"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Ты совсем охренела, Пророк! — лицо Оркестра потемнело, и я почувствовал, что пробуждается тёмная, злобная личность воина. — Ты почему не предупредила об опасности⁈ Нейтрон…
— Её не спасти! — рубанул Глагол. И полный ярости взгляд метнулся на него. Но наш лидер говорил спокойно и даже чуть отстранённо-безразлично: — Пророк предупредила меня. Был выбор: либо она, либо задание. Я сделал выбор. Все претензии ко мне.
В этот момент со стороны лагеря раздался треск рвущейся бумаги, а на месте библиотеки «Гамбита мёртвого Бога» образовался черный купол. И этот купол стремительно расширялся, захватывая всё новые палатки и новых людей. Чёрная дыра поглощала всё, до чего могла дотянуться, не испытывая жалости и не давая надежды на спасение. Быстро и чётко.
А затем тьма собралась в одну точку. Схлопнулась. Нас в спину ударила воздушная волна — воздух стремился заполнить вакуум, оставшийся после чёрной дыры. Вакуумный взрыв уничтожит всё, что осталось после Чёрной дыры.
— Показателей жизнеобеспечения Нейтрон не фиксируется, — обрушились на нас слова Глагола, ожидаемые, но от этого не менее болезненные.
— Значит, пожертвовать собой духа у тебя не хватило? Не мог просто применить способность? — с тихим отчаяньем бросил Оркестр.
Мы рассматривали вариант: что, если Глагол применит способность и пожелает получить экземпляр книги. Ответ Пророка однозначен: глава миссии погибнет от мгновенного истощения Веры. Даже Истинной Веры Брауни, которой большы тысячи едениц, не хватит! А лишиться командира на задании хуже, чем половины отряды или Пророка. Потому за Оркестра говорили чувства.
Более того, если бы пошли по варианту с отвлечением внимания в самом начале, чтобы бомба осталась цела, и проникновение прошло незаметно, то кандидатур отвлекающих было тоже не много: Нейтрон или Оркестр.
Только я мог проникнуть в библиотеку и выкрасть книгу, будучи необнаруженным артефактами. И только Глагол мог меня после этого вытащить с книгой. А Пророк должна была нас координировать.
Но я всё равно понимал ярость Оркестра… Вот только моё негодавание было вызвано совершенно другим: я знал разработанный Глаголом план полностью, но всё равно ничего не мог исправить! Да что там, я даже поговорить с Нейтрон не смог напоследок. Так нашими последними словами друг другу стали брошенные в порыве чувств оскорбления! Но произнёс я другое:
— Конфликт — последнее, что нам нужно сейчас. Воспринимай смерть Нейтрон, как смерть одного из тех тысяч отражений, которых сегодня мы все приговорили. Между прочим, для нескольких сотен это окончательная смерть — они не «обновятся». Мы ведь не переживаем за этот маленький геноцид? — произнося это, я вспомнил тысячи гражданских на ярмарке. Семьи. Радостные родители и дети. Старики… Парочки.
— Это отражения! Мы с ними воюем! — огрызнулся Оркестр.
— Мы здесь, чтобы война не началась… — сухо отметил я. — И не нужно говорить, что они всего лишь «потери противника». Массовка, о которой лучше не задумываться… Они — такая же массовка и цифры, как мы для кого-то, — я почувствовал, как к горлу подкатывает комок.
— Хватит, — только и приказал Глагол. — Дело превыше всего! Но если будет шанс кого-то спасти, я его не брошу. Обещаю, — Система тут же отреагировала: «Внимание, воздействие Веры на духовную сферу в 42 РВ». Глагол продолжал распоряжаться: — А теперь, Пророк, отсканируй книгу — электронная копия должна быть у каждого! Уходим.
Глава 9
Или почему в гостях нужно вести себя хорошо? (Часть 1)
Как ни жаль, но изъять копию книги — лишь половина дела. Она написана зеркально, потому для реальности её бы пришлось переводить. В целом дело часа, но куда дольше пришлось бы накачивать её Верой, чтобы она стала стабильной достаточно, чтобы мы смогли путешествовать внутри неё. Это уже дни, если не недели! Потому вторым пунктом плана стало проникновение в библиотеку Зазеркалья! В библиотеку с очень большой концентрацией Веры, дабы оттуда можно было извлечь материальный объект… Вот только в прошлый раз ради подобного Глагол притащил меня в аномальную зону. С тех пор ничего не изменилось, и теперь нам требовалось совершить подобный подвиг.
Рядом с аномальными зонами старались не селиться, потому теневых данжей поблизости не имелось. Но Эллис выполнила нашу просьбу перед расставанием и доставила картину-портал к самой границе аномальной зоны, скрыв её так, чтобы никто не нашёл. Поэтому из картины мы вышли на заброшенной станции метрополитена.
Москва. Станция метро Рижская. Оранжевая ветка. Рядом с третьим московским транспортным кольцом, которое и являлось официальной границей аномальной зоны. В свете фонарей мелькали арки проходов к туннелям с обвалившейся жёлтой и оранжевой плиткой. Белый потолок давно выцвел и закоптился, пол занесло плотным слоем мусора и опавшей листвы. А позади нас, со стороны эскалаторов, в которых больше дыр, чем целых фрагментов, просачиваются тусклые отблески света.
— Пророк? — обернулся Глагол к девушке.
— Шансы пройти около 70 %, в аномальной зоне могу чётко видеть вперёд лишь на пару минут… — отчиталась Маша. А затем нехотя добавила: — Но рассчитывать только на это не стоит: у монстров здесь может быть иммунитет к предсказаниям, или они могут перемещаться во времени. Стоит быть начеку.
— Несуществующий, в разведку. Оркестр — замыкающий, — коротко распорядился глава миссии. — Находимся в зоне видимости. Способности наготове. Оружие в руках.
Все дружно кивнули. Гулкие шаги разнеслись под сводами зала, и несколько крыс прыснули в стороны с путей при свете фонаря. Обычные крысы, не мутанты — это уже радовало. Металл рельсов давно проржавел, а неприятный сквозняк действовал на нервы, когда мы двинулись вперёд. Облетевшая плитка хрустела под ногами, пока мы не зашли в туннель за пределами станции. Вот только серые каменные стены в подтёках и чёрные кабели на штырях, местами покрытые мхом и какими-то грибами, не лучшая обстановка для путешествия.
Феникс спорхнул с плеча и попытался осветить пространство впереди, но высоты тоннеля не хватало, чтобы расправить крылья. Потому пету пришлось вернуться и освещать пространство с моего плеча. Всё лучше, чем фонарик.
Нам требовалось идти вглубь к Садовому кольцу, а если точнее, то к станции Сухарёвской. Мы выбрали для проникновения в историю библиотеку Якова Брюса! Великого мистика и мага времён Петра Первого, который обосновался в Сухарёвской башне. Что значит «башню снесли ещё в середине двадцатого века»? Это аномальная Москва и здесь появление снесённого некогда здания — несущественная мелочь!
Главное, чтобы не пришлось пользоваться запасным планом и лезть в Кремль в поисках библиотеки Ивана Грозного. Вот тогда нам точно конец.
Я встряхнулся. Хватит думать о плохом! Нужно Верить в хороший исход, и тогда он станет реальностью. И я верю, что ещё день-два, и мы вернёмся домой. Лекарство, которое мы добудем, вылечит матушку. Мы с Надей наконец займёмся подготовкой к свадьбе… Интересно, насколько долго мне придётся от неё бегать, если я предложу ей провести свадьбу «У Семёныча»? В любом случае старика нужно будет пригласить! Да и Блэкджек тоже.
Нужно пригласить весь отряд! Всех, кто выживет… Последняя мысль сбила позитивный настрой. Хотя какой настрой? Я проверил настройки Веры в себя: 64 %… Ещё упала. С такими показателями моя Вера в хороший исход ничего не стоит.
Свет Феникса выхватил фрагмент покорёженного металла впереди. Я сразу же насторожился, и наган удобнее устроился в руках. Но стоило пройти ещё несколько шагов, как стало очевидно, что мы вышли к заднему вагону поезда метро. Он выглядел откровенно неважно: сойдя с рельсов, встал боком, перекрыв туннель. Это кому-то сильно не понравилось — задняя часть вагона покорёжена множеством ударов, чётко виднеются следы от пуль. А из выбитого окна с осколками зеркала свисает одинокая рука с лопнувшей кожей, сквозь которую просвечивают кости, с прочкой отсутствующих пальцев.