрогнуть.
Задавать глупых вопросов про «Уверена ли ты?» или «Будет ли тебе удобно?» я не стал. Оборотень — воин, которая знает, что такое цель и насколько она важна. Я протянул руку и под неё поднырнуло мускулистое волчье тело. Запрыгивая на спину, я мысленно отметил, что даже не заметил, когда воительница перевоплотилась. Более того, когда мы рванули дальше по следу, я увидел, как волчица подхватила в зубы стопку одежды и пару скимитаров.
Лёгкий цокот когтей по камню. Звук осыпающихся камней и песка. Изредка хруст. Всё это на фоне идеальной, пробирающей до самых костей тишине и промозглости. Несло разложением и тленом. Но я держался за жёсткую шерсть, от которой неожиданно приятно пахло луговыми цветами…
Вот только чувствовать себя слепым очень неуютно. И если я не прокачивал ночной взгляд, это не значит, что у меня нет возможности попробовать найти выход. У меня же есть программа для обнаружения информационных потоков. Да, она для цифровых миров. Но разве мир книги не информационный конструкт?
Но довести мысль до конца, также как и активировать программу, я не успел: в тишине на нас обрушился удар. Короткий и четкий. Когти полоснули меня по спине, рывком выкинув с Оборотня. И это несмотря на мою невидимость! Хотя… какой в ней толк при такой темноте?
Само-собой, подземные монстры… ну куда без них, убогих? И если на героев они по сюжету не напали, то прописанные инстинкты должны сыграть на нас. Всё во имя реалистичности и сюжета!
Новый удар когтями я снова не заметил, но зато успел прикрыться рукой. Четыре рваные раны украсили конечность. Я застонал сквозь зубы, и уже хотел призвать наган… Но когда не видишь цели, от него нет толка, а выдать своё присутствие — это хуже смерти! И я сквозь ввинчивавшуюся в сознание боль активировал программу для просмотра информационных потоков.
Мир поплыл, и темнота перед глазами сменилась на световые разводы. Такое чувство, словно меня погрузили в очень мутную светящуюся воду. Волны света переливались и давили на сознание… я мог различить лишь самые общие контуры.
Третий удар… перехватила Оборотень. Лязгнули зубы. Раздался писк. Удар от падения. Забились о землю крылья. Чавкающий звук рвущейся плоти. А следом хруст ломающихся костей. Я буквально почувствовал, как надо мной нависла мощная туша зверя. И глухой утробный рык впитался в темноту.
Чёрт! Программу нужно настраивать. Но не во время боя! И хотя я в данной битве был на уровне слепого кутёнка, однако продолжал действовать: лечебное вино из фляги тут же окропило раны, а чтобы удостовериться, что не подхватил никакой заразы, я ещё и отхлебнул. С шипением стали закрываться порезы, а я лихорадочно думал: очевидно, что на нас напали с воздуха, и темнота врагу не помеха, а значит, противник подобен летучей мыши. А то, что Оборотень ещё настороже, говорит, что с угрозой мы ещё не разобрались.
Как отогнать летучих мышей? Очевидно, что светом — именно поэтому на героев «Гамбита мёртвого бога» не напали. Но нам нельзя выдавать себя! По той же причине и шум отпадает… даже ультразвуковой — он может навредить Оборотню. Ничего, чтобы отпугнуть при помощи запахов у меня тоже нет…
Резкий рык. Падение чего-то тяжёлого. Я только и успел заметить течение световых волн, от которого откатился в сторону. Звук чего-то рвущегося и резкий запах крови. И едва различимый скулёж. А затем хлопанье крыльев. Вновь. И вновь…
— Отступаем, — решился я, отключая бесполезный информационный фильтр.
Наша смерть не поможет в выполнении миссии, потому я сделал сразу две вещи: отправил Оркестру координаты места, где мы сошли с дистанции — следующая точка, где появятся герои истории должна быть недалеко; а затем спроецировал картину на пол пещеры-города… мне повезло, и картина высветила вещи и оружие Оборотня. Противники прыснули в стороны, а я, ухватив напарницу и её вещи, рывком закинул нас внутрь картины.
Простенький пейзаж: зелёный луг до горизонта. Когда Оркестр получит моё сообщение, то спроецирует картину-выход. А до тех пор у нас есть несколько минут на отдых. Тем более, что Оборотню он очевидно нужен: на шкуре виднелись несколько кровоточащих разрезов, один из которых поперёк морды волчицы.
— Спасибо… — я невольно погладил волчицу по холке. — Ты меня прикрыла.
Воительница на несколько секунд расслабилась от ласки, но быстро отступила и начала преображаться обратно в человеческую форму.
— Моя задача — защищать творца, — оборотень, ничуть не смущаясь наготы девичьего тела, начала превращаться. И я поспешил отвернуться.
— Всего полгода назад ты примерно с таким же энтузиазмом пыталась пустить меня на фарш, — не преминул отметить я.
— Творец, ты изменился, — заметила Оборотень, лаская слух рыкающими нотками в речи.
— Так сколько времени прошло! — даже удивился я. И не удержавшись, бросил взгляд через плечо, отметив, что Оборотень почти оделась… вот только раны её никуда не делись и кровь продолжала сочиться. — Давай помогу!
Я протянул Оборотню фляжку с вином. Девушка благодарно кивнула и приняла целебный алкоголь. Сначала она неуверенно обработала раны, а затем немного отпила.
— Раньше ты был слабым, и когда мы тебя пытались убить, воспринимал это со смехом и иронией. Теперь ты стал заметно сильнее… — словно и не заметив моих слов, продолжила воительница: — Вот только света в твоей душе стало меньше. Ты больше не улыбаешься.
Уважаемые читатели, я бы мог возмутиться, что сейчас в одном мире разгорается эпидемия. Между двумя реальностями назревает война. За последние сутки я потерял несколько близких людей. А на моих плечах судьбы тысяч людей. И это совсем не весело. Но ответил я по-другому:
— Ты права… Если говорить близким тебе языком, то моя история из весёлой фантастики незаметно превратилась в антиутопию с элементами хоррора и вкраплениями чистого безумия.
— И ради чего? — удивилась воительница, устраивая на поясе скимитары. — Зачем отказываться от того, что приносило радость, и отдаваться тьме?
— Это мой долг. Ты воин и должна понять: порой необходимо следовать приказам, чтобы добиться большего! Высшая цель! Все дела…
— И ты считаешь это правильным? — продолжала давить Оборотень, и под её пронзительным взглядом я неожиданно почувствовал себя виноватым:
— Раньше моя вера в себя была чуть ли не безгранична, а теперь… — я сверился с показателями системы и не весело усмехнулся: — Жалкие 59 %! Я не верю в то, что делаю. Не верю в то, что это правильно.
— Тогда почему не поступить по-своему? — пожала плечами Оборотень. — Развитие персонажа… Ну или человека, не должно уничтожать его личность и веру в себя. Разве не так ты усиливал нас с главным героем? Заставляя преодолевать множество проблем, но никогда не позволяя переступать через себя. Смысл спасать мир, если в нём нет для тебя места?