"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Кстати о ритуале…
— Я просто не в восторге от того, что для решения одной известной проблемы мы прибегаем к непонятно чему, что может стать ещё более опасной проблемой, с которой неясно как разбираться, — буркнул я. — Но полагаю, ты знаешь, что всё пройдёт хорошо, и не переживаешь?
— В целом — да… Но без подробностей, — беззаботно повела плечиками девушка. — Вы вырвали свои нити из Полотна судьбы, и пока я рядом с вами, не могу пользоваться своими силами в полной мере. Но разве это не увлекательно?
Я взглянул на девушку с лёгким потрясением. И это я ещё себя считаю безбашенным? Да я тут вообще походу образец здравомыслия!
— Вот ты совсем не утешаешь, — поёжился я.
— А разве могут возникнуть проблемы? — с искренним удивлением уточнила Маша.
Ну как сказать… Я глянул на то, как Глагол, что-то бормоча себе под нос, рисовал кровью из рассечённой ладони на ледяном полу каббалистические знаки. Оркестр и Нейтрон стояли перед ним в техно-доспехах, и с их рук капала кровь в чашу по центру кровавой надписи.
— Знаешь, заигрывать с потусторонними силами — вообще идея так себе. А просить Кровавую Мэри пропустить нас через свой замок… Вот вообще не прельщает, даже если Глагол и говорит, что знает ритуал, чтобы откупиться от проклятого духа.
— Сюда! Быстро! — прервал моё возмущенное бурчание призыв напарника.
Мы поспешили подойти. Роли были известны, и мы с Машей полоснули себя ножами по ладоням, давая возможность и нашей крови смешаться с той, которая уже наполняла чашу. Больно и… мерзко. Казалось, что вместе с кровью из тел вытекает тепло и капли души.
Каббалистические символы пришли в движение, вырисовывая сложный узор, словно спутники вокруг планет, в свою очередь вращающихся вокруг светила, которым выступала чаша с кровью.
— Повторяю: нас выбросит в разных местах Кровавого замка, — торопливо заговорил Оркестр. — Кровавая Мэри любит играть с гостями. Предпочитает принимать облик одного из них и, встретившись с другими, бить им в спину. Может обладать частью воспоминаний прототипа и его способностями. Наша задача: найти Несуществующего — его иммунитет к воплощениям Кровавая Мэри скопировать не сможет. При этом, если рядом с ним окажется Мэри под личиной, иллюзия спадёт. До встречи с Несуществующим никому не доверяем.
Кровь рун растеклась по полу тонким слоем, и перед нами предстал вид на дом Кровавой Мэри: замок, созданный из заледеневшей крови. Душа застыла, когда я услышал вопли жертв, умиравших в застенках месяцами и годами, отдавая кровь по капле. Хугин на плече нервно переступил с лапки на лапку, и я погладил питомца по спине. Это помогло взять себя в руки…
А затем нас окутал алый туман… На десяток секунд я потерял соратников из вида, а затем дымка рассеялась, и я обнаружил себя вновь в ледяном закутке, вот только холодная поверхность стен едва отражала, будучи насыщенного тёмно-алого цвета крови.
— И это совершенно не стрёмно… — пробормотал я и в несколько быстрых движений перевязал кровоточащую ладонь. А затем вновь почесал перышки Хугина.
Пет понял меня правильно, и вспорхнув, устремился вперёд по коридору. А я, достав наган, двинулся следом, чувствуя, как седеют волосы на спине. Ритмичная капель крови, стекающей с потолка, и утробные завывания из глубины стен — прекрасный способ заставить человека не расслабляться ни на мгновение!
Коридоры петляли, порой пересекаясь, а иногда становились тупиками… Вот только тупики здесь были не обычные, а превращенные в камеры: ржавая металлическая решетка перекрывала вход в небольшое помещение, где находились изувеченные тела.
В первой попавшейся камере был подвешен на цепях человек, с которого сняли кожу… но при этом он оставался жив — я видел, как подёргиваются оголённые мышцы, глазные яблоки вращаются, а рот с вырванным языком пытается что-то прошамкать.
Следующая камера оказалась двухместной… Хотя вернее будет сказать полутораместной — двое страдальцев оказались буквально сплавлены друг с другом таким образом, что превратились в воплощение карточного валета.
Нашёл я… хотя, уважаемые читатели, остальное я описывать не стану. Скажу лишь, что от некоторых видов меня выворачивало! А в нескольких случаях я рискнул вызвать гнев хозяйки замка и пристрелил страдальцев.
Немного взгрустнулось… Как-то привык я уже быть командным игроком. Есть в этом свои достоинства: по крайней мере в таких пропащих местах появляется шанс, что нападут не на тебя, а на твоего напарника…
Карканье Хугина стало признаком того, что мои мечты могут воплотиться в реальность, и дальше по курсу кто-то есть. Ворон выпорхнул из-за поворота, и поспешно приземлился на плечо, чуть не сбив меня и оставив несколько глубоких борозд на лёгкой броне.
— Стоять! — я взвёл курок так, чтобы звук был отчётливо слышен. — Назовись!
— Сергей, это я! — совершенно игнорируя мои указания, из-за поворота показалась Маша.
— Не двигаться! — я вскинул оружие и направил в грудь девушки. — Иначе открою огонь!
Маша послушно замерла на месте, подняв руки. Практически пай-девочка, которая забрела в страшный район… Вот только я видел взгляд Маши: спокойный и расчётливый. Хотя подруга заметно побледнела с момента входа в портал. Девушка замерла так, чтобы в одно движение вновь скрыться за поворотом или выхватить свой игольник. А чуть пухлопатый вид и лёгкая наигранная растерянность — маска, за которой Маша пыталась скрыть волнение от непривычной обстановки.
Ноги предательски дрожали в коленях при мысли, что передо мной может быть замаскированный кровожадный дух. Но я приблизился на расстояние действия своего иммунитета и… ничего не произошло. Никаких иллюзий или других воплощений на внешний вид. Однако я решил удостовериться:
— Почему Брут перешёл на темную сторону?
— По светлой стороне… — не задумываясь, ответила Маша.
Эм… Немного не то, что я ожидал, но ответ всё равно принимается. Я опустил оружие, признавая, что подобную ересь мог придумать только Брут. Девушка тоже расслабилась и опустила руки без волнения.
— Полагаю, ты знала, что встретишь меня?
— Кого-то из отряда… — поправила меня Маша. — Не забывай, сейчас вы все скрыты от предсказаний. Вы все для меня — белые пятна на древе вероятностей.
— Пятна, которые всё равно можно увидеть, если знать, куда смотреть…
— Не совсем. Обычно у предсказателей, чем ближе событие, тем оно чётче раскрывается: со всеми нюансами и пониманием происходящего посекундно. Чем дальше, тем меньше деталей можно разглядеть. На пределе видимости остаются лишь смутные образы и можно определить вероятность того или иного события… А когда я с вами, то словно всё время работаю на пределе способностей: пара-тройка минут относительно чётко, затем шансы и вероятности определяю, — Маша недовольно топнула ножкой. — Не представляешь, насколько бесит играть в это горячо-холодно!
— Эм… Соболезную? — даже немного растерялся я. Но всё же уточнил: — А определить, куда нам сейчас, сможешь?
— Нужно немного вернуться по моим следам, там есть развилка: я видела, что если сверну по другому ответвлению и поднимусь на уровень выше, то встречу ещё несколько белых пятен, — я лишь кивнул, и мы неспешно двинулись вперёд.
Мы поднялись на уровень выше, и теперь в стенах стали встречаться зарешеченные чем-то костяным окошки. Как бы противно мне ни было, но любопытство победило, и я заглянул в одно из них:
Передо мной раскинулся внутренний двор замка, полный небольших деревьев и кустарников, выращенных из живой пульсирующей плоти… Недалеко от окошка стояло дерево с шикарной листвой из кожи и несколькими фруктами, неестественно походившими на сердца. И один из этих фруктов держала хозяйка строения.
Возрастная женщина в изысканном тёмном бархатном платье века эдак шестнадцатого. Она парила в нескольких сантиметрах над землёй, так что прогнившие полы наряда жуткой бахромой скользили по костянной траве. Длинные рукава лохмотьями походили на порванные крылья. Мертвенно-бледное лицо с провалами глаз и ручейками кровавых слёз…