"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Она думает, ты очень интересный и потерянный. Она испугалась за тебя. Ты утопал в работе, совершая безумство за безумством. Ты уходил, и у тебя не оставалось причин искать путь обратно. И она испугалась, что однажды ты уйдёшь и не вернёшься. И она захотела стать твоим якорем, чтобы ради неё ты приходил обратно, смертный.
Я аж крякнул. Никогда бы не подумал, что выгляжу отчаявшимся психом. И тем более, что меня могут полюбить из жалости. От этого на душе стало… неоднозначно. Всё лучше, чем попытка получить выгоду и место Редактора. Но хуже, чем беззаветная любовь! Но девушка – для моей души это возможность расцвести и открыть новые островки чувств. И я не хотел терять эту возможность – это было полезно для написания историй. Больше опыта, более живые герои, более реалистичные. Плюс возможность взглянуть под неожиданным углом, женским взглядом. Возможно, это чуть эгоистично? Но это моя цель.
– Ладно, – я встряхнулся. О Бруте у меня имелась тысяча вопросов, несмотря на годы, проведённые вместе, и выделить что-то одно я не мог, отчего задал самый глупый и наглый вопрос: – Почему Брут такая сволочь? Почему он то спасает меня, то подставляет?
– Он защищает тебя, смертный. Если он будет тебе всегда помогать, то ты расслабишься и будешь слишком на него полагаться. А он заботится, чтобы ты оставался сильным! Кроме того, ему приходится сохранять баланс… – голос как-то странно усмехнулся. – За помощь нужно платить, и он взымает с тебя плату сразу, иначе в будущем счёт тебя убьёт.
М-да… понятнее не стало. Хотя то, что Брут – сволочь не просто так, из любви к пакостям, всё равно приятно. Я любил его всем сердцем, так, как можно любить только питомца или младшего брата. Сравнение не очень красивое, но предельно верное. И я не готов жертвовать осколком своей души.
– Но ни один из них не достоин смерти! – я даже сам не понял, спросил или возмутился.
– Нет. Не достоин. Но один из них опутал тебя нитями манипуляций и готовится предать. Я же готов уничтожить его… только выбери кого, смертный!
Как же я ненавижу предсказателей! Вот более дебильного предсказания придумать не мог! Брут вертит мной уже несколько лет. А предаёт по несколько раз на дню, менее пары часов назад его подстава чуть меня не угробила! И останавливаться на достигнутом он явно не собирается! А Надя… Надя – человек и у неё по определению есть свобода воли – она всегда может предать. Я к этому готов, хотя и буду этим расстроен. А манипуляции… это часть женского шарма и природы – это стоит принять и просто наслаждаться, лишь пресекая особо наглые порывы.
– Это абсолютно не важно. Главное, ты предлагаешь мне выбрать и убить. Взять один из тяжелейших грехов на душу. Ты хочешь, чтобы я изменил свой путь помимо воли! Более того, ты превышаешь свои полномочия, убивая одного из нас троих.
– Я не убиваю! – попытался возмутиться голос. – Твой выбор приведёт к смерти.
– Убиваешь, – ласково и даже с нотками сочувствия протянул я. – Если бы не твоё условие, то мы бы все остались живы. И ты сам сказал, среди нас нет достойных смерти. И у тебя нет прав убивать.
Софистика? Софистика! Но это заставило призванное существо зависнуть, разбираясь в хитросплетении слов. Надолго так замолчало. Если честно, я не предполагал к чему может привести столь долгая мыслительная деятельность: от попытки убить всех, до затягивания спора в бесконечность. Но голос сумел меня удивить, причём приятно:
– Я принимаю твоё слово, смертный. Я превысил свои полномочия, и ты остановил меня. Это достойный поступок. Он соответствует образу из сознания твоих близких. Я могу тебя по нему судить! – звенящий в черепе, как в колоколе, голос взял театральную паузу: – В твоей душе нет ни света, ни тьмы. Ты, как и я, слуга разума и справедливости. Да будет так, смертный! Веришь ли ты в это или нет.
Последняя фраза неожиданно резко прошлась по струнам моей душе. Вера… интересное мнение. Возможно, даже близкое к истине. Не зря же выбрал работу Редактора? Не зря же взял способность уравнивать всех с миром? Но сейчас стоит думать о другом:
 
– А мои друзья… – осторожно уточнил я. – Как ты поступишь с ними?
Ответом мне стало действие: Надя механически отошла от края. Я подскочил и когда глаза девушки прояснились, поспешил подхватить напарницу под руку. Одновременно я услышал в сознании сдавленные матерные бормотания Брута. Отлично, значит закончили.
– Редактор, ты слуга закона этого мира. Ты достойный слуга, – голос затих, а затем чуть изменился. – Я знаю, моё существование неприемлемо для этого мира. И ты должен меня судить, для защиты своего закона, смертный. Что же ты решишь?
Вот тут я растерялся. Обычно договориться мне удавалось редко. Все так и норовят подраться. А уж встретить столь понимающее существо… созданное из крови и предрассудков, вот честно, не ожидал! Более того, призванный не борется до последней капли крови за выживание. Честное слово, он мне нравился! 
– Надя, Брут, у вас имеется какой-нибудь план по нашему спасению? – осведомился я, чувствуя, как у меня самого формируются идеи.
– Нам нужно на северную сторону, – быстро придя в себя и прильнув ко мне, ответила девушка, недоумённо осматриваясь по сторонам. – Там через дорогу припаркована служебная машина. Загрузимся и с места рванём. Ещё трое наших Редакторов и десяток полиции к ним в усилении, ждут с другой стороны. Стоит дать отмашку, и они прикроют наше бегство, а если повезёт, то и арестуют тут всех, – тут взгляд моей подопечной сфокусировался на котёнке-монстре, и Надя мгновенно умилилась: – Ой, какая прелесть! Он бедненький весь дрожит. И такой худенький! Нужно его накормить и согреть!
Девушка без малейших сомнений рванула к этому порождению кошмара и пьяного бреда, совершенно забыв про меня. И я даже не удивился, когда она с любовью и нежностью прижала котёнка к себе, и тот, прильнув к ней, робко замурчал.
– Радамант, ты мне нравишься, и я бы с удовольствием оставил тебя существовать. Ты не несёшь угрозы жизни и здоровья человеку, если сказанное тобой истинно. Но ты прав, и оставить тебя я не могу. Вот почему вскоре прибудут мои сослуживцы, они ещё побеседуют с тобой. И если вы сумеете договориться, то ты сможешь судить людей, желающих этого. Заодно напитаешься Верой.
Такая достопримечательность! Почему-то я уверен, многие захотят узнать о себе что-то новое от древнего полубога. Можно хоть немного поднять известность нашего захолустья, а если Издательство не сглупит, то и денег немного заработать! И Веры. А если совсем повезёт…
– Но… Всегда есть “но”… – то ли усмехнулся, то ли тяжело вздохнул голос в сознании.
– Если ты намекаешь на взятку, то да, – не стал я притворяться. – Ты наверняка знаешь из сознания моих товарищей, что я немного в плену. И если ты поможешь нам выбраться, то это сыграет в твою пользу. Например, ты бы мог отправить захваченных тобой бандитов к южным выходам.
– Эти бандиты ещё не искупили своих грехов. Их души темны, – в голосе не было ненависти, лишь констатация факта.
– Не спорю. Но ты всё равно не собираешься их убивать, а отпускать придется. Так пусть их свобода будет оплачена хорошим делом, – про то, что хотел хотя бы в малейшей степени отплатить Художнику за татуировку, я решил не упоминать.
– Я готов служить закону, – после краткого раздумья выдал голос.
– Отлично. Тогда через пять минут. И ещё, Радамант, если возможно, то придержи у себя студентов до прибытия моих людей. Это будет хорошим началом сотрудничества.
Я буквально за шкирку ухватил Надю, которая умудрилась взять котёнка и теперь тискала. Все вместе мы поспешили вниз. На втором этаже к нам присоединился Брут. И мы ускорили движение. Если честно, то я боялся, что на мой отвлекающий манёвр среагируют не все бандиты в охранении. Однако, стоило крикам с южной стороны здания усилиться до предела, как мы выпрыгнули в одно из не заделанных окон и через пустырь, а потом и через дорогу рванули к небрежно припаркованной машине. И стоило мне подумать, что в кои-то веки всё прошло по плану, как раздался крик: